<![CDATA[Эротический блог - ПлюсДА!]]> ru <![CDATA[Эротические кубы (erotic coub)]]>















]]>
Девушки, Видео http://plusda.ru?id=197 Sat, 29 Oct 2016 16:46:51 GMT
<![CDATA[Ох уж эта жена]]> Я обожаю свою жену. Я влюбился в это милое создание с первого взгляда и на всю жизнь. Но иногда она меня пугает своими сексуальными фантазиями. Конечно, и меня нельзя назвать скромным и скованным человеком. Как и она, я люблю эксперименты, ролевые игры, новые обстановки, неожиданный экспромт. Скучно нам не бывает. Но в один из вечеров я понял, что пора провести некую грань дозволенного. Я гладил упругий животик жены, отходившей от очередного акта любви, и открыто любовался ей телом. Ей дыхание ещё было сбито недавними скачками и грудь, покрытая мелкими капельками пота, часто вздымалась в такт дыханию.
Я обожаю свою жену. Я влюбился в это милое создание с первого взгляда и на всю жизнь. Но иногда она меня пугает своими сексуальными фантазиями. Конечно, и меня нельзя назвать скромным и скованным человеком. Как и она, я люблю эксперименты, ролевые игры, новые обстановки, неожиданный экспромт. Скучно нам не бывает. Но в один из вечеров я понял, что пора провести некую грань дозволенного. Я гладил упругий животик жены, отходившей от очередного акта любви, и открыто любовался ей телом. Ей дыхание ещё было сбито недавними скачками и грудь, покрытая мелкими капельками пота, часто вздымалась в такт дыханию.

— Дима, можно задать тебе вопрос? — вдруг спросила она, взглянув на меня из-под пышных ресниц.

— Конечно, милая...

— Ты бы хотел попробовать секс втрое?

— Что именно ты имеешь ввиду? — спросил я, нахмурившись.

— Ну, допустим ты, я, и ещё одна девушка?

— Какао ещё девушка? — я конечно уже понял суть ей вопроса, но продолжал задавать глупые вопросы, чтобы было время подумать.

— Дал любая девушка! — занервничала жена. Видно было, что она давно хотела задать мне этот вопрос и теперь очень волновалась, — Ну то есть не совсем любая, конечно. Симпатичная, молодая, желательно опытная в таких вопросах.

— И где ты такую найдёшь? — продолжал я отвечать вопросами на вопрос.

— Это уже отдельная тема. Так ты согласен?

— Нет.

Лицо Лены погрустнело.

— Почему? Я думала ты любишь открывать новые горизонты.

— Люблю. Но всему есть предел.

— Мы можем только попробовать. Не понравится, не будем больше пытаться.

— Нет, Ленчик. Не надо даже пробовать. Все гадости с этого и начинаются. Сначала секс втрое с девушкой, потом тебе двух мужиков захочется, потом вообще оргию какую-нибудь. И пошло, поехало...

— Как хочешь... — Лена прикрыла глаза и больше не касалась этого вопроса.

Тем не менее, изредка у не появлялись какие-нибудь новые причуды. Один раз она завела разговор o том, что хотела бы попробовать секс с девушкой, в другой рассказала, что, когда ночевала у своей подруги в однокомнатной квартире, то среди ночи проснулась и увидела, как та с мужем занимаются сексом.

— Фонарь светил ярко, и я все хорошо видела. Танька стояла раком, облокотившись на стол, a Лёня трюхал ей сзади. Я притворилась спящей и наблюдала за ними сквозь веки. Мне казалось, что Танька это придумала специально. Любит она пощекотать нервы. A я так завелась, что до утра потом не могла уснуть.

Она рассказывала мне все в подробностях и возбуждалась у меня на глазах.

— Ты меня сейчас убьёшь, но я тогда с трудом сдержалась, чтобы не присоединиться к ним, — опустила она глаза.

— Лен, ты нормальная? — меня почему-то очень разозлила ей откровенность, — Учти, если подобное случиться, я с тобой разведусь.

С тех пор она больше не заводила со мной подобных разговоров. Время шло. O сексе думать приходилось все реже. Работы с каждым годом становилось все больше. Кроме того, у нас появились двое прекрасных детей, которые отнимали все свободное время. Теперь, если удавалось уединиться хотя бы пару раз в неделю на пол часика, мы уже были рады. Иногда нас выручала Алла — сестра моей жены. Она забирала малышей на выходные под свою опеку, и мы с супругой могли наслаждаться свободой. Я заметил, что с появлением у нас второго ребёнка, Алла стала гостить у нас практически каждую неделю. С этого периода и пошл обратный отсчёт той самой ситуации, которую я хотел вам поведать.

Немного расскажу про Аллу. Она была старше Лены всего на пятнадцать минут. Но, несмотря на то, что они были очень похожи внешне, характер у них сильно отличался. Единственное, что их объединяло было то неизлечимое «шило в зарнице», которое всегда наполняло меня чувством тревоги, если вдруг приходилось отпускать их куда-нибудь вдвое. Но если у Ленки всегда преобладал рассудок над эмоциями, то Аллу порой было не остановить. То она укатила автостопом в Крым, без каких-либо средств связи, и мы месяц искали ей с милицией. То прибавила седины, демонстрируя видео, как она дефилирует ПО железной трубе на высоте двадцатиэтажного дома. Причуды у не были во всем. Может быть, поэтому в свои тридцать лет она ещё была не замужем. Алла работала фотографом в одном журнале, недалеко от моей работы, и я часто подвозил ей домой. Как-то раз я шутя спросил ей, когда она уже выйдет замуж.

— A мне и одной хорошо, — весело ответила Алика, — хочу халву ем, хочу пряники...

Я только улыбнулся, гладя на дорогу.

— Вообще, конечно, пора уже. Хочется иметь и любящего мужчину, и детей, — вдруг серьёзным голосом сказала Алла, — но что поделаешь. Так случилась, что тебя встретила Ленка, a не я.

Я с усмешкой глянул на не. Но не увидел в ей взгляде ни капли иронии.

Вскоре, к нашей общей радости у Аллы появился молодой человек. Заговорили уже даже o свадьбе. Только для нас с Ленной эта медаль вдруг обернулась другой стороной. Алла перестала у нас бывать, уделяя все свободное время своему благоверному. Отвлекать внимание детей было некому. Иногда удавалось спровадить их к родителям, но они уже люди пожилые и вынести наших гиперактивных пацанов долго не могли. Был как раз такой период, что секса у нас не было уже почти месяц. То критические дни, то работа, сваливающая с ног к вечеру, то дети. Но в один из вечеров, жена меня обрадовала.

— На выходные приедет Алика!

— Ура! — обрадовался я, — значит сможем оторваться? Она одна, или со своим благоверным?

— Она мне сказала, что уже две недели как с ним рассталась.

— Вот так номер, — я развела руками, — ведь к свадьбе дело шло... Что случилось?

— Говорит, что не любит его.

Я искренне расстроился. Очень хотелось, чтобы у Аллы наконец-то наладится личная жизнь.

— Дим, давай поговорим — лицо Лены было очень серьёзным, и я понял, что случилось нечто важное.

— Я слушаю.

— Только слушай, пожалуйста, внимательно и не истерии. Сейчас не нужно давать волю эмоциям.

— Говори... — я сел за стол напротив Лены.

— Мне кажется у моей сестры серьёзные проблемы. Она долго не признавалась мне в чем дело, но сегодня я выпытала у не ПО телефону. Дело в том, что она вбила себе в голову некий образ... ну нечто вроде идеала, понимаешь?

Я отрицательно покачал головой.

— Ты же знаешь, как она увлекается разными любовными романами и прочей беллетристикой. И вот родился у не образ идеального мужчины. Так сказать, героя - любовника из сказки. И никто другой
не нужен.

— Ну, то, что Алла живут в сказочном мире, давно известно, — ответил я, — но она не настолько наивна, чтобы ждать принца на белом коне.

— Не принца! Она любит тебя. Из-за этого у не ничего и не получается с другими парнями. Не может она через это переступить.

— Лен, ты что? С чего ты взяла?

— Она сама мне призналась сегодня. Я и раньше подозревала, но теперь узнала точно. Знаешь, мы же сестры. Мы очень хорошо чувствуем друг друга. И вполне возможно, что и любим одинаково. Я вдруг представила, что, если все было бы наоборот. Что если бы ты был женат на ней, a я бы наблюдала вашу жизнь со стороны, изредка наведываясь в гости. Видела бы как ты ходишь в одних плавках ПО квартире, красуясь спортивным торсом...

— Дал у меня и в мыслях не было...

— Подожди! — резко оборвала Лена, — я бы представляла, как ты спишь с ней, пока я играю с детьми. Знаешь, Дим, у не ещё крепкие нервы. Я бы уже точно сошла с ума.

Она замолчала. Молчал и я, не зная, что тут можно было сказать.

— Откуда же я знал, — выдавил я наконец, — я не буду больше ходить в трусах при ней, дал и вообще, давай тогда пока не приглашать ей к нам, чтобы не сыпать соль на рану.

— Напротив, — вдруг возразила Лена, — мы ей пригласим. Но ты действительно не ходи при ней в трусах. Будешь ходить без них...

Я вопросительно уставился на Лену исподлобья.

— В смысле?

— Ну, дай бедной девочке хоть немного побыть счастливой, — умоляюще попросила Лена, — я очень ей люблю и вижу, как она страдает. Ей нужен ты. Пусть на время... пусть всего на одну ночь, но... это надо сделать, понимаешь?
— Нет, не понимаю. Лена ты опять начинаешь нести какую-то ерунду. У нас хорошая семья, a ты собираешься превратить ей в какой-то гарем? Я уверен, что Алла никогда бы такого не сказала. Это все твои бредни. Сначала ты просишь переспать с твоей сестрой, потом скажешь, что хочешь сама за этим наблюдать... — я замолчал, вопросительно глядя на жену.

— Ну... дал... — насупилась она.

— Вот видишь. Прошу тебя, усмири свою похоть. Ты понимаешь, что этим можешь все разрушить?

— Это ты можешь все разрушить... — глаза Лены наполнились слезами, и она отвернулась.

— Котёнок, ну успокойся, — погладил я ей ПО голове, — давай отдадим детей на выходные Алле... нет, лучше мои родителям, a сами займёмся развратом? Я тебе такое устрою, что ты забудешь обо всем на свете.

— Скажи, я сексуальная? — подавленным голосом спросила меня Лена.

— Ты верх сексуальности! — искренне признался я.

— Тогда я просто не понимаю. Мы же близнецы. К тому же Алла ещё не рожала, и фигура у неё значительно лучше. Почему ты ей не хочешь?

— Дал прочем тут это?! — взбесился я, — Я же не говорю, что не хочу ей. Я совсем o другом тебе толкую.

Лена подняла на меня пристальный взгляд.

— Значит всё-таки хочешь?

Я молча стукнул ладонью ПО столу и ушёл из комнаты. Мы не разговаривали до самой ночи. Улеглись в постель, я потушил свет, но сон никак не приходил. В голове все крутились мысли. Не может быть, чтобы Алла сказала такое моей жене. Она, в отличии от супруги всегда была очень скромная в сексуальном отношении, никогда не поддерживая беседы на эти темы. Я даже как-то в шутку спросил у жены не девственница ли ей сестра до сих пор. Но Ленка сказала, что сама не знает, так как Алла на эти темы не общается ни с кем. Нет. Алла тут не прочем. Это какие-то очередные происки Лены.

Дверь в спальную раскрылась.

— Не спишь? — тихо произнесла Лена.

— Не

— O чем думаешь?

— Ни o чем...

— Димочка, прости меня. Я просто очень переживаю за сестру. Она несчастна.

Лена разделась и легла рядом. Я приподнялся на подушке.

— У неё все будет хорошо. Подумаешь, рассталась с парнем. Нового надет. Она же ещё молодая.

— Но любит то она все равно тебя.

— Значит разлюбит! — опять разозлился я, — хватит Лен!

За окном отключили фонарь, и комната утонула во мраке.

— Ты бы меня смог разлюбить? ... — не ожидая ответа Лена повернулась кое мне спиной и замолчала.

Умеет она спросить такое, что потом до утра нельзя уснуть.

На следующий день я сам позвонил Алле.

— Привет! — радостно откликнулась она в трубке.

— Привет, Алла! Как дела?

— Идут! — она засмеялась, — халву ем! Тебе Лена говорила, что я к вам приеду на выходные?

— Говорила, только давай в воскресенье.

— A я думала с ночёвкой... — грустно ответила Алла, — с маслятами поиграла бы.

— Дал мы их к родителям отверзем.

— A-a-a, ну тoгдеa пoнетo. В таком случае я лучше через недельку заеду. Я же не ради вас приезжаю, a ради племяшек.

— Совсем нас не любишь, — наигранно обиделся я.

— Дал зачем мне вы нужны? Не льстите себе, — смеялась Алла.

Она вела себя как обычно. Бесшабашная радость. Ни грусти, ни какого-то смущения в ей голосе не было. Я сделал вывод, что Ленка опять все выдумала. Но про недавнюю разлуку с парнем я спрашивать не стал.

Утром в субботу я отвези детишек к родителям. Передав с рук на руки галдящих отпрысков, я заехал в магазин и купил любимого Ленкиного шампанского и бутылочку коньяка. Гулять, так гулять. Лена уговорила меня проехать ПО магазинам. Несмотря на дикую жару, отвязаться от ей идеи у меня не получилось. Я тихо балдел под кондиционером с газетой в руках, пока драгоценная супруга примеряла босоножки и нижнее белье.

— Смотри, что я нашла! — спустя час она радостно подбежала кое мне, махая перед носом кружевным комплектом нижнего белья.

— У тебя этого добра уже пол комода, — проворчал я.

— Такого ещё не нет. Вот видишь! — она расправила передо мной маленькие трусики. Они были из полупрозрачного чермного кружева, переплетённого мелкими белыми нитями. В самом интимном месте был большой вырез, окантованный тоже белой полосой. Лифчик был похожим. Закрывающим грудь, но с большими дырами для сосков, с белой окаёмкой.

— Эти белые ленточки светятся в темноте, — шепнула мне Лена, — так что теперь ты не промахнёшься даже в полном мраке. Давай сегодня испытаем?

— Его. Давай! — обрадовался я, — должно быть необычно.

До дома мы добрались практические мокрые от жары. Ленка сразу скинула с себя одежду и рванула в душ.

— Составить компанию? — спросил я, игриво хватая ей за обнажённую попку.

— Потерпи до вечера, милый.

— Я уже месяц терплю. Вечером, само собой. Давай сейчас хоть разик?

— O, наш дружок уже изнывает без ласки? — она засунула руку мне в трусы, обнимая горячий член.

— Этот дружок, сейчас тебя затрахает до обморока, — прошептал я, — пошли быстрее в душ.

— Подожди, котик! Мне и правда дурно от этой жары. Давай подождём до вечера.

Лена нырнула в душевую и закрыла дверь. Ну что за женщины!

— Лен, ну ты же видишь до чего довела меня, — крикнул я в дверь, — хоть бы как-то помогла. Что мне теперь самому его успокаивать?

— Без меня не смей! — она включила воду, — пусть ждут до вечера!

Пить коньяк в такую жару не хотелось. Я достал из холодильника банку холодного пива и устроился на диване, прикрыв шторы. Ленка была категорически против установки кондиционера, считая, что он вреден детям, поэтому в квартире у нас летними днями довольно жарко. Допив банку пива, меня потянуло в сон. Я закрыл глаза, и проспал, к своему удивлению, часов пять. Когда проснулся, был уже вечер. Лена сидела на кресле в легко халатике и смотрела телевизор.

— Ну, ты горазд спать! — возмущено сказала она, когда я сладко потянулся.

— Сколько времени? — спросил я, потирая глаза.

— Пол восьмого

— Его!

— Ага! Я уже вся заждалась! Иди быстро в душ!

Я встал и быстро разделся.

— Ну-как подойди сюда, — поманила пальчиком Лена, — дай мне поздороваться с моим дружком.

Я с улыбкой приблизился к супруге.

— Бедный мои, — жалостливо произнесла она, обхватывая ручкой член, — никто тебя не любит, никто не приголубит. Соскучился ПО мне? Мои жеребчик! Уже рвёшься в бои... Дай я тебя поцелую.

Лена чмокнула губами возбуждённую головку.

— Ну все, беги, мойся и иди кое мне

Как пуля я влетел под прохладные струи душа, намылился гелем. Член стоял в боевой стойке. Поводив намыленной рукой ПО его стволу я с упоением представил, как сейчас задвину его во всю длину в горячую пещерку любимой жены. Эти мысли заставили меня ускориться. Даже не вытираясь полотенцем, я распахнул дверь ванной и радостно выскочил в коридор, раскинув руки в стороны и выставляя впереди возбуждены член.

— Где тут моя девочка? — провопил я и остолбенел.

— При... вед... — тихо произнесла Алла, круглыми глазами разглядывая меня. Она стояла в прихожей с пакетом в одной руке и снятой туфелькой в другой. Ленка стояла рядом, придерживая сестру за талию, пока та разувалась.

— Дима! — вскрикнула она, — я рада, что ты понял моей пожелание буквально, но дай хотя бы нашей гостье войти.

Едва не грохнувшись на скользком полу, я тут же запрыгнул назад в ванну и закрыл за собой дверь. Лицо горело огне, a член тут же съёжился до минимальных размеров, ощущая свою вину.

Если Ленка это подстроила, я ей порву! Дара! Испортила весь вечер. Я даже не знал, как теперь показаться Алле на глаза.

В коридоре женщины o чем-то тихо спорили.

В дверь постучали.

— Дим, — услышал я голос жены, — выходи уже. A то Алла уезжать собралась. Когда я вышел из ванны, обернувшись полотенцем, Алла с Ленной сидели за столом и пили чаи.

— Привет, — сказал я, глядя на девушек.

— Привет, — Алла повернулась кое мне, но тут же отвела глаза, — Извини, Дим, так неудобно получилось. Я хотела сюрприз сделать... не знала... я уже уезжаю, не буду вам мешать.

— Ты и не мешаешь. Это я драк, — успокоил ей я.

— Дал нет, это я во всем виновата, — вмешалась Лена, — должная была предупредить тебя, что Алла приехала.

— Ты с ночёвкой? — спросил я Аллу, сразу не поняв, что мои вопрос может быть воспринят как указание на дверь.

— Нет, нет, — засуетилась Алла, — я сейчас дальше поеду. У меня дела ещё. Я на минутку.

— Никуда ты не поедешь, — Ленка одарила меня злобным взглядом, — мы итак месяц не виделись. До завтра я тебя не отпущу. Дим, открой шампанское.

— O точно! Это я мигом, — пытаясь оправдаться, я бросился к холодильнику.

— Дал нет, Лен... Дим, я же чувствую, что помешала.

— Дал ничему ты не помешала, — хохотнула Ленка, — Я бы все равно ему не дала.

— Почему? — удивлено спросила Алла. Я повернулся. Это что-то новенькое. Она никогда не поддерживала такие разговоры, сразу сворачивая тему.

— Потому что ещё рано. Нужно дождаться темноты. Ойл, Алика, я такое белье себе купила. Ты офицерш!

— Покажешь?

— Конечно, я сейчас. Дима, разливай пока шампанское.

Ленка убежала в комнату, оставив нас с Аллой одних. Возникла неловкая пауза.

\» — Дим, скажи, я правда не мешаю\», — спросила Алла после минуты молчания.

— Конечно, не мешаешь, что ты? — развела я руками, — Наоборот, веселее будет.

— Просто учитывая твоей... состояние, когда ты выскочил из ванной... — улыбнулась Алла.

— Ну, бывает! Предлагаю забыть этот неловкий эпизод.

— Такое не забудешь... — Алла улыбнулась мне и подмигнула. Я вдруг заметил, что в ней появилась какая-то раскованность. Она мне сейчас очень напоминала Лену.

— Вуали! — в проходе комнаты показалась жена. Из одежды на ней только были купленное сегодня нижнее белье и босоножки на высоком каблуке. Можно сказать, что она была голая, учитывая, что ей небольшая грудь наполовину выступала через проем в лифчике, a дырочка на трусиках выпускала наружу бордовые половые губки, — Как вам?

— Супер! — округлила глаза Алла, — Тебе очень едет!

— Эти белые полоски светятся в темноте, точно указывая самолёту место посадки — Лена провела пальчиками ПО окантовке трусиков.

— Дал ты что?! Класс! A где покупала?

— A что?

— Я себе тоже такие хочу.

— O-o-o! A твои аэродром продолжает работать? — вскинула брови Лена, — И кото на него приземляется?

— Не твоей дело... — кажется Алла обиделась.

— Я шучу, что ты? — потрепала ей за щеку сестра, — Я сама тебе подарю такой комплект. Дим, ну где шампанское?

— Я стоял с холодной бутылкой в руках, заворожено глядя на жену. Если бы Алла не приехала, я уже бы, наверное, кончал в эту любимую дырочку. С досады я сильно надавил на пробку, и она с хлопком улетела прямо в любимую Ленкину люстру, a шипящий напиток тут же залил все пространство кухни.

— Твою мать! — заорала Ленка, — Руки тебе оторвать надо!

— Блин, — тихо прошептал я. Основная масса шампанского попала на Аллу, сидевшую прямо напротив меня.

\» — Теперь я точно никуда не уйду\», — сказала она, глядя на свои насквозь промокший сарафан.

— Извини, пожалуйста, Алла. Оно вроде холодное было.

— Оно то холодное, — распалялась жена, — просто руки корявые. Мало того, что люстру разбил, Алгу облил, так ещё и моей любимое шампанское испортил. Дай сюда.

Она выхватила у меня из рук на две трети пустую бутылку и приложила к губам.

— Мм-м, какао вкуснятина! — облизнулась она после нескольких глотков, — ну что сидишь, сестрёнка? Будем стиркой заниматься?

— Помоги ей, супермен, — допивая бутылку, сказала Лена, — я поищу одежду.

Алла встала и повернулась кое мне спиной.

— Развяжи, пожалуйста, — попросила она, пальчиками указывая на завязку на шее. Я распустил аккуратный бантик, и мокрая ткань сарафана стала сползать с Аллы, обнажая ей спину и округлую попку в стренгах.

— Блин, Дим, ты всю меня залил. Теперь пятна останутся. Новые вещи были, — неожиданно для меня обиженно затараторила Алла.

— Расстегни застенку!

— Какую застенку? — недоумевал я.

— На лифчике! Его в воде надо замочить, пока не поздно.

Мои руки почему-то стали мелко дрожать, когда я приблизился ими к блестящей маленькой защёлке. Щелчок. И лифчик оказывается в руках у Аллы. Она повернулась кое мне, свободной рукой прикрывая свою грудь.

— Замочи, пожалуйста, где-нибудь.

Я взял протянутый мне влажный лифчик и медленно пошл в ванну. Достал с полки пластиковый таз и поставил его под кран.

— Это туда же! — мне в лицо прилетел мокрый сарафан. Я услышал, как ПО линолеуму проклепали босые ножки Аллы, удаляясь в комнату. Залив водой вещи, я поправил возбуждены член, крепче обвязав его полотенцем.

Лена и Алла уже сидели в гостевой комнате, вальяжно закинув нога на ногу. Алла одела на себя Ленкин прозрачный халатик, сквозь который, впрочем, без труда просматривалась ей грудь. Ленка вообще сидела в своему открытом белье.

— Лен, ты бы переоделась... — сказал я, — ещё не время.

— A теперь всегда будет не время, — крикнула она, — за мою люстру я тебе вообще год давать не буду!

— Ну, хватит беситься. Куплю тебе новую люстру.

— Ладно, не ссорьтесь вы, — вмешалась Алла, — есть ещё шампанское?

— Если бы — хмыкнула Лена, — одна бутылка только была. Но есть Димкин коньяк. Выпьем?

Солнце уже клонилось к закату и на улице посвежело. Из раскрытого окна дул ветерок, играя с цветастой шторой. Я разлил коньяк ПО бокалам.

— Мм-м-м. Как классно! — прикрыла глаза Алла, смакуя напиток.

Я не удержался и уставился на ей грудь с выпирающими сосочками, проглядывающую сквозь шифоновый халат. Алла не заметила моего интереса, зато Ленка громко хмыкнула.

— Алла, тебе так едет мои халатик — сказала она, обидчиво поджав губки, — на мне он так не сидит. Наверное, потому что у тебя грудь больше.

Алла удивлено открыла глаза, и осмотрела себя.

— Ничего не больше... Не выдумывай.

— Я тебе говорю больше!

— A я говорю, что нет!

— Дим, скажи ей, — обратилась кое мне Лена.

— Я вам не судья, — усмехнулся я, — нашли время синьками мериться.

Алла задорно засмеялась, но Лена продолжила наступление. Она рванула свои лифчик, открывая магнитные защёлки, и выпятила впереди обнажённую грудь.

— Ну как, сними халат, — попросила она Аллу.

— Дал ладно тебе, Лен! — улыбалась Алла, — Чего ты привязалась? Напилась что ли?

— Ну, сними, сними. Я хочу проверить.

Лена подалась впереди и скинула халатик с плеч сестры.

— Ты чего творишь? — Алла возмущалась, но даже не пыталась прикрыться, a ПО лицу ей блуждала хитрая улыбка.

— Вот видишь. Я же говорила, что больше. Ну как встань.

Сестры встали. Халатик полностью покинул Аллу, упав на ручку кресла.

— Точно говорю, что больше! — упиралась Лена, примеряя в ладошке упругую грудь. Алла только пожала плечами, с улыбкой взглянув на меня.

— Дим, ну скажи ты. Со стороны виднее.

Сестры повернулись кое мне, и я невольно залюбовался картиной. Никогда бы не подумал, что буду вот так разглядывать голую Аллу, словно придирчивый судья на кастинге. Грудь у не была очень красивая, но в размерах вряд ли соперничала с грудью жены. Они во всем были одинаковы. Даже соски у обоих возбуждено торчали. Алла покраснела под моим пристальным взглядом, но продолжила улыбаться, демонстрируя себя.

— Все у вас одинаково — сказал я наконец, — угомонись Лен. Оденьтесь и давайте спокойно выпьем коньяк.

— Нет, не одинаково! — упрямо поджала губки жена, — У не больше. Ты на ощупь попробуй. Рукой.
— Ну что ты несёшь, Лен? — возмутилась Алла, — Хватит...

Она быстро накинула халатик и села в кресло. A я встал и принялся наполнять бокалы, пытаясь совладать с дрожащими руками.

— Напрасно ты стесняешься, сестрёнка — Лена медленно обошла меня сзади, — Ты знаешь, что мои муж хочет тебя?

— Что-o-o? — Алла округлила глаза.

Я резко повернулся.

— Лен, ты начинаешь нести чушь! Может тебе уже хватит пить?

— Ты же сам мне говорил об этом, — Ленка лукаво подмигнула мне, — или забыл уже?

— Я такого никогда не говорил.

— Неделю назад! Я спросила тебя, почему ты не хочешь мою сестру, a ты ответил, что хочешь.

— Не выдерживай слова из контекста... — злобно процедил я сквозь зубы, чувствуя, как лицо наливается кровью. Алла удивлено хлопала ресницами, наблюдая за нашим диалогом.

— Так, значит, она тебя всё-таки не возбуждает? — Смеющиеся глаза Ленки пристально наблюдали за моей реакцией. Я открыл рот, но не придумал, что ответить. Повисла пауза.

— Дим... — хотела что-то сказать Алла, но жена ей резко оборвала.

— Он молчит, потому что правда глаза режет. A вот он всю правду нам скажет, — с этими словами она резко сорвала с меня полотенце и отшвырнула в сторону. Возбуждены член закачался в воздухе, привлекая взгляды девушек.

— Дал Лена! — вскрикнул я, пытаясь прикрыться руками, — Иди ты в задник со своими шутками!

Поставив бутылку коньяка на стол, я вышел из комнаты. Отыскав в платяном шкафу старые джинсы, я кое как упаковался в них, заправив возбуждённого друга под ремень. Когда я вернулся, девушки уже выпили налитый коньяк и o чем-то тихо разговаривали.

— Ну и нажига ты упаковался? — спросила Лена, — Чего стесняешься?

— Потому что ты не умеешь себя вести — я залпом опрокинул бокал коньяка и положил на язык кусочек сыра, — до ночи потерпеть не можешь?

— Подумаешь, — фыркнула супруга, — неженка прямо. Ты бы знала, Алика, что он порой творит в постели...

— Это наше личное дело! — злился я, — Не надо всем об этом рассказывать.

— Она же моя сестра. Ей я все могу доверить.

\» — И правда хватит, Лен\», — произнесла Алла, — Дима прав. Это ваши личные дела. Меня они не касаются.

Я благодарно кивнул ей и ПО новой наполнил бокалы.

— Хорошо, больше не буду, — примирительно сказала жена, принимая у меня бокал, — давай хоть кено посмотрим какое-нибудь.

Она щелканула пультом, включая телевизор. Я взглянул на часы. Скоро десять. Похоже, что надежды на секс этой ночью таяли на глазах. Под телевизором тоже ничего интересного не было.

— Лен, a может я тебе включу тот фильм, o котором мы говорили вчера?

Лена хмыкнула и посмотрела на меня.

— A Диме будет такое интересно? — с сомнением спросила она.

— Будет. Это же он его скачал.

Я понял, что она хочет поставить эротическую пародию на один известный исторический фильм, которую мы смотрели с ней неделю назад.

— A ничего другого нет что ли? — буркнул я.

— Нет, — безапелляционно сказала Лена, усаживаясь мне на колени с бокалом коньяка.

За окном уже темнело, и только свет телевизора освещал нашу комнату. Мы сидели на небольшом диванчике, попивая коньяк из больших бокалов и молча наблюдая за сплетениями тел двух рабынь, уединившихся для любви на побережье большой реки. Лена сидела у меня на коленях, прижимая твердей, как камень член своей попкой. Иногда я краем глаза наблюдал за сидевшей справа Аллой. Она внимательно следило за происходящем на экране, иногда облизывая пухлые губки. В профиль сейчас хорошо были видны выступающие из-под тонкой ткани халата возбуждённые соски. После очередного акта любви на экране, моя супруга стала недвусмысленно ёрзать своей голой попои ПО моему члену, скрытому плотной тканью Джинс. Она немного привстала, и я вдруг почувствовал, как ловкие пальчики расстегнули ширинку и жадно ухватились за горячий ствол моего члена. Я только хмыкнул и ухватил жену за талию, пытаясь вернуть ей в исходное положение, но Ленка уже сделала своей дело. Мои член обхватили горячие и влажные объятия сочащейся от возбуждения вагоны. Лена тихо вздохнула. Как назло, все ей манипуляции проходили в момент относительного затишья в фильме. Так что звук, расстёгивающейся змейки, и вздох удовольствия жены отчётливо были слышны в комнате. Я покосился вправо. Алла сидела, как ни в чем не бывало, сосредоточенно уставившись в экран. Меня уже стала бить, мелькая дрожь нетерпения.

— Ну что, может быть, подием спать? — не своим голосом предложил я.

Лена не спеша повернулась, обхватив меня за шею.

— Тебе не нравится фильм? — с ухмылкой спросила она.

— Я уже его видел... — отвечал я.

— Можете идти — Алла посмотрела на нас, — я сама досмотрю.

— Я тоже хочу посмотреть, — Лена скова повернулась к телевизору, — потерпи дорогой, скоро уже конец.

Она положила руки на колени, и стала медленно, но ощутимо двигать тазом, раскачиваясь на моем члене. Мне казалось, что улечу на седьмое небо от ей движений. Член рвался в бои, но мне было неловко, что Алла заметит, чем мы тут занимаемся. И вот при очередном покачивании Вагина супруги смачно хлюпнула, и я с ужасом повернул голову направо. Алла смотрела на меня с улыбкой. В ей глазах я сейчас отчётливо увидел нескрываемый интерес. Она опустила глаза на светящийся зеленным фосфором кружочек трусиков Лены, в котором тихо хлюпал ствол моего члена. Ленка сладко застонала, повернув голову к сестре.

— Извини, Эллочка — виновато улыбнулась она, — не смогла удержаться.

— Ничего страшного, — спокойно произнесла Алла, — я не против.

Я хотел что-то возразить, но решил молча понаблюдать за развитием ситуации. Лена вдруг встала с меня, усаживаясь на колени. Мои блестящий член шлёпнул o голый живот. Я попытался было его заправить в штаны, но Ленка обхватила ствол своей ручкой и стала медленно его надраивать.

— Лен, прекрати, неудобно...

— Мне неудобно только в одном, — отвечала жена, — что я могу делать с ним все, что захочу, a моя сестрёнка останется неудовлетворённой.

Алла молчала, наблюдая за моей реакцией.

— Тебе он нравится? — спросила Лена сестру, — легонько поцеловав головку.

— Конечно! — без тени смущения ответила Алла.

— Дим, переспи с ней, a? — Лена умоляюще посмотрела мне в глаза, — Она же хочет!

— Прекрати! — я словно стряхнул с себя какое-то наваждение, — Лена сейчас же прекрати!

Поднявшись с дивана, я отстранил ей от себя и спрятал своей достоинство в джинсы.

— Вы обе пьяные. Завтра сами стыдиться будете и в глаза друг другу смотреть не сможете, — начал я читать нотацию сестра, — Я пошл спать, a вы делайте, что хотите.

— Извини, Дим... — Алла покраснела и опустила глаза.

— Стой! — вдруг вскрикнула Ленка, и умоляющей уставилась мне в глаза, слово от моего решения сейчас зависела ей жизнь, — Умоляю тебя! Пусть она, хотя бы посмотрит! Ну что ты как дерево непробиваемый? Мы, значит, будем с тобой кувыркаться, a она слушать все через стенку и изнывать от желания? Я никогда тебе ни в чем не отказывала и не откажу в будущем, если попросишь... можешь просить o чем угодно! Любой каприз! Только пусть она просто посмотрит. Это же моей самое безобидное желание из всех. Я уже не прошу тебя спать с ней. Только мы... но пусть она присутствует при этом. Ты можешь хоть раз меня понять?

Она выпалила эту тираду стоя на коленях, и я понял, что соглашусь. Мои взгляд упал на Аллу, которая сидела сейчас на диване, внимательно глядя на нас. Ей влажные глаза блестели в свете телевизора, a груди приподнимали халат упругими вершинками сосков. Она ждала моего вердикта с не меньшей страстью, чем ей сестра. Сейчас я совсем не узнавал ту скромную Аллу, с которой был давно знаком.

— Вы серьёзно? Алла, ты действительно хочешь этого? — я пристально уставился на не.

Она промолчала, заливаясь краской, и только легки утвердительный кивок головы выдал согласие.

— Ненормальные! — только и сказал я, отправляясь в спальную.

Свет в нашей комнате был выключен, и только уличный фонарь, заглядывая в проем штор, создавал в комнате приятный полумрак. Я стащил с себя джинсы и упал на кровать. Голова почему-то стала ныть. Толи уже подкрадывалось похмелье, толи сказывалось эмоциональное напряжение вечера. Секс на публике? Ладно, попробую доставить своей женишке такое удовольствие, но это будет последняя поблажка ей похотливым идеям. Почему-то было до жути обидно за Аллу. Для меня она всегда была примером непорочности и порядочности, но то, что я увидел сегодня...

Дверь в спальню вдруг тихо приоткрылась. И в проем комнаты возникли два женских силуэта. Ленка за руку провела Аллу поближе к кровати и усадила на небольшой пуфик у зеркального трюмо. Белье на жене было действительно великолепное. Трусики искрились тысячами мельчайших светящихся нитей, сходящихся у промежности большим ярким ореолом. Два таких же белых кружочка вокруг сосков медленно приближались кое мне в темноте. Лена наступила коленом на край кровати и изогнулась, подобно пантере перед прыжком. Она наклонилась, и я с наслаждением почувствовал, как теплее губки сомкнулись на головке моего члена. Зажмурившись, я сладостно застонал. Монет Ленка делала великолепный. Ей ладошки страстно прошлись ПО моему торсу, лаская тело. Я молча принимал ей ласки, но полностью расслабиться не позволяло осознание того, что Алла находится в метре от нас, внимательно наблюдая за всем происходящим. Ленка приподняла попку, и покачивала ей, жадно облизывая мои ствол. Невольно я наткнулся на горящие страстью глаза Аллы. Даже в полумраке было видно, что она избавилась от халатика. Ей рука сжимала правый сосок, a тело нетерпеливо подалось впереди в желании разглядеть все как можно лучше. Неожиданно меня это завело, и я в нетерпении притянул к себе супругу, чтобы поцеловать ей жаркие губы. Но Лена решила По-своему. Она быстро развернулась надо мной, подставляя для поцелуя совсем другие губки, a ей язык снова заиграл с моим членом. Ладонями я раздвинул в стороны упругие бедра и утонул лицом в жарком объятии сладкой промежности. Ленка тут же громко застонала и стала глубоко заглатывать мои член. Решив немного отдышаться, я отодвинул мокрое лицо от вагонов жены, продолжая двумя пальцами теребить ей клитор. Свободной рукой я сдвинул в сторону ленточку стругов. Искупав указательный палец в сочной Вагине, я стал водить им ПО манящему ореолу попки, иногда несильно надавливая на него. Ленка едва заметно напряглась, не отпуская тем временем моего члена изо рта. Повернув руку, я с усилием утопил большой палец ей в помпу, a указательным и средним проник в Вагин.

— У-у-у-у-у — тихо простонала Лена, яростно работая головой. Увлекись, она вдруг больно задела зубами основание головки члена, и я вскрикнул.

— Ойл — прошептала Лена, поворачиваясь кое мне. Она открыла рот, чтобы сказать ещё что-то, но я, не давая ей опомниться, стал активно трюхать ей пальцами в обе дырочки.

— O-o-o-o-o-o — взвыла жена, выгибая спину. Мои пальцы смачно хлюпали, утопая в половых губках. Избыток смазки редкими каплями стекал на лицо. Минута такой бешеной пытки и супруга дернев попкой, резво свела бедра.

Д-д-д-д-a-a-a-a! — затряслась она в приступе оргазма, — O-o-o-o-o-o-o-o!

Под ей телу волной пробежала дрожь. Потеряв контроль над собой, Лена выпустила мои член как раз в тот момент, когда я уже готов был ударить в не горячей струе удовольствия. Я извлеку пальцы из истерзанной киски. Любимая, тяжело дыша, развалилась на мне и расслабила ноги. A я услышал тихое постанывание. В повергнутом под углом зеркале трюмо сидела Алла. Она широко расставила ножки в стороны. Кажется, она уже избавилась от трусиков и открыто ласкала себя ладошкой, глядя на мои пульсирующий член. Сейчас, на грани возбуждения, мне уже не казалось, чем-то пошлым, ей присутствие здесь. Скажу больше, сейчас у меня бы даже не хватило воли отказаться от предложения воспользоваться ей телом.

Лена потихоньку пришла в себя. Она приподнялась и посмотрела на сестру. Мне показалось, что губы Аллы расплылись в довольной улыбке. Хотя, может быть, это была всего лишь игра света. Жена встала надо мной во весь свои небольшой рост. Резким движением, она сорвала с себя бюстгальтер. Незагорелые груди заманчиво покачивались надо моим лицом. Она медленно наклонилась кое мне, стягивая вниз ПО бедра свои мокрые трусики. Потом подхватила их одной ножкой и отбросила в сторону. Я с упоением пожирал глазами манящее тело. Ленка продолжала заводить меня. Она опустилась мне на живот, широко раздвинув бедра, так что ей свисающие горячие половые губки легли прямо мне на живот. Резко подавшись впереди, она буквально упала на меня, прильнув прохладной кожей груди к моим губам. Я с жадностью обхватил ей плотный сосочек губами и слегка прикусил его.

— Мм-м-м, — застонала Лена, утопив пальчики в моей шевелюре.

— Я хочу тебя ещё! — прошептал я, обнимая жену за мягкую попку.

Лена молча приподнялась надо мной и провела пальчиком ПО губам. Я обхватил его губами, лаская его языком. В этот момент комнату окутал полный мрак. Было уже двенадцать часов, и за окном вырубили фонарь. Произошло небольшое замешательство, но уже через минуту вспыхнул яркий лучик фонарика. В руках у Аллы появился сотовый телефон.

— Продолжайте... — шепнула она.

— Мои хороший... — тихо произнесла Ленка, и повернулась к сестре. Она нагнулась на коленях, укладываясь грудью на перину кровати, — Только мои... — повторила она, глядя как Алла тонкими пальчиками ласкала себя.

Я приподнялся, созерцая как она нетерпеливо двигает передо мной своей сладкой попкой, и приставил головку члена к мокрой киске.

— A-a-a-х! — пискнула Лена, когда я с усилием втолкнул в не свои ствол. Странно, но киска у не в этот раз оказалась тугая, словно ещё скованная прошлым оргазмом. Я закатил глаза от такого блаженства. Ленка принялась громко стонать, пока мои член гулял в ней, преодолевая сопротивление плотных стенок.

— O-o-o-у! Дa! Дa! Дa-a-a-a! — вoпилa супругa, — Eщe! Eщe! Милeнекий!!! Дa!

Oдну руку oнa пр.oсунулa мeжду нoг и лaсaлa св.oй килтoр. Я был на грани удовольствия. Обычно делая свои дела тихо, в этот раз я тоже стал стонать. Член сладко и быстро тонул в самой глубине горячего лона, ощущая каждым миллиметром мягкие стенки влагалища. Оргазм был рядом, но я умело сдерживал его, входя в Ленку под другим углом, либо замедляя фикции.

— A. a. a. — услышал я тихие стоны Аллы, иногда прорывающиеся сквозь вопли жены, — A! A! A-a-a! — распалялась она, засунув внутрь себя уже три пальца.

— Ещё! Ещё немного! O-o-o-o-o! — вопила Лена, извиваясь на моем члене. Я чувствовал, что именно немного и осталось. Темп заметно ускорился. Я шлёпал яичками ПО гладкому мокрому лобку любимой жены, a она, привстав на руках, подмахивала мне бёдрами. В зеркале было видно, как при каждом моем толчке метаются из стороны белые мягкие груди. Все это было хорошо видно и Алле.

Вдруг что-то с шумом стукнуло. Алла упала на колени, головой уткнувшись в перину кровати. Она долго сладко рычала, как сумасшедшая работая ладошкой у себя между ног, и совершая поступательные движения бёдрами, словно насаживалась на член.

— O-o-o-o-o-х! Ё-o-o-o. — простонала она через минуту, приходя в себя. И тут я понял, что меня накрывает. Я даже успел обрадоваться тому факту, что с недавнего времени, мы с женой решили не предохраняться, планируя родить третьего ребёнка. Значит, не придётся прерываться и доставать член, в самый ответственный момент. Кроме того, почти всегда Ленка очень бурно кончала, если я извергался внутри не. Все эти мысли пронеслись в моей голове за несколько секунд, оставшихся до оргазма. Подхватив стонущую жену, я легко перевернул ей, и бросил на спину, накрывая своим телом. С третьей попытки мне удалось попасть членом в ей дырочку. «Какао же она всё-таки тугая» — подумал я, частыми и сильными движениями вгоняя внутрь твердей как камень член.

— O-o-у! — вскрикнул я, ощущая, как одна за другой горячие струи спермы наполняют Ленку. Дальше было просто безумие. Она принялась тонко пищать, сильно зажмурившись. Член словно сдавили в тисках, и я уже не мог двигать им. Ленка обвила меня ножками и плотно свела бедра, ей тело били судороги.

— Дa-a-a-a-a-a-a-a-a-a!!! — Oглушaя вс.eх зaкручaлa oнa, извивaась замeelй. Я с трудом сдерживал ей буйство, чтобы мы не рухнули с кровати. Ленка держала меня мертво хваткой рук и ног. Она кончала секунд сорок, и ещё около минуты ей тело мелко дрожало, словно от холода.

— Вазу... — услышал я за спиной голос Аллы, — Вот это дал.

Лена, наконец, ослабела и расслабилась. Со смачным хлюпаньем я вытащил из не поникший член. Вместе с ним несколько струек спермы потекли ПО разбухшим половым губкам. Она часто дышала широко открытым ртом, и легонько гладила себя ПО животику с закрытыми глазами.

— Как самочувствие? — Алла подошла кое мне и посветила в лицо фонариком телефона, — можете дать интервью для нашего журнала?

— Супер! — я пытался отдышаться, — Какое ещё интервью? Ты что снимаешь видео?

— Такое нельзя не заснять — засмеялась Алла, — Как ты ей! Я даже сама оргазм испытала.

— Блин, Алла, не дури, — я попытался рукой отвести от себя телефон, — Удали все быстро.

— Алла? — переспросила она меня удивлено, — Так ты реально ничего не понял?

Меня словно ударила молния. Выхватив телефон, я направил яркий луч фонарика на мою собеседницу. Это была Ленка. Теперь, в ярком свете я без труда узнал ей. Удивлено - довольные глаза насмешливо смотрели на меня.

— У-у-ух ты, жеребец — она ласково взяла меня за подбородок, — a я думала ты сразу понял подмену. Ты же прямо на меня смотрел, когда трюхал ей сзади.

Не в силах выдавить из себя ни слова, я повернулся к Алле. Она лежала передо мной, раскинув ноги в стороны, и мокрым пальчиком играла с набухшим бугорком клитора. Из приоткрытых губ вагоны вытекали на простыню капельки моей спермы, a ПО лицу блуждала ласковая улыбка.

— Спасибо... — промурлыкала она, таким спокойным голосом, словно я просто налил ей чашку вкусного кофе, — спасибо тебе, Дим, и не обижайся на нас...

Поражены случившимся, я молча упал на мягкую перину кровати и накрыл голову подушкой. Жалел ли я o чем-то? Думаю, что нет.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=196 Sun, 31 Jul 2016 23:55:00 GMT
<![CDATA[Звезда фитнеса и модель Playboy Lindsey Pelas жалуется на большую грудь]]> Американская звезда инстаграма 24-летняя Линдси Пелас (Lindsey Pelas) поделилась, как же тяжко живется им, обладательницам груди 4-го размера.
Американская звезда инстаграма 24-летняя Линдси Пелас поделилась, как же тяжко живется им, обладательницам груди 4-го размера. В своем видео девушка рассказала, что несмотря на то, что никаких пластических операций она не делала, ее все время спрашивают, настоящая ли грудь. Ей приходится очень аккуратно наклоняться (такая тяжелая ноша может и выпасть из декольте), любая одежда выглядит на ней вульгарно, а уж с размером одежды просто караул. В спортзале ей приходится терпеть повышенное внимание со стороны мужчин, потому что, как Линдси объясняет, какое бы упражнение она ни делала, грудь такого размера будет прыгать. Также девушка упоминает, что далеко не вся одежда ей подходит, бюстгальтер подобрать очень сложно. Не стоит носить длинных ожерелий и цепочек, потому что они обязательно проваливаются между грудей и теряются. Линдси не может носить сумки через плечо, а ремни безопасности в машинах для нее сплошное мучение. Хотя, судя по ее фотографиям в инстаграме, модель Playboy и фитнес-звезда все-таки любит свое тело таким, какое оно есть, и признает, что некоторые плюсы в обладании большой грудью имеются.





Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

Lindsey Pelas

]]>
Девушки, Видео http://plusda.ru?id=195 Sun, 17 Apr 2016 22:01:00 GMT
<![CDATA[ Поиграли в доктора...]]> Наташка сперва трогала язычком влажную нежную дырочку, потом пощекотала тонкий перешеек уздечки и взяла мальчишеский член в рот полностью. Этот первый минет был не очень умелым, но таким сладким, что Илья не выдержал,и привстав начал двигать попкой. Ему было так приятно, что он даже стесняться перестал. Мальчишке было плевать, что сеновал не закрывается, что в любой момент их могут застукать взрослые, что то, что они делают запретно и неприлично. Ему дико нравилось прикосновение горячего мокрого рта к своему пенису, а, то, что Наташка смотрит на его раздвинутую попку, добавляло неимоверного возбуждения... Что может быть хуже, чем дождливая погода на даче? Дождь лил целый день. Дорожки раскисли, в грядках стояла вода, а в туалет приходилось бегать в галошах, оскальзываясь на глинистой тропинке, что вела в деревянную будку. Двенадцатилетний Ильюшка тоскливо слонялся по дому. По телевизору не показывали ни чего интересного, все книжки были прочитаны, а бабушка, как ушла с утра к соседке тёте Варе, так до сих пор и не возвращалась. Поэтому, когда к Ильюшке постучалась соседка Наташа, он обрадовался не сказано.

После не долгих споров, играть решили в больничку. До сих пор дети ограничивались тем, что слушали друг друга игрушечным фонендоскопом, смотрели горлышко палочкой от мороженного и делали «почти настоящие» уколы шприцом без иглы. В те моменты, когда рядом не было взрослых, они снимали друг перед другом трусики, но дальше, чем просто рассматривание у детей не заходило. Но интерес всё время держался подогретым и сегодня даже не сговариваясь, они решили поиграть в доктора, как следует ,изучив пиписочки друг друга.
Мальчик и девочка перешли в комнату Ильюшки, достали свои не хитрые медицинские инструменты, И Наташа начала читать считалочку. Первым пациентом выпало быть Ильюшке.
Радуясь предстоящему развлечению, «доктор» Наташа велела раздеться пациенту догола.
Ильюшка стесняясь, начал расстегивать пуговки на рубашке. Он и раньше показывал Наташке свой членик, но всё это было торопливо с испугом, вечно оглядываясь и приспустив трусики только чуть -чуть.
Смущаясь и стараясь отвернуться, он снял шлёпки, носочки и тренировочные штаны. Не смотря, на стыд, его членик упруго напрягся и оттопыривал трусики домиком.
- Побыстрее, пациент, - поторопила Наташа и сама стянула с Ильи трусишки до самого пола. Ему осталось только перешагнуть через них, что Илья и сделал, оставшись перед девочкой совершенно голеньким.
- Ложитесь, - скомандовала «доктор» и показала на старенький диванчик. Прикрывая торчащий писунок, мальчик, послушно лёг на импровизированную кушетку. Впрочем, его попытки спрятать торчащий петушок, не увенчались успехом. « Доктор» Наташа велела Ильюшке широко развести ноги. Одно бедро он закинул на спинку дивана, вторую ногу Наташа сама перекинула на подставленный стул. Теперь его член, яички и попка были перед девочкой, как на ладони. Мало того, Наташка принесла со стола лампу и направила свет прямо между ног мальчика.
Илье было очень стыдно и в тоже время очень приятно, особенно от того, что Наташа во все глаза уставилась на его торчащий членик.
- Ах, какая писка, - совсем не по докторски, воскликнула Наташа и начала изучать мальчишеские гениталии.
То, что она увидела, ей очень понравилось. Писунок Ильюшки пока был не большой, но такой чистенький и нежный, что девочка просто зашлась от восторга, осторожно приподнимая его пальцами. Головка пока была прикрыта кожицей, а лобок и яички были совсем голенькие, потому, что созревание мальчика ещё только началось. Яички были маленькие, мягкие и шелковистые. Они забавно болтались, словно в мешочке, пока Наташа трогала Ильюшку за писунок. Потом, забыв, что она доктор, девочка, пристроилась у ног Ильюшки в позе лягушонка и заглянула в его попку.
- Больной, раздвиньте попу, - вспомнив, что она доктор, велела Наташа. Всё ещё ужасно стесняясь, Ильюшка просунул руки вниз и показал девочке свою дырочку.
Потыкав для порядка игрушечным фонендоскопом и помяв Ильюшке животик, Наташа вернулась к столь заманчивому петушку, который ей так понравился.
- А почему у тебя тут кожица? – поинтересовалась девочка, показывая на крайнюю плоть. Красный от стыда, Ильюшка сам отвёл складочки кожи и продемонстрировал свою залупку. Она была розовенькая, блестящая и такая заманчивая, что Наташа отвела руку Ильи и сама открыла его головку полностью. Илья чуть слышно застонал, стиснув зубы.
- тебе больно? – испугалась девочка.
- Нет, наоборот, - Илья помотал головой, - сделай ещё так, - попросил он.
Наташа аккуратно потрогала залупку, поиграла пальчиками на уздечке и снова отвела кожицу крайней плоти, как можно полнее. Ильюшка непроизвольно задвигал попкой и сжал пальцами покрывало.
- А мальчики писают из этой дырочки? – Наташа развела нежные губки вокруг перламутрового отверстия. Илья только и смог кивнуть головой. Ему было приятно, стыдно и жарко одновременно. Щёки пылали от того, что его так откровенно рассматривают и трогают. Но ещё жарче и томительней было внизу живота, в паху, в яичках, в самом писунке. Его плоть буквально пульсировала, когда Наташа особенно приятно трогала в интимных местах.
Ещё несколько минут, Наташа двигала пальчиками по Ильюшкиному петушку, сама того не осознавая, что делает мальчику первую в жизни мастурбацию.
Илья кончил неожиданно и прямо перед девчонкой. Ему вдруг стало так хорошо, что от сладкого томления захотелось прикрыть глаза. Где то внизу живота стало очень туго, а нежную залупку пронзил нестерпимо сладкий зуд. Захотелось выдавить из себя это мучительно приятное ощущение, выпустить его на волю, иначе оно грозило сжечь весь организм заживо. Ильюшка кончил себе на животик, высоко приподняв попку и обильно забрызгав пальчики Наташи.
- Ты, что описался? – с изумлением спросила Наташа, - у тебя из дырочки вылилась такая белая штучка. Илья с трудом разлепил глаза и посмотрел себе на живот.
- Нет. Это сперма, - он вспомнил, какие - то отрывочные сведения, который слышал от других мальчишек и по телевидению, - это нормально. Так бывает, когда очень приятно.
- Тебе было приятно? – заинтересовалась Наташа, - Очень? Это от того, что я трогала твой петушок? Илья пока ещё только познавал своё тело, и первый оргазм вызвал сильнейший эмоциональный всплеск. Илья пытался решить правильно ли это? Не стыдно ли, что он кончил перед девочкой, не сдержавшись и вообще, как часто может повторяться это восхитительное ощущение. Тем временем Наташа вспомнила про свои обязанности «доктора»:
- Больной, я должна осмотреть вашу попу. Ильюшка опять засмущался, вспомнив, как совсем недавно в школе у них брали из попки мазки. Для этого надо было низко спустить трусики, нагнуться и развести половинки руками. И всё это прилюдно, перед незнакомой строгой медсестрой и главное почти перед всем классом, который ждал своей очереди и с интересом разглядывал каждого нового пациента и отпускал дурацкие шуточки.
- Больной, побыстрее, - поторопила Наташка, помогая Илье нагнуться и встать на диване рачком. Илья послушно встал на коленки, соображая, хорошо ли он подмыл утром попку. Попочка была чистая и когда меж его раздвинутых ягодиц коснулся прохладный воздух, членик начал напрягаться снова.
- Ты, так здорово выглядишь сзади, - похвалила Наташа и потрогала Ильюшкины отвисающие яички. Она помяла мальчику ягодицы, развела их широко в стороны и восторженно заметила:
- У тебя такая хорошенькая попка. Можно я попробую залезть в неё пальчиком? Ильюшка немного подумал и кивнул. Первая попытка была неудачной. Попочка сжималась словно нарочно, когда Наташа попробовала ввести в розово-смуглое колечко палец. Ильюшке стало больно.
- Я знаю, - девочка хлопнула себя по лбу, - я знаю, маленьким детям всегда смазывают попку кремом. Я сейчас тебя помажу. Она сбегала в соседнюю комнату и принесла с зеркала тюбик с детской мазью. Смазывание попки снаружи, вокруг дырочки тоже оказалось очень приятным. Мальчик раздвинул ягодички в стороны и пока «доктор» Наташа мазала отверстие, нетерпеливый петушок встал окончательно.
Наташа всунула Ильюшке пальчик и мальчик от неожиданности охнул. Ощущение было неприятное. Сразу вспомнилось детство и клизма. Это было ощущение чего - то твёрдого, инородного и влажного, от чего захотелось пукнуть и пописать одновременно. Ильюшка нетерпеливо заёрзал, но Наташа даже не думала вынимать пальчик. Она наоборот велела Илье нагнуться ещё ниже и не стесняться. Несколько минут мальчик терпел движения в своей попке. Было приятно и неприятно одновременно. По-прежнему хотелось пукнуть или описаться, животик надулся, но при этом писочка, как будто налилась изнутри. Залупка снова сладко зазудела, яички поджались к самой промежности и мальчик сам обнажил головку и начал быстро- быстро дрочить.
- Тебе опять приятно? – осторожно поинтересовалась Наташа, глядя, как Ильюшка присаживается на корточки и кончает во второй раз. Девочка с любопытством проследила, как Ильюшкиной писочки выстреливает белая струйка и завистливо сказала:
- Я тоже, так хочу. Я тоже хочу, что бы мне было приятно.
- Подожди, я посмотрю, не идёт ли бабушка, - Илья торопливо оделся и выбежал на крыльцо. Дождь по прежнему сеял мелкой сеточкой, а всё небо было обложено густыми облаками. Бабушка была на соседней территории.
- Ильюша, я сейчас приду, -крикнула она, - подогрею тебе обед.
- Не надо , бабушка, я уже поел, - соврал Ильюшка, - мы теперь с Наташкой телевизор смотрим и чай пьём.
-Ну, умница, - похвалила бабушка, - возьмите себе к чаю варенья. Илья кивнул и весь озябший, вернулся в дом. Теперь бабушка точно не придёт ещё долго.
Наташка ждала его в комнате.
- Больная раздевайтесь, - почувствовав себя в роли доктора, скомандовал Илья, - снимайте всё. Что у вас болит?
«Болела» конечно пися и Наташка, смущаясь не меньше, чем Илья, разделась до гола. Надо сказать, что до сих пор Илья представлял девочкину писю просто, как щёлочку. До сегодняшнего дня дети просто приспускали друг перед другом трусики, и Илья имел о женском строении весьма приблизительное представление.
- Ложитесь больная, - Илья уже одел, на себя фонендоскоп. Наташа прилегла на диван, но долго не хотела разводить ножки. Она стеснялась и плотно сжимала коленки. Илья даже обиделся:
- Я тебе всё показал, а ты меня обманываешь. Наташка возмущённо вспыхнула, но тем не менее подняла ножки и упёрлась пяточками в импровизированные подставки. Её писулька раскрылась и вместо щелки, Илья увидел розовую раковинку. Мальчик присел между ног девочки и в свою очередь начал внимательно рассматривать запрятанные сокровища. Сперва он робел и просто смотрел глазами, но потом осмелел и развёл губки руками.
- Ты не бойся, мне не больно, - ободрила Наташа, - мне однажды доктор даже зеркальце в писю вводил, это тоже было не больно. Ильюшка развёл губки ещё шире, рассматривая девочкины дырочки во все глаза. Особенно ему понравилась самая большая дырочка, которая при разведении влажно хлюпнула. Потом Илья расширил Наташину попочку, а потом заинтересовался бугорком в самом верху писульки. Он осторожно пощупал бугорок пальцем. Наташа вздрогнула и тихо сказала:
- Здесь приятней всего. Илья сперва робко, потом смелее, начал трогать девочкин клитор. Он был немножко похож на его член, особенно тем, что самую головку бугорка закрывала складочка кожи. От его манипуляций девочка задышала часто-часто. Когда Ильюшка снова развёл дырочку, она была вся мокренькая. Он очень осторожно развёл дырочку пошире и всунул внутрь палец. Там было очень горячо и влажно. Мальчик не знал, что точно надо делать и действовал просто по какому - то наитию, по подсказке природы. Он подвигал пальчиком внутри и снова стал трогать Наташин бугорок.
- Мне кажется, что я чувствую, тоже, что и ты, - шепнула Наташа, - мне так хорошо. Её голенькая писулька запульсировала. Ноги девочки задрожали, и она тут же кончила, крепко зажмурив глаза.
- Тебе тоже было приятно? – Илья с интересом изучал дело своих рук. Девочка всё ещё дрожала и её грудная клетка с едва наметившимися холмиками судорожно вздымалась.
- Да, - Наташа кивнула и помолчав, предложила, - а давай ляжем на кровать и будем трогать писи друг у друга одновременно и долго-долго, что бы опять стало приятно. Илья кивнул и начал раздеваться. Через несколько минут они уже полностью голенькие лежали на кровати. Подростки долго не могли приладиться, что бы трогать и рассматривать друг друга одновременно. Наконец Ильюшка догадался встать над Наташей рачком и присесть так низко, что его писулька оказалась, как раз перед её лицом.
Испытанные оргазмы были так сильны, что ребята даже позабыли о своей игре в доктора. Они просто хотели повторения феерических ощущений и начали взаимную мастурбацию одновременно. Они уже почти не стеснялись и поэтому трогали друг друга весьма откровенно. Наташка теребила его петушок и засовывала пальчик в попку. Илья щекотал Наташин клитор и гладил влажную расширенную дырочку. Они так осмелели, что Илья даже поцеловал девочку между губок. Ответом послужило нежное прикосновение ротика к его яичкам.
На этот раз они кончили не так быстро, зато почти одновременно – голенькие, горячие с порозовевшими гениталиями, они долго лежали без сил, не в состоянии пошевелить ни рукой , ни ногой.
На крыльце зашумела бабушка. Наташа и Илья вскочили и начали судорожно одеваться. Их сердечки трепетали от испуга и полученного удовольствия. Когда бабушка зашла к ним в комнату, подростки были уже одеты и чинно сидели перед телевизором.
- Умницы деточки, - похвалила бабушка, - хорошо себя вели, а то Варькины лбы четырнадцатилетние на новый ковёр три цветочных горшка с землёй вывернули.
- Ну, я пойду, - минут через пятнадцать, сказала Наташа и наклонившись к Илье, зашептала в самое ухо, - знаешь, что у меня сегодня мама в шесть вечера в город уезжает. Приходи вечером, поиграем в больничку ещё Наконец, то после дождей установилась жара. Промокшие деревенские улицы просохли за считанные часы и вскоре над посёлком поселился нестерпимый, палящий зной.
Ильюшка вернулся с пруда в самый разгар дня. Горячее солнце палило с такой силой, что над их домиком отчётливо угадывалось дрожащее знойное марево. Мальчишка отпил ледяной колодезной воды, заглянул в дом и вернулся во двор. Бабушка прилегла отдохнуть, все остальные ребята остались около водоёма и даже брехливый, въедливый Шарик залез в свою тенистую будку и не подавал признаков жизни.
Ильюшка подошёл к бельевой верёвке и пока ни, кто не видит, снял с себя мокрые плавки и поспешно натянул широкую футболку прямо на голое тело. Он покрутился во дворе ещё минут пять и от нечего делать, полез на старый сеновал.
Здесь у них с Наташкой было, что то вроде штаба. Старая полочка с кипой журналов, пара одеял, кувшин и хрипатый, магнитофон без задней крышки.
Когда Илья залез на последнюю ступеньку, выяснилось, что Наташа уже здесь. Она тоже сняла промокший купальник и расхаживала по сеновалу в большом розовом полотенце.
-Уф, жара, - отдуваясь пробормотал Илья. Он подошёл к самому окну и вытянулся на стареньком одеяле. Наташа добросовестно развесила на балке свой купальник и присела рядом. Илья беззаботно помахивал перекрещенными ногами и изредка косился на голые девичьи грудки, которые то и дело показывались над сползающим полотенцем.
- У тебя такие смешные пятки, - фыркнула Наташа и принялась нещадно щекотать гладенькие мальчишеские подошвы. Ильюшка сдавлено захихикал, забрыкал ногами и пытаясь отбиться от Наташи, случайно задрал собственную футболку.
- Ой, ты без трусиков, - глаза девчонки загорелись знакомым шаловливым огоньком, - ммм, Ильюшка, а давай ещё поиграем в доктора? - живо предложила она и не дожидаясь ответа, быстро сообщила, - чур я доктор. Больной, ложитесь на живот, я буду делать вам массаж. Ильюшка и сам соскучился по их откровенным забавам, поэтому вытянулся на животе без всяких споров и пререканий. Ему нравилось, что руководящая роль принадлежит девчонке, и он может спокойно лежать наслаждаясь, происходящим.
Для начала, Наталья принялась умело и довольно сильно, разминать натруженные на деревенской дороге ступни. Она промассировала каждый пальчик, потёрла и пощекотала смешную розовую подошву и поднялась выше, поглаживая смуглые загорелые голени и бёдра. Через несколько секунд Наташины ладошки добрались до ягодиц и девчонка начала мять и массировать мягкие упругие булочки.
- Ильюшка, а встань на четвереньки, - попросила она, - я хочу посмотреть на тебя в такой позе. Что бы попка раздвинулась и было видно дырочку. Илья, который уже начал возбуждаться, постеснялся больше для приличия и уже через секунду встал перед девочкой рачком, сам завёл руки за спину и раздвинул попку в стороны.
- Какая у тебя дырочка, - восторженно прошептала Наташка, - она мне так нравится. Девочка своими пальчиками раздвинула нежное колечко и пощекотала розовую расширившуюся от возбуждения розетку. Потом её тонкие тёплые пальчики пробрались между Ильюшкиных ног и бесцеремонно потрепали отвисающие яички.
- А у тебя пися, стоит? - поинтересовлась она, видя, что от накатывающего возбуждения, дырочка ануса нетерпеливо запульсировала, а яички поджались к промежности.
- Угу, - сдавленно пробормотал Илья и отогнув член назад, показал его Наташке.
- А хочешь я его пососу? - предложила неуёмная докторша и опять не дожидаясь приглашения, нырнула Илье под живот.
Мальчишке стало неловко. Он ещё не привык к таким откровениям. Всё, что делала его маленькая подруга -экспериментаторша было очень приятно и очень стыдно. И Илья не на шутку смутился, когда Наташка забралась под его раскоряченную фигурку и принялась лизать член язычком. К тому же он стоял так, что Наташка видела не только его членик, но и попку с яичками и Илья весь побагровел от смущения. Но, наверное, просмотр журналов старшей сестры, не прошёл даром и Илья почувствовал, что безумно возбуждается. Их игры, раз от раза становились всё откровенней, а приятные ощущения более острыми. Наташка сперва трогала язычком влажную нежную дырочку, потом пощекотала тонкий перешеек уздечки и взяла мальчишеский член в рот полностью. Этот первый минет был не очень умелым, но таким сладким, что Илья не выдержал,и привстав начал двигать попкой.
Ему было так приятно, что он даже стесняться перестал. Мальчишке было плевать, что сеновал не закрывается, что в любой момент их могут застукать взрослые, что то, что они делают запретно и неприлично. Ему дико нравилось прикосновение горячего мокрого рта к своему пенису, а, то, что Наташка смотрит на его раздвинутую попку, добавляло неимоверного возбуждения.
Он кончил быстро, поспешно вытащив свой членик из Наташкиного ротика. Он до сих пор немного смущался кончать перед девочкой и постарался прикрыть семяизвержение ладошкой.
Передохнули. Илья с трудом отдышался, когда Наташа предложила продолжить игру. Они уже перестали играть в доктора и просто гладили друг друга, трогали за интимные места, щекотали и щупали самые приятные точки.
- Мне так хочется, потрогать твою попку, - Наташа повторила свою просьбу, - Не стесняйся, я только один глазком взгляну.
Предвкушая новую забаву мальчишка принял прежнюю позу. Наташка присела сзади него и раздвинула ягодицы в стороны. Через секунду Илья понял, что вместо того, что бы смотреть, хулиганка Наташа ввводит в его стыдную дырочку палец. Он уже знал, что сперва бывает неприятно. Мальчик судорожно поморщился. Было больно и хотелось писать. Наташка, видимо не зная, что надо делать покрутила пальцем и внезапно Илья почувствовал сладострастный почти электрический прострел где то в животике.
- Сделай ещё так, - смущаясь попросил он, - пожалуйста. Так хорошо...
-Тебе приятно? - удивилась Наташа. Она подвигала пальчиком внутри и Илья почувствовал, как его член упруго приподнимается над животом. Через секунду нежная головка оголилась и мальчишка почувствовал, как на покрывало капают прозрачно опаловые капли смазки. Ощущения были первые и умопомрачительные. Ещё несколько секунд он пытался терпеть, молча кусал губы, зажмуривал глаза, стискивал старенькое покрывало. Но всё- таки не выдержал и негромко застонал, рефлекторно присаживась ниже, что бы получить больше наслаждения. На этот раз он кончил без прикосновения рук или губ и удивлённо проследил выстрел мутно-белой жидкости из дырочки возбуждённого члена.
- Как хорошо, - Илья измучено повалился на покрывало и негромко прошептал, - это самое лучшее лето, которое у меня было.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=194 Thu, 30 Jun 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Блядство моей мамы!!!]]> Хуй у меня стоял как никогда, наконец рука прикоснулась к волоскам, мама была без трусов, я затаил дыхание, я боялся разбудить маму. Полежав минутку без движений, потом я немного подвинул руку и она оказалась у мамы на лобке, в этот момент мама своей рукой взяла меня за пи..., прямо через трусы, и я инстинктивно отдернул свою руку но она второй рукой поймала мою руку и прижала ее к своему лобку. Прошла минута, мама тихим голосом сказала: "Тебе ведь интересно?" У меня все не как у всех, но мне это нравится. Начну сначала, оно довольно обычное. Мои родители познакомились в студенческие годы, они оба учились на биофаке, только отец заканчивал, а мама только поступила. После окончания мамой первого курса, они сыграли свадьбу, а еще через полгода я появился на свет. Отец работал, как он любил говорить, в "реальной науке", а мама, по окончании института, осталась в аспирантуре, защитила диссертацию и преподавала на своем любимом биофаке, а отец называл ее "теоретиком". Так как "реальная наука" отца требовала постоянного его присутствия при различных исследованиях в реальных условиях, то, соответственно, он часто уезжал в командировки и экспедиции, да еще не забывая посещать всевозможные конференции, конгрессы и т. д. В таких условиях я и рос. Годам к четырнадцати я начал заниматься онанизмом, представляя знакомых мне девчонок, и считал, что нет ничего прекрасней, но, в один из дней, как мальчик любопытный, я наткнулся в родительском шкафу на презервативы. В тот момент я в первый раз подумал о том, что мои родители занимаются сексом. Я украл один презерватив, надел его на стоявший пи... (меня возбудил сам факт наличия презерватива) и начал дрочить себе, в первый раз представив себе свою маму. Она у меня была объективно красивая, на нее всегда обращали внимания мужчины, что, кстати, меня всегда раздражало, но в тот момент я осознал всю ее привлекательность. Кончил я бурно, пребывая в полном восторге от своих ощущений. Потом наступило чувство легкого испуга, а вдруг все презервативы у них посчитаны? Но так как несколько дней никто ничего не сказал, я успокоился. Продолжая заниматься онанизмом, я начал с удвоенной энергией исследовать содержимое родительской спальни. Я изучил все мамино нижнее белье и был приятно удивлен, найдя у нее много красивых трусиков и бюстгальтеров, но апофеозом была находка чулок и нескольких комплектов, точнее их было шесть, кружевных поясов к ним. В моем представлении, в то время, чулки с поясом были принадлежностью женщин очень развратных, что собственно соответствует истине. С того момента, я представлял себе, во время онанизма, только маму. Прошел год, было лето, отец уехал в очередную экспедицию, а мы с мамой отправились на дачу. Так как дача в тот момент была еще недостроенная, в полном порядке были только одна комната и кухня, то спать нам с мамой предстояло на одном диване, не могу вам передать, какое волнение меня охватывало только от одной мысли об этом. В первую ночь, я практически не уснул, рядом лежала моя мама, в тонкой ночной рубашке и мирно посапывала, переворачиваясь, она прикасалась ко мне разными частями своего тела, а я не мог унять своего возбуждения, я трижды потихоньку вставал, выходил, закрывался в летнем душе и дрочил себе. Утром, мама пошутила, сказав, что у меня такой уставший вид потому, что я первый раз в жизни спал с женщиной, тогда еще я не знал, что она слышала, как я вставал, и, подходя к окну, видела, куда я ходил. На следующую ночь я немного осмелел и начал потихоньку исследовать мамино тело, я прикасался к ее попке, груди, бедрам, дрочил я снова трижды. На третью ночь я осмелел окончательно, полапав немного грудь и попку я опустил руку маме на ногу и начал потихоньку поднимать ее вверх, залезая все дальше и дальше под ночнушку. Хуй у меня стоял как никогда, наконец рука прикоснулась к волоскам, мама была без трусов, я затаил дыхание, я боялся разбудить маму. Полежав минутку без движений, потом я немного подвинул руку и она оказалась у мамы на лобке, в этот момент мама своей рукой взяла меня за пи..., прямо через трусы, и я инстинктивно отдернул свою руку но она второй рукой поймала мою руку и прижала ее к своему лобку. Прошла минута, мама тихим голосом сказала: "Тебе ведь интересно?", я не ответил, я боялся дышать. Мама залезла мне в трусы взяла мой мокрый от возбуждения пи... и сказав: "А ты у меня уже совсем большой!", начав потихоньку мне дрочить, не прошло и минуты как я кончил. Она протянула руку к стоявшему рядом стулу, взяла мою футболку и вытерла меня.
- Ты думаешь, что я ничего не знала?
- М-м-м. - только и мог вымолвить я.
- Глупенький, я же твоя мама, я все прекрасно понимаю, в твоем возрасте мальчикам все интересно, поэтому ты и в белье моем копался, но это нормально, и то, что ты мастурбируешь, это тоже нормально. Ты когда-нибудь видел голую женщину?
- Нет - пробормотал я пересохшими губами.
Мама села, сложив ноги по-турецки, и сняла с себя ночную рубашку. Я никогда не видел голую женщину вот так, рядом, там более ту, которая была плодом моих фантазий, я не мог оторвать от нее взгляд.
- Сними трусы - сказала она.
Я послушно выполнил ее просьбу. Мой пи... стоял.
- Зачем тебе ходить дрочить в летний душ, сейчас ты спокойно можешь смотреть на меня и дрочить.
Я не шевелился, меня охватили смешанные чувства стыда и возбуждения. Тогда мама взяла сама мой пи... и начала дрочить, когда у меня уже не было сил сдерживать себя и я готов был уже кончить снова, она отпустила его, легла рядом и притянула меня к себе, мы слились в поцелуе. Потом, я почувствовал, как мой пи... погружается во что-то теплое и влажное, я был в маминой пизде, сделав несколько движений я кончил. "Ничего, так бывает", сказала мама, прижав меня к себе и начала целовать, мой пи... снова начал подниматься. "А теперь еби меня, только не торопись". Дальше была бурная ночь, много-много ебли, мама сосала, я лизал... Заснули мы абсолютно обессиленные. Две недели пролетели абсолютно незаметно, это были недели счастья и секса, я многому научился у моей мамы, она была прекрасным педагогом, наслаждение стали гораздо глубже. А потом приехал отец, он приехал на два дня, потом он уезжал на какую-то конференцию, где он был докладчиком, но эти две ночи он провел с нами на даче. Мне постелили на надувном матрасе, в соседней комнате, где кроме штукатурки на стенах ничего не было. С одной стороны, я был очень рад видеть отца, с другой, он отнимал у меня мою любимую женщину и я не мог ничего поделать. Наступила ночь, уснуть я не мог, весь день без секса, это было выше моих сил. Вдруг, в полной тишине, я услышал шорох в комнате родителей, я весь превратился в слух, я прекрасно понимал, что там происходит. Шорох не прекращался и у меня начал вставать пи..., потом начал скрипеть диван. Мой пи... стоял, я представил, как отец пи.. маму и меня захлестнула волна возбуждения, я начал дрочить, чтобы не намочить постель, кончил я прямо на пол. Утром, как ни в чем не бывало, мама порхала на кухне, а отец сидел там же и черкал что-то в своем докладе. Мне очень хотелось подойти, обнять и поцеловать маму, но этого сделать я не мог. Я весь день пытался хоть на минутку остаться с нею наедине, но у меня так ничего и не вышло, даже взглядом с ней мы практически не встречались, она все время отводила глаза, ночью все повторилось, они ебались, а я дрочил. На следующее утро, когда я встал, отца уже не было, мама сидела на кухне и пила кофе, когда я вошел, она поднялась мне навстречу. Я обнял ее и начал целовать.
- Ты соскучился? - спросила она.
- Очень! - ответил я, не прекращая целовать ее шею.
- И я! - прошептала она.
- Я две ночи дрочил себе, пока он тебя ебал.
- Тебя что возбуждало это?
- Очень, я представлял, что вы там делаете, и кончал.
- Сумасшедший, твою женщину пи..., а тебя это возбуждает!
- Очень возбуждает, тебе было хорошо?
- Да!
Мой пи... стоял как никогда, мама чувствовала это, так как я прижимал ее к себе довольно крепко. Потом я потянул ее в комнату, положил на диван и с жадностью припал губами к ее пизде, она была необыкновенно вкусной, я сказал об этом маме. "Тебе нравится моя выебанная пи...?", в ответ я утвердительно промычал. Потом я набросился на нее и стал ебать, представляя, как ночью ее ебал отец, и излился в нее бурным потоком спермы. Мы лежали глубоко дыша.
- Тебе действительно нравится, когда меня пи...?
- Да, меня это очень возбуждает.
- Ты необыкновенный, идеальный мужчина, я завидую твоей будущей жене.
- Мама, а ты изменяла папе.
- Конечно, ведь я молодая женщина, а он постоянно в разъездах.
После этих слов я почувствовал легкое возбуждение.
- Расскажи мне. - Возбуждение нарастало, и мама заметила это. Ее рассказ оказался довольно долгим, оказывается первый раз она изменила еще при поступлении в аспирантуру, со своим научным руководителем, а потом, и пошло и поехало. У нее было довольно много мужчин, пробовала она и со студентами иностранцами, неграми и арабами, были, среди ее ебарей, и кое-кто из папиных друзей, были и коллеги по работе, были и случайные, одноразовые мужчины, пробовала она и с двумя мужчинами одновременно. Совращала мама и некоторых своих студентов. Во время ее рассказа я несколько пять раз выебал ее, прося не прерывать рассказ, и спрашивал ее о каких-то подробностях. Меня очень возбуждало, что моя мама, такая, внешне очень приличная и сдержанная, интеллигентная женщина, преподаватель, доцент, на самом деле очень развратная женщина.
Лето пролетело как в сказке, я был влюблен в свою маму, а ей очень нравилось, что меня возбуждает ее блядство. Перед приездом в город мама спросила, не буду ли я против, если она будет ебаться и с другими мужчинами, я ответил, что наоборот, я буду даже очень этому рад, что и подтвердил, тут же выебав ее, находясь в неимоверном возбуждении после такого вопроса. По приезде в город, мама ебалась не только со мной, иногда она приходила и говорила, что ее ебали сегодня, я тут же набрасывался на нее и начинал ее вылизывать, она говорила, что я необыкновенно подмываю ее своим языком после хуя. Я, на вкус, научился ощущать, ебали ее в презервативе или без, потом я ебал ее а она, в подробностях рассказывала мне, что с ней делали. Теперь, я уже довольно взрослый, я сам женат, но я по-прежнему иногда ебу маму. О жене могу сказать, она была довольно приличная девушка, но, благодаря моим усилиям, она тоже стала пи..ю. Сначала все было на уровне разговоров, но, попробовав один раз, и увидев, как мне это нравится, барьер сомнений был сломан, а я, рассказал ей все про нас с мамой, и теперь, я могу выебать маму при жене, а жену при маме, мы даже иногда занимаемся сексом втроем. Мама поддерживает мою жену в ее блядстве, и я счастлив.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=193 Tue, 31 May 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Засветы - часть 2]]> засветы, случайные сиськи 1

засветы, случайные сиськи 1

засветы, случайные сиськи 2

засветы, случайные сиськи 3

засветы, случайные сиськи 4

засветы, случайные сиськи 5

засветы, случайные сиськи 6

засветы, случайные сиськи 7

засветы, случайные сиськи 8

засветы, случайные сиськи 9

засветы, случайные сиськи 10

засветы, случайные сиськи 11

засветы, случайные сиськи 12

засветы, случайные сиськи 13

засветы, случайные сиськи 14

засветы, случайные сиськи 15

засветы, случайные сиськи 16

засветы, случайные сиськи 17

засветы, случайные сиськи 18

засветы, случайные сиськи 19

засветы, случайные сиськи 20

засветы, случайные сиськи 21

засветы, случайные сиськи 22

засветы, случайные сиськи 23

засветы, случайные сиськи 24

засветы, случайные сиськи 25

засветы, случайные сиськи 26

засветы, случайные сиськи 27

]]>
Девушки http://plusda.ru?id=192 Sun, 10 Apr 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Самые откровенные и сексуальные платья знаменитостей]]> откровенные сексуальные платья 31

откровенные сексуальные платья 1

откровенные сексуальные платья 2

откровенные сексуальные платья 3

откровенные сексуальные платья 4

откровенные сексуальные платья 5

откровенные сексуальные платья 6

откровенные сексуальные платья 7

откровенные сексуальные платья 8

откровенные сексуальные платья 9

откровенные сексуальные платья 10

откровенные сексуальные платья 11

откровенные сексуальные платья 12

откровенные сексуальные платья 13

откровенные сексуальные платья 14

откровенные сексуальные платья 15

откровенные сексуальные платья 16

откровенные сексуальные платья 17

откровенные сексуальные платья 18

откровенные сексуальные платья 19

откровенные сексуальные платья 20

откровенные сексуальные платья 21

откровенные сексуальные платья 22

откровенные сексуальные платья 23

откровенные сексуальные платья 24

откровенные сексуальные платья 25

откровенные сексуальные платья 26

откровенные сексуальные платья 27

откровенные сексуальные платья 28

откровенные сексуальные платья 29

откровенные сексуальные платья 30

откровенные сексуальные платья 31

]]>
Девушки, Картинки http://plusda.ru?id=191 Wed, 09 Mar 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Бусинки-сосочки]]> Я опустила голову и оперлась локтями в пол. Половинки моей попки непроизвольно сжимались и разжимались. От происходящего у меня даже немного закружилась голова. Неужели одно из самых моих сокровенных эротических желаний вот-вот сбудется! Неужели меня сейчас накажут! Под коже пробежали мурашки. Мои нервы были напряжены до предела, поэтому когда Алина легонько провела под моим ягодицам ладошкой — поглаживая их и примериваясь, я чуть не закричала.
— Учти: будешь кричать больше чем нужно, сделаю из твоей попки настоящую отбивную — поверь, ты этого заслуживаешь, избалованная девчонка!
После этих слов я еле сдержала слезы.
Первый шлепок был не столько болезненным, сколько неожиданным. Алина пока шлёпнула меня рукой, я же вздрогнула всем телом и стиснула зубы. Я решила во всем ей покоряться. Прошло две недели, наполненных нежными и настойчивыми ласками. Для моих соседок я была чем-то наподобие игрушки, на которой они отрабатывали свои умения доставлять удовольствие. Мне это нравилось, с каждым денем я становилась все рискованнее и, странное дело, совсем не чувствовала себя лесбиянкой. У обеих моих соседок были парни, иногда то одна, то другая не приходила ночевать.
Я все ещё была девственницей — девочки ни за что не хотели разорвать злосчастную препону. «Это должен сделать любимый мужчина, a нам достаточно твоей горошинки клитора и кругленькой попки», — говорили они, когда в изнеможении я просила вставить в моей влагалище вибратор, которым пользовались они.
. До этого я мало уделяла внимания своей груди. Дал, она была достаточно красивой и полной, но я никогда не думала, что правильно ей лаская, можно почувствовать удивительное наслаждение. Однажды я после душа стояла перед зеркалом и наносила на лицо ночной крем — я пользовалась обогревателем, который, как известно, сушит воздух, a это плохо для кожи. Конечно же, дверь ванной была не заперта, и я не удивилась, когда кое мне зашла Алина.
— O, детка, кремом нужно смазывать не только личико, — сказала она, и взяла баночку из моих рук.
Она обмакнула в лёгкую белую массу средний пальчик, и, приобняв меня, начала водить им под моему расслабленному после горячего душа правому сосочку. Через несколько секунд он затвердел и стал необычайно чувствительным — это была маленькая розовенькая бусинка, которая посылала сладкие импульсы в мою киску. Алина снова обмакнула в крем средний пальчик, и смазала второй мои сосочек. Я тихонько застонала и свела бедра, чтобы надавить на клитор.
— А ты нетерпеливая бесстыдница, a ну-как разведи ножки. Сегодня ты научишься получать удовольствие от этих крошек, — сказала мне Алина, поглаживая мои грудки с вызывающе торчащими сосками.
Она приобняла меня и повела в мою комнату. Анюты сегодня не было — она осталась ночевать у своего парня — здоровенного мужика байкера, очень грубого и мужланистого. Но Анька была уверена, что мужчина должен быть именно таким, a ещё он ей очень нравился в постели. Проведя у него ночь, она возвращалась утром с кругами под глазами и, не раздеваясь, падала в постель, чтобы проспать до позднего вечера. Ночью они определено не спали в обычном смысле этого слова.
Алина легонько толкнула меня в постель. На мне, конечно же, ничего не было — я ещё до девочек привыкла спать без одежды. Баночку с кремом моя соседка взяла с собой, когда я лежала перед ней, она не спеша снова смазала мои сосочки, которые залоснились от крема. В комнате было прохладнее, чем в ванной, и мои бусинки стали ещё тверже и ещё чувственнее. Алина села мне на живот, я чувствовала ей мокрую голенькую киску и теперь была совершенно беззащитной. Она взяла мои сосочки указательным и большим пальцами и сжав их, легонько потянула в разные стороны — это было немного больно, но это только прибавляло ощущениям остроты — внизу живота сладко заныло. Алина стала покручивать сосочки, периодически отпуская их и поглаживая. Это был ей метод "кнута и пряника" для моих малышек. Я чувствовала все большее возбуждение и не могла сдержать стонов.
Мне очень хотелось кончить, но я не могла — руки не доставали до киски из-за сидящей на мне Алине. Тогда я скрестила ножки и почти кончила, когда вдруг Алина, негодующе вскрикнув, вскочила с меня.
— А ты противная нимфоманка! — рассержено крикнула она. — разве я тебе не сказала, что сегодня ты получишь удовольствие через свои сосочки? Разве я разрешала тебе скрещивать ноги?
Под ей негодующим взглядом я развела ножки, надеясь, что она успокоится и примется дальше ласкать моих малышек.
— Б ошибся? Знаешь, что неправа?
Я виновато кивнула. Алина села на край кровати и, словно что-то выискивая, оглядела комнату. Ей взгляд остановился на узком кожаном ремешке от платья, который лежал на тумбочке.
— a ну-как вставай.
Я покорилась, ругая себя за нетерпеливость, которая помешала мне получать удовольствие от нежных ласк подруги. Алина резко схватила меня за талию и перекинула через свои колени. Я догадалась, что теперь она примется меня шлёпать. Иногда мои соседки похлопывали под моей попке — но совсем недолго. От этого я ещё острее чувствовала возбуждение. Но шлёпали они меня вовсе не от злости. Теперь же Алина была очень сердита, и мне стало очень не под себе, когда она потянулась к узкому ремню.
— Инночка, пожалуйста, меня никогда ещё не били. Я буду послушной, буду делать все, что скажешь.
Но глаза ей сердито сузились.
— a ну ляг спокойно и прими наказание, как следует! Не били ей! Оно и видно!
Я опустила голову и оперлась локтями в пол. Половинки моей попки непроизвольно сжимались и разжимались. От происходящего у меня даже немного закружилась голова. Неужели одно из самых моих сокровенных эротических желаний вот-вот сбудется! Неужели меня сейчас накажут! Под коже пробежали мурашки. Мои нервы были напряжены до предела, поэтому когда Алина легонько провела под моим ягодицам ладошкой — поглаживая их и примериваясь, я чуть н закричала.
— Учти: будешь кричать больше чем нужно, сделаю из твоей попки настоящую отбивную — поверь, ты этого заслуживаешь, избалованная девчонка!
После этих слов я еле сдержала слезы.
Первый шлепок был не столько болезненным, сколько неожиданным. Алина пока шлёпнула меня рукой, я же вздрогнула всем телом и стиснула зубы. Я решила во всем ей покоряться.
Она шлёпнула меня ещё раз — все ещё примериваясь, но уже чуть больнее. И ещё — уже по-настоящему. A потом удары посыпались на мои булочки один за другим.
— Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп!
Мне казалось, что от шлепков даже эхо расходится. Попка моя горела. Терпеть становилось все сложнее, но я, сжав зубы, лишь стонала и изо всех сил опиралась на локти — чтобы не было соблазна прикрыть попру руками, это Алину рассердило бы ещё больше.
— Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп!
Казалось, попка так накалилась, что вот вот не выдержит и треснет.
— Алиночка, миленькая, пожалуйста, хватит! — взмолилась я. Из глаз моих уже капали слезы, но где-то в глубине души я желала продолжения. «Что будет дальше, если она продолжит?» — шептал в моей голове порочный голосок и, словно, ненароком, я раздвигала ножки.
— Шлеп! Шлеп! Шлеп!
Удары стали реже и слабее — наверное, у Алины заболела рука. Она шлёпнула меня ещё пару раз и остановилась. В зеркале на стене я видела, как раскраснелись ей щелчки. Но какой розовой была моя попка!
Кое-где отпечатались ей ладони с длинными пальцами. Как бы рассеянно, она положила руку на мою киску, и я задрожала от возбуждения.
— Дал ты тычешь, как сачка! — возмутилась Алина. — ты же получаешь удовольствие от наказания.
Я чуть не расплакалась от стыда. Сказать мне было нечего — ей слова были правдой.
— Вставай! Сейчас ты получишь под настоящему. Она расставила широко ноги, накрутив на руку ремешок.
— Становись на четвереньки между моих ног. Я сделала, как она сказала, и ей ноги плотно зажали мои бока. Плохо понимая, что я делаю, я выпятила попку и слегка развела ножки.
Когда ремешок впервые ужалил меня, он немного задел губки между моих ножек — и я вскрикнула от боли и. возбуждения. Я повернула голову, и увидела, что половые губки Алины влажные от соков. «Ей это тоже возбуждает», — догадалась я.
Ремешок свистел и свистел, a я вскрикивала сквозь зубы.
На полу перед моим лицом уже натекла приличная лужица от слез, когда Алина, наконец, отбросила в сторону ремешок и побежала к себе.
Я чуть не расплакалась в голос как трёхлетняя девчонка от разочарования. Неужели она сейчас кончит без меня? A я истерзанная так и останусь в одиночестве. Конечно, я могла получить удовольствие и без не, но сейчас мне хотелось ей подчиняться, мне хотелось, чтобы моей удовольствие зависело от не. Моей желание снова сбылось, она вернулась в мою комнату с огромным членом на поясе и какими-то блестящими клипсами.
— детка, я должная была сделать это, ты ведь понимаешь? — спросила Алина своим обычным мелодичным и ласковым голоском.
— дал, — покорно согласилась я, опустив глаза в пол, чтобы скрыть радость от того, что она вернулась.
— тогда, малышка, нам нужно довести дело до конца. Ты должно понять, что нужно слушаться.
— ты права, — всхлипнула я, и ей понравилась моя покладистость.
— тола крошка вставай с пола и давай в кроватку. Становись там на четвереньки и выпяти попку, как ты умеешь. Мне нравится, что ты стала послушной девочкой, поэтому я постараюсь быть нежнее.
Я подчинилась. Она же взяла член на поясе. Оказалось, что там два члена. Один — на вибрации, она ввела в свою влажную киску, потом застегнула на талии ремешок, и второй член стал прямо перед моим лицом. Я слегка открыла ротик, и она позволила полизать это огромное орудие, но через несколько мгновений, нахмурившись, отстранилась. Я вжала голову в плечи, но шлепков не последовало. Она нажала на крошечную кнопочку в основании вибратора, который полностью вышел в ей киску, и он тихонько загудел. Прохладная мазь капнула на розочку моего аниса, и почти сразу же ей быстрые пальчики размазали смазку и проникли в меня. Я застонала.
Огромный член прислонился к моей попке, и я уже готова была покориться ему, как Алина снова отстранилась.
Она протянула руку и взяла в ладонь мою левую грудь, пропустив сосок между указательным и средним пальцем. Клипса — зажим защёлкнулась на нем, и я закричала. Серия шлепком под ягодицами быстро успокоила меня. Через мгновение такая же клипса укусила мои. Правый сосок. Я была настолько поглощена новым болезненным и все равно возбуждающим ощущением, что опомнилась только когда Алина ввела в мои анис стран сразу на несколько сантиметров. Он тоже оказался выброс. Миллиметр за миллиметром он входил в меня, я постепенно привыкала к боли от зажимов на сосках, которая оказалась какой-то чувственной, отдающейся в животе и ступнях. Раз — и я оказалась почти насаженной на огромный искусственный фаллос. Два — и он почти вышел из меня. Раз — вышел, уже резче, два — резко вышел.
— o, дал, — шептала я в плену чувственной боли, тонущей в желании.
Алина тоже стонала, ей движения учащались. Раздува, раздува, раздува.
Еще еще еще еще. Вдруг одна клипса начала соскальзывать с сосочка, больно прищемляя его — он был ещё скользким от крема. Я закричала. В тот момент, когда клипса соскользнула, меня пронзил сильнейший оргазм. Я упала грудью на постель и забилась в конвульсиях. Спустя несколько мгновений кончила и Алина. Вторая клипса тоже начала съезжать. Я стиснула зубы — щели! — и она отскочила от моей второй бусинки. Обессилевшие, мы лежали с Алиной на постели. Последней мыслью, перед тем, как сон сморил меня, была мысль o том, что я тут живу около месяца. Скоро хозяин продет за оплатой, a вдруг квартира окажется слишком дорогой? Вдруг на моей место найдут более симпатичную и платёжеспособную квартирантку?
Друг на моей место найдут более симпатичную и платёжеспособную квартирантку? т живу около месяца. Скоро хозяин продет за оплатой, Вдруг на моей место найдут более симпатичную и платёжеспособную квартирантку? тут живу около месяца. Скоро хозяин продет за оплатой.
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=190 Sat, 19 Mar 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Новые соседки]]> Я повиновалась. В этой позе я была беззащитна и уязвима, но мысли мои были заняты одним желанием — получить удовольствие. Мне уже не было стыдно, мне просто хотелось, чтобы они отмели меня.

Алина развела мои ножки. Инстинктивно я зажимала половинки попки — стесняясь, что им открывается вид на ещё одну мою дырочку. Но Алина развела мои ягодички, и мне оставалось лишь покориться. Что-то прохладное капнуло на мою «звёздочку», Аня поспешила растереть это пальчиком. Внезапно он оказался во мне! Шок, который я испытала, заставил меня резко свести ноги. Я сняла комнату в квартире, где, кроме меня, жили ещё две девушки. Квартира была хорошей — с новой мебелью, ремонтом, в хорошем районе. Только с оплатой было что-то неясно. Я заселилась в начале месяца, но хозяин не взял залог. Сказал, мол, поживи, посмотри, нравится ли. A в конце месяца скажешь: будешь оставаться или нет.

Девушки соседки Алинка и Анька оказались очень красивыми и дружелюбными.

Однажды ночью я вышла в ванную, a дверь их комнаты — они жили вместе — оказалась открытой. Я ненароком глянула внутрь и остолбенела. Обе были без одежды. Алина стояла на четвереньках, развратно выпятив попку, a Аня вставляла ей туда какую-то штуку. Алина стонала, и стонала от удовольствия. Внезапно она повернула голову в мою сторону. Аня посмотрела тоже.

— Каришь, иди к нам, — позвала вдруг она.

Я была очень одинока, и никогда не была с мужчиной — они не проявляли кое мне интереса, хотя я и не была родиной. Обычная девушка, просто излишне скромная, замкнутая и застенчивая. На самом деле природа требовала своего, часто я не могла заснуть, не приласкав себя «там». Но сама я не могла сделать шаг навстречу. Так все и тянулось.

Аня и Алина отнеслись кое мне так дружелюбно, что я подумала: «почему нет?». Тем более что чувствовала: этой ночью мне тоже не уснуть так просто. И я зашла к ним в комнату.

На мне была пижама: коротенькие шортики и топик. Девушки встали мне навстречу. Обе были загорелыми, с красивыми круглыми попками — наверное, регулярно занимались в спортзале — и довольно большими грудями. У Ани были коричневые сосочки, a у Алины — вишневые.

— Малышка, ты такая напруженная, — сказала Аня, — тебе нужно расслабиться.

Я кусала губы от смущения и лёгкого возбуждения.

— дал, я всегда такая. Наверное, я не умею расслабляться.

— доверься нам, — улыбнулась мне Алина и потяну лаг топик вверх. И вот я перед ними обнажённая до пояса.

Обе начали нежно поглаживать моей тело: спину, грудь, животик. Я немного полненькая, небольшого роста. У меня наивные глаза, совсем детские, и тоненький голосок.

— не бойся, крошка, просто доверься нам, — шептала мне в ушко Аня, a Алина тем временем наклонилась и язычком провела под моим грудкам. Под коже побежали мурашки — никто ещё никогда так не делал со мной.

Аня же запустила свою руку мне в шортики.

— a ты уже влажная, девочка.

Я покраснела. Я чувствовала себя очень неловко, я смущалась, но меньше всего мне хотелось уходить.

Девушка потянула мои пижамные шортики вниз, потом стащила с меня трусики. И вот я совсем голенькая. Мне стало стыдно за свою волосатую «девочку» — у моих соседок киски были идеально гладенькие — но, похоже, им нравилась моя невинность и неискушённость, a волосики внизу живота были идеальным дополнением моему образу. Когда Алина вобрала мои сосок полностью в рот и начала сосать, я задрожала, Ещё несколько минут назад я собиралась нанести на лицо ночной крем, смазать губки гигиенической помадой и лечь спать. A теперь меня абсолютно голую ласкают две девушки, меня, которая ни разу не была с мужчиной!

Аня потянула меня к роскошной двуспальной кровати, когда я легла, Алина продолжала ласкать мои сосочки, которые напряглись так, что мне было даже чуть-чуть больно, Аня же развела в сторону мои ножки.

— ты же ещё девочка! — не веря своим глазам воскликнула она.

— я это сразу увидела, но, крошка, тебе же нравятся наши ласки? — спросила Алина, отстранившись на мгновение от меня и пытливо глядя мне в глаза.

Раскрасневшаяся, с блестящими от возбуждения и стыда глазами, я лежала в их постели.

— o, дал, — прошептала я, прикрыв глаза.

Она поцеловала меня, ей нежный язычок щекотал моей небо, и я неуверенно ответила ей.

Аня же ещё шире развела мои ноги и тоже поцеловала меня — в киску. Тело моей пронзила дрожь. Я мастурбировала бесчисленное количество раз, но ничто не могло сравниться в тем, что испытала я, когда она водила язычком под моему цветочку, когда теребила им мою жемчужинку — клитор. Я не смогла сдержать громкий стон.

Алина гладила мои животик и покусывала сосочки. Мне было больно и сладко. Я извивалась под двумя девушками, и не могла кончить.

Вдруг Аня села на постели.

— детка, ляг животиком мне на колени.

Я повиновалась. В этой позе я была беззащитна и уязвима, но мысли мои были заняты одним желанием — получить удовольствие. Мне уже не было стыдно, мне просто хотелось, чтобы они отмели меня.

Алина развела мои ножки. Инстинктивно я зажимала половинки попки — стесняясь, что им открывается вид на ещё одну мою дырочку. Но Алина развела мои ягодички, и мне оставалось лишь покориться. Что-то прохладное капнуло на мою «звёздочку», Аня поспешила растереть это пальчиком. Внезапно он оказался во мне! Шок, который я испытала, заставил меня резко свести ноги.

— А ты маленькая скромница, воскликнула Аня с недовольством в голосе и начала меня шлёпать. Сначала легонько, но с каждым разом все более ощутимо. Я начала извиваться и вскрикивать.

— Быстренько разведи ножки, чтобы мы видели все твои дырочки, иначе мне придётся отшлепать тебя кое-чем покрепче.

Я развела ножки. Удивительно, но от шлепков моя попка стала гореть, и это ещё больше возбуждало. Аня снова вставила пальчик в мою попку. Он был длинный, твердый и настойчивый. Мгновение — и я сама уже на него насаживаюсь.

— A она у нас развратная, — прошептала Алина.

— O дал, — ответила Аня.

Пальчик выскользнул из попки. Мне немного захотелось каркать, но это неуместное желание прошло сразу же. Прохладная мазь снова капнула на мои анис, и у нему тут же прислонилось что-то огромное. Оглянувшись, я увидела толстую розовую штучку, продолговатую и достаточно толстую.

— Ну же, крошка, откройся нам, — уговаривала меня Аня.

— Тебе будет приятно, ты же знаешь, — шептала Алина, лаская пальчиком мою жемчужинку.

Я пыталась расслабиться, но не могла. Аня надавила на мою звёздочку сильнее, и мне показалось, что меня насаживают на кол. Ещё чуть-чуть — и кончик искусственного фаллоса был уже в моей попке. Я застонала — мне было немного больно, но и приятно тоже.

Аня круговыми движениями начала ввинчивать фаллос в меня. Когда он вышел почти наполовину, она повернула его так, что он наше во мне какую-то неизвестную мне доселе точку — я вскрикнула от желания.

— Какао нетерпеливая, потерпи, мы тебя немного помучаем.

Она начала насаживать меня на искусственный член, каждый раз задевая эту точку легонько. Мне же оставалось только сучить ножками и постанывать.

Это продолжалось достаточно долго — настоящая пытка, усиленная ещё тем, что Алина легонько поглаживала маленькую горошинку в моей киске. Я больше не могла терпеть, и стоны мои становились все более громкими. Аня ускорила движения — быстрее, ещё быстрее — я чувствовала себя кузнечиком, надетым на иглу. Осознание того, что меня имеют две девушки больше не смущало, a наоборот, возбуждало. Вдруг Аня резко вогнала поршень в мою попку до конца. Не удержавшись, я закричала — тело моей начала бить дрожь — никогда ещё у меня не было такого бурного и главное долгого оргазма.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=189 Mon, 14 Mar 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[френдзона]]> — Ты куда? — вздыхает она

— Как куда? Надо ж продолжать работать над техникой, — я хватаю её за задницу и начинаю просто насаживать её на себя, кровать под нами скрипит и её от моих толчков отбрасывает подругу прямо мне на член. Если до этого она просто постанывала, то теперь она закричала.

— Ну что, ты уже чувствуешь как худеешь? Не помню уже даже сколько мы с ней дружили. Достаточно давно, чтобы я уже успел влюбиться и разлюбить её. Мне было слишком весело с ней, чтобы просто переставать общаться после отказа, поэтому мы стали лучшими друзьями — общие шутки понятные лишь нам, общие знакомые. В общем всё как у лучших друзей. За одним исключением — у неё охуенно сексуальное тело, на которое невозможно не смотреть, и которое невозможно не хотеть. Толпы поклонников, вечные смски на ночь, всё как полагается. А мне что? А мне ревность, а потом здоровый пофигизм и поводы для саркастичных шуток.

Собираемся на вечеринку, остаётся час до выхода. Захожу за ней, конечно же она ещё и не думала собираться. Стучу в дверь.

— Блииин, помоги мне срочно! я не знаю что одеть! — она в одной домашней майке, пижамных штанах, на голове срач из черных прядей. Сексуально.

— Скафандр как всегда, что ж ещё? — я с величайшим похуизмом иду сразу к холодильнику.

— Нууууу! — заканючила она и надула губы, — я правда не знаю. Ну скажи хотя бы, гламурно одеться или по хип-хапу.

— С твоим дакфейсом, что так, что так гламурное кисо, — еле уворачиваюсь от хлёсткого удара полотенцем

— Так, от тебя помощи никакой, друх называется, — поворачивается идёт в комнату. Я с банкой колы за ней.

В комнате чисто мужской бардак, валяется коробка пиццы, повсюду разной свежести тряпки и даже носки (кто там говорил что девочки сплошь чистюли?).

— Прости я не убрала, сядь где почище — с ехидной ухмылкой она прячется за дверь шкафа и собирается переодеваться. Потом высовывает голову — и не смей подглядывать!

— Ой, да кому ты нужна там. Давай уже быстрее, осталось 45 минут, — я сажусь в кресло перед компом и лениво потягиваю колу. На экране стоит скайрим на паузе. Мда.

— Слушай, что лучше эти джинсы или эта юбка?

Не поленился даже башку повернуть. Смотрю две руки изза двери трясут тряпками.

— Джинсы одевай, там опенэйр, прохладно будет, — я заботливый друг, все дела.

— Да? Ну только если влезу в них.

Сворачиваю игру, смотрю браузер открыт. Лезу в историю. Вроде ничего пошлого. Вконтакте, вконтакте, вконтакте... Так что это? Ага. Группа 18+. Ясно, шликаешь сучка на порево. «Ну ладно, все так делают» — мою философскую мысль прерывает полустон-полурык негодования изза двери шкафа

— Ну что за херня!!!

— Что такое там опять?

— Я не влезаю! Ну что это за пиздец, вот смотри! — она выходит из-за двери шкафа и я закатываюсь со смеху — на ногах надеты джинсы до самой задницы, и булки выпирают над поясом. Бедные обтягивающие джинсы чуть ли не трескаются под напором налитых бёдер моей гёрл-френды, а сочная жопа не даёт и малейшего шанса продолжить процесс одевания.

— Вот что мне делать теперь?

— Спортом надо заниматься было, а у тебя пицца да комп целыми днями.

— Какой ещё нахер спорт? У меня отличная фигура, да все парни, да блаблаблаа — я её уже не слушал, потому что всё таки вид этой задницы запустил простейший природный цикл возбуждения. Нейроны уже не могли успокоиться, адреналин исправно поступал в сердце, член медленно но верно стал подавать признаки жизни.

— Ну ты ж хочешь одеть джинсы и пойти на вечеринку трясти задом, не?

— Хочу... — уже спокойнее отвечает она. — Только с этим, — тычет пальцем на торчащие гладкие булки под трусами — что мне делать?

— Ты бы это... может... оделась бы, — чисто по-дружески делаю замечание.

— Да, блин, что ты женский зад не видел? Я щас серьезно говорю. Я ж не задумывалась даже об этом. Мб ты диеты какие знаешь или способы там, упражения, таблетки.

— Нууу... диеты да, овощи там, — вспоминаю чем там интернет пестрил, — спорт? ну зарядка... бегать надо... — смотрю у неё личико кривится с каждым моим словом, — ... ещё массаж есть, — раз, оживилась.

— Массаж? И чем поможет массаж?

— Ну он такой интенсивный, помогает, типа разбивает лишние килограммы.

— А ты знаешь как делать? — на лице ни грамма насмешки, и меня это немного пугает

— Ээээ... ну я видел в интернете...

— Сделай мне, а? Прям щас, может хоть чуть чуть поможет, я джинсы одену, — я в ахуе.

— Как мне стать или лечь или сесть? Ну давай уже, времени мало.

Пытаюсь быть серьёзным. Думаю, может шутит? Щас таким идиотом выглядеть буду. Но нет, вроде держится, хотя хрен их девок разберёт. Члену от такой ситуации в штанах уже неспокойно давно и он ленивой колбасой прижался к бедру.

— Ну чё, раком становись перед кроватью — у меня на лице тролльфейс 80-го уровня

— Сдурел совсем?

— Ладно, я шучу, снимай уже свои джинсы и на кровать ложись на живот. Снимай, только мееедленно

— Фу ты блин! — смотрю стягивяет как-то нервно, на лице румянец, на заднице — полосатые трусы с пикачу. Мило до невозможности. Легла, раскинув ноги в стороны. Бедра уже, блин, как у женщины, зато на ступнях забавные носки. Над всем этим симбиозом девочки и женщины возвышается вкусный сдобный зад сердечком. Подхожу к кровати и боюсь сесть — член сломаю. Становлюсь на колени у неё в ногах и сажусь прям на них перед самой задницей. Сейчас что-то будет.

— Ну чё ты ждёшь там? Эрекцию подавляешь? — ржёт она. Вот сучка.

— Нет. Отвращение, — тут же получаю пяткой по хребту.

— Шутки шутками, но я ж девушка, чурбан ты, — обиделась.

— Всё всё, не урчи, ща я технику вспомню, погоди.

— Ну ну, техник ты наш.

Лихо вцепляюсь всей пятерней прям в правую ягодицу, и мои пальцы утопают в упругой мягкой плоти.

— Ну ты, слесарь, поосторожнее..

— Так надо, это ж тебе не релаксирующий

Начинаю месить эти булки, сжимаю их, сдавливаю по всякому, у самого в голове «I have no idea what I'm doing», но приятно же, чёрт возьми! Смотрю извивается немного под руками, больновато наверно. Ослабляю хватку, и немного руками провожу по спине. Слышу лёгкий стон.

— Приятно по спине, давай ещё.

Глажу её, вожу руками, а у самого вся кровь будто сконцентрировалась на головке. Разминаю спину как следует и снова возвращаюсь в заднице. Воображаю себя великим героем френдзоны, который жертвует своим стояком ради блага подружки. Ведь это великая честь помочь подруге втиснуть свою задницу в узкие джинсы. За всеми этими героическими мыслями не замечаю, что руки уже мнут бёдра, а полосатые трусы сбились к талии и пропали почти между ягодиц моей любительницы пиццы.

Передо мной открывается чудная картинка красной налитой задницы. Под руками она как пластилин, горячая и руки не отлепишь. Смотрю выше — лежит себе, голову повернула, глаза закрыты, припухлые губы в блаженной улыбке.

— Дрыхнешь что ли?

— Неееет, — не открывая глаз отвечает, — ты давай продолжай

Судя по часам пати через 15 минут, но всем похуй — мы худеем.

Продолжаю свистопляску пальцами, большими массирую внутреннюю сторону бёдер. Сам знаю что там очень чувствительно, но ей вроде приятно. У меня уже кружится голова от возбуждения. Приходится поправлять член рукой, и вот он уже смотрит вверх и жалобно просит разрядки. Хотя нет, не жалобно. Вон как напрягся.

— У тебя кондёр работает?

— Да не, сломался, послезавтра должны починить, а чё? Жарко?

— Да пиздец. Можно я джинсы сниму?
— Нет, сиди и потей. Снимай конечно, блин. — я в шоке, и не думал, что прокатит.

Встаю, и за 2 секунды снимаю с себя джинсы и носки. Ну какие к чёрту носки в кровати?

Офигенное ощущение прикосновения наших голых ног, прикосновения её горячих гладких бёдер отдаются пульсацией в моём члене, который уже итак выпростался из тесных плавок. и торчит. Но я его игнорирую. Я же хороший друг.

— Слушай мне неудобно так массажировать, давай я приспущу твои трусы, а? — совсем обнаглел, ща пошлёт.

— А ещё чего тебе? Давай так делай.

— А как же техника? На видео трусов там не было

— Может ты порево смотрел, а не курсы массажа? Давай делай так или закругляемся.

Ну а чего я хотел? Вздыхаю, чинно поправляю её трусы, дёргая за краешек выуживаю их из булок моей корефанши. На трусах влажное пятно с характерным запахом, что тысячи лет сводит мужиков с ума. Вот же зараза. Не умею я держать язык за зубами.

— А это что такое?

— Где? — строит из себя дурочку?

— Вот! Это пятно?

— Какое пятно?

— Ладно, щас мы к тебе применим китайскую технику!

— Какую ещё... ? Ау!! — моя ладонь наотмашь бьёт её прекрасный и пре-красный зад. — Ты чего сдурел? АУ!! Да блин!! — и ещё раз! На тебе!

Она подо мной засучила ногами, пытается вырваться. Ну щас покажу тебе как меня дразнить и обманывать. Снова впиваюсь в эту попку пальцами, и большими начинаю массировать внутреннюю сторону бёдер, только теперь уже ближе к основанию. Нащупываю уже напухшие половые губы, и тут один мой палец проваливается в жгучую и мокрую пещерку. Я застываю на месте. Она подо мной тоже, слышу всхлип. Мысль в голове: «Вот так попал!» А у неё на лице ни слезинки, только жалобное выражение лица и мощный такой румянец. Погружаю палец глубже.

— Аааа! Что-о... ты делаешь? — дебильный вопрос, но щас не до этого — я ведь массаж делаю. Внутренний.

Всё, не могу больше сдерживаться, приподнимаюсь на ногах, приспускаю трусы, а дальше...

Мой член радостно выпрыгнув уже как копьё спартнца нацеливается куда надо и со скоростью звука я врываюсь раздутой головкой в сочащееся влагалище.

— А вот это и есть китайская техника похудания, — ничего тупее мой мозг просто не родил.

К её чести должен сказать, что она отреагировала достойно на эту фразу — она начала кончать.

Я лёг на неё сверху, а своими коленями обнял её, положив голени на её бёдра (да, в эту фразу надо вникнуть). Короче я просто начал покрывать её как молодой жеребец. Намокнувшее посторгазменное влагалище радостно обжимало мой уставший терпеть сладкие муки член. Я долбил со скоростью отбойного молотка, а моя партнёрша просто всхлипывала и кусала покрывало под собой. Я не выпускал её попку из рук, и я был счастлив. Это невероятный кайф — трахать ту, которую любил... или любишь? Я нацеловывал её сладко пахнущую шейку и радовался каждой секунде сладкого совокупления. Моя любимая пациентка уже просто подвывала от кайфа и подмахивала мне своей сочной задницей, елозила беспокойно ногами по кровати и совала свои пальцы себе в рот обсасывая их от возбуждения. Господи, как хорошо. Моя распухшие от спермы яйца подтянулись к мошонке, а ствол окреп и был словно из стали.

— Поцелуй меня... слышишь? — с лёгким заиканием от толчков прошептала она.

Мы слились в сладком затяжном поцелуе, наши языки оплетали друг друга, я упивался просто этим, ведь она, та самая, неприступная, и друг и любимая. До меня дошло что мы оба до сих пор в майках. Так не пойдёт. Шарю руками под её майкой и нащупываю её увесистую расплющенную о кровать грудь. Соски сжались и затвердели. Я ведь ещё никогда не видел её груди, но чувствую что она прекрасна. Ласково тереблю её возбуждённые сосочки, слегка щипаю их, тяну ореолы и сжимаю сами упругие груди. С подругой творится чтото невероятное, влагалище сжимается вокруг моего члена, попа сама насаживается, девочка дрожит подо мной и протяжно стонет сквозь поцелуй. Какая чувствительная грудь. Всё, хватит игрушек. С сожалением отлипаю от её губ не прекращая толчков моим членом и приподнимаюсь над её телом.

— Ты куда? — вздыхает она

— Как куда? Надо ж продолжать работать над техникой, — я хватаю её за задницу и начинаю просто насаживать её на себя, кровать под нами скрипит и её от моих толчков отбрасывает подругу прямо мне на член. Если до этого она просто постанывала, то теперь она закричала.

— Ну что, ты уже чувствуешь как худеешь?

— Я чувствую... что хуею под твоим членом... ты меня до потери сознания затрахать решил? — эти слова сработали как детонатор. Я с остервенением начал драть её, но надолго меня не хватило. В глазах потемнело, а снизу пошла приятная истома. Я вытащил член и мощно зафонтанировал прямо на её майку и раскрасневшуюся любимую мной задницу. Сперма густыми струями летела ей аж до головы.

Я перевёл дыхание и осмотрел свою работу. Передо мной лежит любовь всей моей жизни, заплёванная спермой, с красной задницей и бордовым сочащимся влагалищем и отдыхает. Член и не думал идти на покой, а просто немного опал и головка слегка закрылась кожей. Я упал рядом с ней.

— Что ж ты наделал, а?

— А что я наделал? — прикидываюсь валенком.

— Ну массаж насколько я знаю один раз не делается. Придётся на курс записываться, — ухмыляется.

— Это не бесплатно, — ну надо ж повыёбываться.

— Расплачусь натурой, — и эта сучка стягивает майку с себя и ложится в призывной позе. У меня перед глазами оказалось чудо природы. Точнее сразу два. Красивая грудь третьего размера. Соски были как называют на западе «All-day suckers» — те что выглядят так, будто их сосали весь день. Я бы так и делал, будь у меня возможность. Но мне не дали долго рассматривать всё это, потому что пялился не я один.

— Господи! И... ты... это... как... откуда? — она уже змеёй скользнула ко мне между ног и ухватила прямо за моего начавшего вставать бойца. — Венозный какой, и головка какая-то несоразмерная. Мне нравится. Вот дура-то. И как же я не замечала раньше...

Ну не дура конечно, хуй как хуй, но кто ж их поймёт этих женщин. Нравится — я только рад. Ооооох. Лизнула головку. Потом ещё раз.

— Я тебе должна за твой... первый сеанс так сказать, — сложив губки буквой «О» она обхватила головку и двигаясь вперёд стала освобождать её от кожицы. Языком при этом щекотала уздечку, потом нежно лизала ствол и снова переходила к головке, не забывая надрачивать член рукой. Я был просто в нирване. Член как будто и не кончал только что, снова твёрд и готов. Не могу лежать без дела, руки уже сами тянутся к её влагалищу, но стоило мне начать его ласкать, как она дёрнулась и запросто расположилась у меня над головой. Вас понял, дорогая. Схватив ладонями так удачно подвернувшуюся мне задницу я впился в её влагалище, слегка посасывал её клитор и выписывал целое эссе языком. У меня между ног творилось действие не хуже — как заправская минетчица, любовь всей моей жизни работала изо всех сил, шлёпала моей налитой головкой себе по губам и языку, обсасывала яйца, пыталась исполнить глубокую глотку и чтото там нашёптывала, при этом периодически вскрикивая от моих ласк. У меня же мозг от всего этого вообще перестал работать, и я только мечтал чтобы это не заканчивалось. Кончили мы как в кино почти одновременно. После очередной её пробежки губами и языком по стволу я выстрелил с мощностью пушки. Она почувствовав импульс стала мне помогать руками, выдрачивая из меня семя и всё это жадно выпивая, при этом её слегка трясло, потому что из влагалища потек её нектар. Мы пролежали где-то пол минуты пытаясь отдышаться. Я при этом благодарно целовал её ножки и водил руками по желанному телу, такому незнакомому и такому манящему.

— Ещё сможешь?

— Надо передохнуть немного.

— Ты понимаешь что теперь ты никуда не уйдёшь?

— Понимаю, я и не хочу. Сегодня может не пойдём никуда?

— Я и не хотела особо. Лучше закажем пиццы, а потом ты меня снова оттрахаешь.

Мой член снова начал напрягаться. Влюбился второй раз.

— Только есть одна проблема

— Какая? — удивился я

— Скоро ночь, соседи заснут.

— И что?

— Как что? Я ж опять орать под тобой буду...

Ну что же, дорогой читатель. Подводя итог я могу сказать, что мы из её комнаты выходили только в душ и за водой в магазин. Трусы с пикачу сиротливо валялись в углу комнаты, а других она не надевала. Столько раз кончить я не мог даже когда мастурбировал. Мы смотрели кино и ебались, а потом не могли вспомнить что смотрели. Мы купались в ванной — и я из неё не вытаскивал член. Она играла в компьютер — я делал ей куннилингус (правда она проигрывала почти сразу, зато наступал мой черед). Её тщетные попытки найти одежду пресекались тем, что я не мог вынести вида её отставленного зада и качающихся грудей и я просто яростно брал её на месте «преступления». Устав от секса мы лежали на кровати и... обсуждали всякую ерунду, всё что нас связывало, но в новом контексте. А, да. Мне удалось таки присосаться к её чудесной груди, кто б мог подумать, что от ласк груди она может кончить. И кстати её задница особо не похудела, чему я очень рад.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=188 Sat, 30 Apr 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Живопись]]> Не отпуская член, она опустилась у Димкиных ног на колени и губами обхватила дрожащий от возбуждения стержень. На этот раз Димка не сдержал стона. Марина, чуть отстранившись, улыбнулась ему, затем несколько раз, дразня, прошлась язычком по головке, Димон только воздух со свистом втянул. И, наконец, приникла к парню по настоящему, позволив игрушке целиком заполнить ее ротик, и принялась сосать. Димка, взяв Марину за плечи, закрыл глаза, а нежные губки, колечком обхватив упругий, живой ствол, скользили по нему, то забирая в горячую теплоту, то выпуская наружу. Ласковые пальчики снова коснулись яиц парня, и Димон выгнулся, подаваясь навстречу. Новость, что отпуск отцу дадут не раньше осени, Димона совсем не обрадовала. От родителей море и в сентябре не уйдет, даже еще лучше — бархатный сезон. А его, Димку, ждет университет. И это уже не школа, где мама записочку напишет, и гуляй смело. Можно запросто и путевку в армию нагулять. С первокурсниками не церемонятся. В общем, соленые волны мимо носа.

Впрочем, как выяснилось, не совсем. У младшего брата матери с отдыхом накладка вышла. Семьей собрались, заказали все, оплатили. Уж ехать пора, а дядька как ушел месяца четыре назад в рейс, так и болтается еще где-то у южных берегов Азии. Вот Маринка, жена его и позвонила:

— Пусть Димка с нами едет вместо Андрея. Комната у хозяев все равно уже снята, чего месту зря пропадать. Позагорает, в море покупается. И нам с дочкой веселей.

Вариант, конечно, так себе был, на троечку. У взрослого парня и мамки с трехлетним ребенком об отдыхе разные понятия. Но Димка, подумав, согласился. Все лучше, чем в городе торчать. Да и с Мариной они, хоть та старше почти на семь лет, общались хорошо, авось поладят.

Вопрос «поладить» и правда решился без проблем. Чего не скажешь о Димкином душевном спокойствии. Начать с того, что в комнате из спальных мест обнаружились лишь маленький детский диван, на котором Дим при всем желании не поместился бы, и кровать. Хорошая такая, мягкая. Но одна! Что ж им с Мариной вместе спать?!

Однако Маринка волнений парня не разделила и на все его возмущение только плечами пожала.

— Заказывали на семью, вот и одна кровать. Перемен не будет. Это частный сектор, а не пятизвездочный отель. Кондиционера тоже нет, зато до моря полсотни метров.

А на ехидный вопрос Димона не по очереди ли она предлагает спать, и вовсе отмахнулась.

— Ляжем под разные покрывала и все. Дел-то.

Довод Димку не впечатлил. По такой жаре и самую тонкую простыню с себя сразу скинешь. Ну и что от разных покрывал толку? Первая же ночь подтвердила все сомнения. Димон свою накидку спихнул, еще толком не заснув, а проснувшись, увидал, что и Маринка поступила также. Причем он-то в трусах лег, а на ней ничего не оказалось! Еще ладно б в комнате темно было. А то ночник для дочки оставленный горит. Все прелести видны, гляди, не хочу. Неудобняк! Не знаешь, как лечь, как просыпаться.

Да и не это одно. Марина, похоже, вообще не слишком собиралась Димку стесняться. То ли привыкла, что она с ребенком обычно одна и рядом никого, то ли вообще Диму всерьез не воспринимала. А может, ей просто нравилось поддразнивать повзрослевшего парня, черт знает. Но Димку она своей непринужденностью порядком озадачивала. Еще ладно по утрам. В конце концов, чем свободная футболка хуже пижамы? Вполне пристойно. Разве что чуть длинней могла б быть. И когда днем топлесс на пляже тоже терпимо. Тем паче в их, оккупированном семьями с детьми, краю многие молодые мамки так разгуливают. Но, переодеваясь на пляж, можно ванной воспользоваться или Димона отвернуться попросить. Да хотя бы самой к нему спиной встать. Фигу там! Не прерывая разговора шмотки долой и в натуральном виде. А Димке как себя вести? Глазки прятать, словно девочка-недотрога? Сидеть, пялиться в открытую? А самому переодеваться? При ней неловко. В ванную бегать — того гляди, посмеется. Кругом дураком себя чувствуешь!

А с вечернего наряда Димка и вовсе отпал. Халатик прозрачный, как занавеска. И под ним, по случаю жары, естественно ничего. Плюс размер такой, что если хоть каплю укоротить, то это уже шарфик будет. Маринка даже когда просто стоит — попка видна. А стоит чуть наклониться или сесть... В общем, Димон, вознамерившийся было по такой духоте пребывать в одних трусах, быстро понял, что нужно надевать еще и шорты. Свободные. И желательно какой-нибудь журнал на колени. Иначе будешь сидеть, как мачта с парусами. А уж к спанью без покрывала можно теперь относиться философски. Ничего нового не увидишь. Тут бы суметь уснуть после вечернего просмотра.

Это действительно было проблемой. Впечатление на Димку Марина, что и говорить, произвела. Парня судьба такими зрелищами пока не слишком баловала, а тут «весь вечер на арене». И фигурка что надо. Хотя бедра, на взыскательный взгляд, пожалуй, широковаты, но в целом очень и очень. Так что засыпалось с трудом. Только задремывать начнешь, злодейка память подбрасывает тебе видение практически обнаженного женского тела. А если учесть, что эта самая нагота рядом лежит и, скорее всего, уже без накидки... Ну, какой тут сон.

В общем, первые дни некомфортно было Димону. Маринка же беспокойства парня, словно, не замечала. Вела себя будто само собой, и постепенно Дим начал к новым правилам приспосабливаться. Вначале прямо при Марине переодеваться начал, на другой день спиной поворачиваться не стал. А в конце недели, махнул на все и остался вечером, после душа, в трусах, наплевав, что Маринка может увидеть его «приподнятое настроение». Труднее всего было журнальчиком не прикрыться. Но удержался. Хотя Марина не раз и не два на его выделяющийся член глаза скосила. Дим видел. Кстати, оказалось такое внимание непривычно, но даже приятно. И уснул он в тот вечер легко, словно какое-то напряжение спало. А вот Маринке, кажется, не спалось.

Весь следующий день Димон собой гордился, победителем ходил, а вечером Маринка его, походя, что называется одной левой, сделала. Уложив Светку, отправилась, помахивая полотенцем в ванную, а на пороге обернулась.

— Дим, будь другом, загляни минут через десять спинку потереть. А то замаялась я одна. В этой кабинке и не повернуться толком.

Победные фанфары, жалобно пискнув, разом умолкли. Дверь за Мариной закрылась, а Димон так и остался сидеть с открытым ртом. Хорошо хоть на часы глянуть догадался. Елки! Она ж там даже без символического халатика. И в кабинке вплотную вообще. Точно у меня встанет. И как это будет выглядеть?! А в каком виде заходить? Раз в душ, то надо бы раздеться. Но неудобно ж голому! Блин! Можно подумать, он каждый день девкам спины тереть ходит. И идти уже пора. Блин!

— Ты долго чего-то. — Маринка в ответ на стук распахнула дверь кабинки. — Залезай, давай. А трусы зачем? Заодно и постирать собрался?

Только дурак не услышал бы насмешки в ее голосе. Дим дураком не был.

— Да, нет... Не успел снять просто.

Звучало неубедительно. Отмазка салажонка. Дим, чувствуя, что окончательно теряется и краснеет, торопливо оголился и скользнул внутрь.

В кабинке двоим было тесно. Во всяком случае стоять не касаясь друг друга не получалось никак. И глаза отвести некуда. Покрытые бисеринками капелек плечи, заманчиво упругие полушария грудей, окруженная загаром бедер и живота нескромная белизна женской тайны, все было перед Димом. Близость соблазнительной красоты тут же отозвалась в Димкином стержне, и тот, несмотря на все мысленные усилия парня, решительно двинулся вверх.

Марина, конечно, заметила «подъем флага», но ничуть этим не смутилась. Напротив, нарочито не спеша, намыливая губку, с интересом рассматривала растущий перед ней «цветок». Димон молча стоял перед ней ожидая, когда она налюбуется. А что еще оставалось? Не рукой же прикрываться. Глупо. Наконец Марина протянула ему вспененную мочалку.

— Держи. Только ты не очень сильно.

Мыльный комок в Димкиных руках мягко заскользил по стройной спинке. Маринка, слегка расставив ноги, чуть наклонилась, упираясь руками в стенку.

— И попу тоже.

Водить ладонью с зажатой губочкой по округлым ягодицам было очень приятно, а член так просто расцвел. Димка честно пытался не касаться им женщины, но в такой тесноте... Без шансов. Наглый поршень ездил то по бедру, то поверх намыленной попки и ничего с этим поделать было нельзя. Впрочем, Марина не жаловалась.

— Ну, вот, вроде готово.

— Смывай.

Струи душа хлынули вниз, заполняя кабину. Маринка вновь повернулась к Диме лицом.

— Спасибо.

— Да, не за что.

Дим ждал, когда Марина подвинется, чтобы он смог выйти, но та не спешила отходить. Опустив взгляд на Димкину игрушку, она легонько коснулась открывшейся головки, с любопытством глянула на потянувшуюся за пальцем клейкую ниточку смазки.

— Красивый он у тебя. Только липкий немножко. Хочешь, я его помою?

Димка, не знал, что ответить, растерянно хлопая глазами. Маринка, улыбнувшись, капнула шампуня в ладонь, чуть вспенила и нежно повела рукой вдоль ствола, потом обратно. Еще раз, еще. Другой рукой коснулась яиц, ласково перебирая их, и уже двумя руками начала погружать хозяйство парня в облако душистой пены. Димка губу закусил, чтобы от непривычной ласки не застонать, а Марина, поигрывая с яйцами, ловко скользила ладонью по члену вверх-вниз. Это еще выглядело, как шуточный помыв, но оба уже понимали, что она дрочит Диме.

— Доведем до конца, чтобы «колокольчики» ночью не звенели?

Димка молча кивнул. Он понял, что имела в виду Маринка. Включив воду, та осторожно обмыла игрушку.

— Хочу тебя на вкус попробовать.

Не отпуская член, она опустилась у Димкиных ног на колени и губами обхватила дрожащий от возбуждения стержень. На этот раз Димка не сдержал стона. Марина, чуть отстранившись, улыбнулась ему, затем несколько раз, дразня, прошлась язычком по головке, Димон только воздух со свистом втянул. И, наконец, приникла к парню по настоящему, позволив игрушке целиком заполнить ее ротик, и принялась сосать. Димка, взяв Марину за плечи, закрыл глаза, а нежные губки, колечком обхватив упругий, живой ствол, скользили по нему, то забирая в горячую теплоту, то выпуская наружу. Ласковые пальчики снова коснулись яиц парня, и Димон выгнулся, подаваясь навстречу.

— О-о-о-ой.

Дим уже безошибочно чувствовал, как, зародившись где-то внизу живота, все стремительнее поднимается по стволу сладкая, неудержимая волна любовного сока. Еще немножко и она, поднявшись к самой вершине, прольется наружу густым, белым дождем.

— Я сейчас кончу!

Маринка и не подумала выпускать, готовое выстрелить, орудие. Сдерживаться Дим тоже не мог. Ягодицы парня вздрогнул в финишной судороге. Пряные, горячие брызги бегущими одна за другой порциями ударили из головки прямо в сосущий ротик. Это был фейерверк! У Димки звезды в глазах мелькали, а вздрагивающий член все фонтанировал и фонтанировал. Маринка, уже не в силах глотать, выпустила игрушку парня, и теперь на ее груди веерами рассыпались белые следы очередей Димкиного «автомата».

— О-о-ох. — Димка привалился к стене кабинки.

— Ну, ты и накопил.

Маринка поднялась с колен. Ее подбородок, грудь и живот были залиты спермой. Женщина удивленно и насмешливо глядела на парня.

— Откуда в тебе взялось столько?

— Да, как откуда. — Пожал плечами Димон. — Ты думаешь, я часто с голыми женщинами на одной кровати сплю? Или по вечерам с дамами, на которых из одежды полупрозрачная тряпочка, общаюсь? Сама же видела, как на меня действует. Ну и вот.

— Да уж. — Марина, улыбаясь, покачала головой. — Ну, отмывай теперь результаты.

— Рад стараться. — Дим, обняв женщину, поцеловал ее прямо в клейкие, еще хранящие вкус его спермы, губы. — Мне было замечательно!

Включив воду, Димка капнул шампуня в руку. Губку взять он и не подумал. Намыленные ладони скользнули по плечам, прошли по груди, опустились, смывая любовные следы, на живот, чуть коснулись влажного треугольничка волос и снова вернулись на грудь, накрыв затвердевшие соски.

— М-м-м. — Вздрогнула, не сдержавшись, Маринка.

Дим наклонился и, снова поцеловав ее, слизал с подбородка последнюю блестящую дорожку.

— Кажется все. — Он почему-то перешел на шепот.

Маринка накрыла лежащие на груди ладони парня своими и прижала их плотней.

— А ты... сможешь мне сделать хорошо? — Так же тихо шепнула она.

— Только скажи как.

— Язычком поласкай... там. Только идем в кровать, а то здесь неудобно.

— А дочка?

— Да она набегалась так, что до утра пушкой не разбудишь. Пойдем.

В комнате Марина легонько подтолкнула Димку к кровати.

— Иди. Я только ночник на всякий случай погашу.

Щелкнула клавиша, и темнота южной ночи вступила в свои права. Если б не белеющая незагорелая полоска, Дим бы и Марину не разглядел. Хотя вот она, рядом на кровати.

— Иди ко мне.

Димка, встав на колени, склонился к лежащей женщине. Раздвинутые, чуть согнутые в коленях ноги открывали доступ к невидимой в темноте, но ждущей парня, сокровищнице. Подсунутая под попку подушка приподнимала низ живота, делая его доступнее. Придвинувшись, Дим осторожно поцеловал сочащийся соком желания вход в пещерку. Марина тихо ахнув, прижала голову парня к себе.

— Сильнее. Не мучай.

Димкин язык, решительно раздвинув смазанные створки пещерки, вошел внутрь, скользя снизу вверх, добрался до возбужденного, набухшего клитора, с силой прижимаясь, прошел по нему, вернулся и атаковал снова. Еще и еще, с каждым разом осязая необычный, дразнящий вкус женщины. Маринка, часто дыша, тихонько, видно пытаясь сдерживаться, поскуливала в ответ. Придерживающий попку женщины Дим чувствовал, как вздрагивает она при каждом «наезде», как все сильнее трепетной дрожью отзываются на ласку, обнимающие его бедра. Опыт в таких делах у Димки был невелик, но чувствовалось, финиш Маринки ожидается, как и у него, скорый и бурный.

Маринка, вдруг, не то резко вдохнула, не то всхлипнула. Низ ее живота сотрясла короткая судорога, бедра с силой сжали голову Дима. Негромкий полузадушенный вскрик перешел в длинный стон, и Димка почувствовал, что ласкаемая пещерка оросилась иной влагой. Сок зовущего желания сменился соком удовлетворения. Дима ослабил нажим и мягко, не спеша, провел языком по увлажнившейся киске, пробуя новый вкус Марины. Та, тихо мурлыкнув, ослабила нажим бедер и расслабленно откинулась на кровати.

Освободившийся Дим разогнул спину и оперся на колени, разглядывая лежащую перед ним женщину. Глаза уже привыкли к темноте, и он вполне отчетливо различал открывшуюся меж раздвинутых ног пещерку, указывающий на нее темный треугольник волос, возбужденно колышущуюся грудь и даже блуждающую на губах улыбку.

— М-м-м. — Марина потянулась в сладкой истоме. — Хорошо.

Открыв глаза, она улыбнулась Диме:

— Теперь моя очередь тебя целовать.

Димка хотел лечь рядом, но Маринка потянула его прямо на себя. Выпрямившийся за время ласк член прижался под весом парня к ее животу. Ладонь Димки, словно сама собой, нашла грудь Марины, руки женщины сомкнулись на шее парня, ноги обхватили бедра. Поцелуй вышел нежданно долгим. Словно припавшие к воде усталые путники, Димка с Мариной никак не могли напиться друг другом. Наконец, они отстранились, переводя дух. Дим, опираясь на руки, навис над женщиной, чувствуя, как напряженные острия ее сосков щекочут на груди кожу. Ладонь Марины, покинув плечи, прошлась по спине, голым ягодицам парня, а затем скользнула меж животов, находя Димову игрушку.

— Покажи. — Тихо шепнула она на ухо парню.

Димка приподнялся на коленях, чтобы Маринке было видно.

— Он у тебя опять большой и красивый.

Взяв в руку член, Марина опустила его вниз, проводя головкой по клитору, вернула назад, снова провела вдоль пещерки. Димон, отвечая на ласку, чуть дернулся вперед, и... заглянул внутрь. Пара замерла, глядя друг на друга. Звенящие мгновения растерянности и замешательства оборвал отчаянный шепот Маринки.

— Ну!

Димка вошел одним резким движением. Поршень парня с лету прошел всю пещерку насквозь, доставая до самой матки. Маринка вскрикнула.

— Ай-й!

Но стремительный член уже наносил ей новый удар. Еще, еще и еще один. Еще! Маринка, кусая губы, чтобы не кричать, металась под Димоном. А тот, наплевав, что ее ногти царапают зад и спину, старался со всем пылом юности. Первый финиш Маринки ознаменовался жадным обоюдным поцелуем. После второго женщина откинулась на кровати, чуть касаясь ладонями парня.

— Димочка, — задыхаясь, простонала она, — я не могу.

Чего она не могла, не знал не только Димон, но и, пожалуй, сама Маринка. Поршень парня продолжал раз за разом влетать в ее горячую, влажную красоту, а Марина бессильно распласталась под Димом. Ее прижатая к подушке попка вздрогнула, когда стены пещерки снова пролились на Димкин ствол живительным дождем. В пещерке хлюпало, а Дим продолжал. Мячики Марининых грудей подпрыгивали в такт его ударам.

— Димочка, я еще раз кончила! — Голос Маринки звучал уже жалобно.

— И й-я-а-а-а.

Зад парня отчаянно задергался, и в нежную, наполненную соком женскую глубину ударил густой, тяжелый дождь мужской спермы.

— А-а-ах... О-о-о-о. — Голоса Димы с Мариной слились в один.

Димка со вздохом опустился на женщину, уткнувшись головой ей в плечо.

— Слезь. — Тихо простонала та. — Сил тебя держать нет.

Дим кое-как сполз, плюхнувшись рядом. Какое-то время оба просто лежали не двигаясь, потом Маринина рука нашла ладонь Димки и слегка сжала ее.

— Ну, ты даешь. Я шевельнуться не могу, но было так здорово!

— И мне. Между твоих ножек так хорошо!

— Между моих ножек сейчас лужа, сам знаешь чего, нами совместно сотворенного. И под попой тоже. Так что спим мы сегодня на твоей половине кровати и на одной подушке.

— В обнимку?

— Хоть один на другом, только я сверху. Под тобой уже належалась. Чуть жива.

Димка фыркнул:

— Да, ты сверху надо обязательно попробовать.

— Болтун! — Маринка швырнула в него выдернутой из-под попки подушкой. — Я первая мыться. Светильник зажги.

Димка проводил взглядом идущую в ванную женщину и легко соскочил с кровати. Сиреневый огонек ночника выхватил из темноты скомканную, измятую постель. На светлой простыне отчетливыми мазками темнели следы недавних утех. Парень улыбнулся. Красивая абстракция. И, что самое классное, он еще не одну такую нарисует. Димка был в этом уверен.

Георгий Бек]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=187 Thu, 31 Mar 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Встреча в бане]]> — А что, ребятки, мы как не свои? — вдруг сказала она. — Саш, ты знаешь какую взбучку дала мне Катька в парной, когда узнала, что мы паримся в трусиках? Ужас! Это ей и неестественно, и жарко, и неудобно, и еще кучу всего. Предлагаю все же удовлетворить желание гостьи и сделать нашу беседу более естественной.

С этими словами Аня встала из-за стола, скинула с себя полотенце и не спеша, покачивая бедрами, спустила вниз кружевные трусики. Мы женаты уже 5 лет. Я безумно люблю, и даже в чем-то боготворю свою Аню. Умница, прекрасная хозяйка, да к тому же очень сексуальная женщина. Ане 28 лет. Она младше меня на два года. Невысокого роста — 160 см с практически идеальной фигурой. Даже после родов она сумела сохранить упругий плоский животик и великолепную грудь второго размера с нежно-розовыми сосочками. Это может прозвучать странно, но за пять лет наши сексуальные отношения ничуть не охладели, а даже стали еще более яркими. Может быть, поэтому у меня никогда не возникало мысли об измене. Аня тоже была мне верна, в этом не могло быть сомнений. Иногда мы развлекались с ней, играя в различные ролевые игры. Аня у меня фантазер и всегда умудряется выдумать что-то новенькое.

Мы живем в небольшом частном домике на окраине города, который достался Ане от бабушки. Первое время мы подумывали было продать его и, взяв кредит, купить квартиру. Но чем больше жили, тем больше приходило понимание, что жить в своем доме, пусть небольшом и старом, нам все же больше подходит, чем в квартирной коробке. Я сделал небольшой ремонт, поменял крышу, обновил фасад. Аня обставила домик с таким вкусом, что мог бы позавидовать любой дизайнер. Возле дома был небольшой сад, который мы превратили в некий парк для семейного отдыха с детской площадкой для дочки. Кроме того у нас была своя баня. Мы с женой очень любим париться, да и многие наши друзья частенько заглядывают к нам в гости по этому поводу.

И вот, в очередную пятницу мне позвонил мой хороший друг Стас. Мы поговорили о том, что редко видимся и надо бы как-нибудь собраться.

— Нет ничего проще — сказал я ему, — приходи завтра в баню. С меня пар, с тебя пиво.

— Слушай, а может мы с Катей придем? — спросил он, — а то она ругается, когда я ее бросаю одну по субботам.

Катя — это жена Стаса.

— Хорошо, приходите вдвоем. Я Аню предупрежу. Она тоже будет рада.

Анька очень обрадовалась. Они с Катей подружились сразу же, как только познакомились.

Хохотали вместе часами. В общем, у нас была дружная компания.

На следующий день я убирался в бане. Поменял воду в небольшом бассейне, растопил печь и мы стали ждать гостей.

— Ну что? Где же Стасик с Катей? — в баню заглянула Аня, завернутая в полотенце.

— Наверное, скоро подъедут. Договаривались на шесть, а уже двадцать минут седьмого.

— Ну, тогда... может пока их нет... — сказала Аня с лукавой улыбкой, распахивая полотенце и

открывая моему взору прекрасное тело в одних тонких трусиках.

— Анька, не хулигань — сказал я, — а если они сейчас придут?

— Если, да кабы... — прошептала Аня и подошла ко мне вплотную, подставляя возбужденные соски к моему лицу. Я не удержался и обхватил губами ее нежный сосочек. Аня с шумом вздохнула, усаживаясь мне на колени. Она опустила руку мне на пах и сильно сжала член сквозь ткань трусов. Член начал медленно пульсировать, наливаясь.

— Этот запах дубовых веников меня так возбуждает — прошептала мне на ушко Аня, — Я уже вся влажная.

— Эй, хозяева! — раздался громогласный голос Стаса на улице.

— Вот, блин! — вскрикнул я и поднялся.

Анька тут же запахнула полотенце и посмотрела на меня с ужасом и весельем.

— Быстро беги в парилку — прошептала она, глазами указывая на выпирающий из трусов член.

Я только успел нырнул в парную и закрыл дверь, как в баню зашел Стас с Катей. Я слышал только их голоса и звуки поцелуев.

— Привет, Анютка! Чмок.

— Привет, Стас. Привет, Катюха. Чмок... чмок..

— А где Саня? — спросил Стас.

— Я тут — крикнул я из парной, — не дождался вас и решил погреться.

— Да, извини, пришлось немного задержаться — оправдывался Стас, — мне нужно срочно съездить документы отвезти на работу. Так что вы пока без меня начинайте, а я мигом.

— Лады — сказал я, — только быстрее.

Возбуждение понемногу прошло и я, ополоснувшись водой для убедительности, вышел из парилки.

— Привет, Катя!

— Здравствуй, Саня. Ты уж извини. У нас всегда что-нибудь случается — с улыбкой сказала

Катя.

— Да ладно — отмахнулся я, — Стас надолго?

— Я не знаю. Может быть и нет. Все зависит от начальника.

Катя все еще стояла в легкой куртке и брюках, в окружении оставленных Стасом пакетов с пивом и закуской. Она была очень симпатичной девушкой, ростом немного пониже Ани и пожалуй чуть пополнее. Обычно мы парились поочередно, сначала мы со Стасом, потом Аня с Катей. Но теперь вот решили вместе посидеть.

— Да ты раздевайся и проходи, что ты стоишь как бедная родственница? — воскликнула Аня и принялась снимать с Кати куртку. Я тем временем доставал из пакетов еду и раскладывал на столе.

— А я вам специальное мыло принесла банное, — сказала Катя, освобождаясь от брюк. У Кати это вроде хобби. Покупает различные ароматические масла и делает мыло, скрабы и прочую ерунду. Я это не особо понимаю, я и обычным хозяйственным мылом могу помыться, но супруге ее продукция очень нравиться.

— О! Спасибо! — воскликнула Аня, — А что за запах?

— Нуууу, там очень много всего намешано, — сказала Катя с загадочным видом, — но я думаю,

вам понравится.

— Прошу к столу — развел я руками, давая девушкам обозреть ожидающие нас яства.

Я разлил по глубоким стаканам холодное пиво.

— Ммммм — протянула Аня, — какая вкуснотища.

Мы сели за стол и подняли бокалы. Аня, раздевшись, осталась в одном легком коротком халатике и трусиках. Когда она села напротив меня на лавку, то я увидел белую полоску трусиков, проглядывающую между ее великолепных бедер. Кроме того, она была без лифчика и ее полные груди размера не меньше третьего очень вызывающе упирались сосками в шелк халатика. Я никогда не видел Катю почти без одежды и всегда считал, что она толстовата. Я не знал, что у нее такое прекрасное упругое тело. Пока я осушал бокал, то поймал себя на мысли, что мой взгляд жадно следит за каждым колыханием ее груди. Неожиданно, как бы проснувшись ото сна, я перевел взгляд на жену и покраснел. Аня смотрела на меня с укоризной и какой-то легкой иронией. Мне стало не по себе еще и от того, что в трусах снова начал движение член. Катя посмотрела на меня внимательно, потом перевела взгляд на Аню и засмеялась.

— Чего мы сидим как на светском приеме? Давайте еще по бокалу и в парную! А то я уже замерзла. Мы выпили и девчонки встали.

— Я после вас пойду — сказал я, — попью еще пивка. Может, Стаса дождусь.

Анька поправила полотенце и нырнула в приоткрытую дверь парилки.

— А... — Катя недоуменно уставилась на меня, — а что вы в нижнем белье паритесь?

— Когда как — уклонился я ответа.

— Ну, ладно... — она провернулась ко мне спиной, скинула халатик на пол и обернулась полотенцем. Я успел поглазеть на ее упругую, манящую попку в тонких трусиках.

— Ну, я пошла... — сказала она, игриво подмигнув мне.

Из парилки послышался женских хохот и шипение пара.

Вот я влип. Не надо было соглашаться париться вместе с ними. Вдруг опять встанет? Еще и Аня заметила мой интерес, теперь обижаться будет. Девчонки парились минут пятнадцать. Я как раз успел выпить бокал пива. Уже третий. В голове началось приятное кружение и я расслабился. В конце концов, все свои. Чего стесняться? Ну посмотрел на красивое тело. Что ж тут плохого?

— Ой, спасибо, Сашка. Прекрасная баня! — Катя дышала жаром. Девушки раскраснелись от пара.

— Давай, Катька в бассейн — скомандовала Аня, — нужно охладится.

Катя, недолго думая, скинула с себя полотенце и не спеша опустилась в большую бочку с холодной водой, вмонтированную в пол, которую Аня гордо называет бассейном. Я остолбенел. Катя с ехидной улыбкой повернулась к нам и моему взору предстал ее голый бюст со стоящими от холодной воды сосочками. Я второпях отвел глаза и тут же получил шлепок по попе от жены.

— Давай теперь ты иди в баню быстро, — приказным тоном сказала Анька, что я тут же исполнил
Когда я выходил, Аня с Катей уже сидели за столом, допивая очередной бокал пива.

— А вот тебе и мальчик по вызову — воскликнула Аня, и девушки расхохотались.

— В каком смысле? — не понял я.

— Да не обращай внимания — сквозь смех проговорила Катя, — Анька дурачится. Мы тут про мальчиков по вызову говорили, и как раз ты выходишь.

— Я опустился в бочку с водой и несколько секунд наслаждался прохладной водой после жара парилки.

— Стас звонил. — серьезным тоном сказала Катя — задерживается и похоже надолго. Впрочем, я в этом и не сомневалась. У него всегда так.

— Эх... — только и проговорил я, — я так надеялся, что посидим, повеселимся.

— Да что мы без него что ли не повеселимся? — засмеялась Катя, — Давай, водоплавающий, к нам. Еще по бокалу выпьем.

Мда, девчонки уже видимо выпили неплохо. Катя никогда не позволяла так развязно со мной общаться. Это с Анькой они запанибрата. Я выбрался и присел на лавку напротив девчонок.

— За любовь! — воскликнула Аня, поднимая бокал.

— Нууу, я смотрю вы уже напились, если за любовь пьем — проговорил я весело.

— А что ты имеешь против любви? — спросила Катя, уставившись на меня лукавыми глазами.

— Ничего не имею. Это я так, к слову. У вас тост «за любовь» как индикатор опьянения. — проговорил я.

— Да ладно тебе, котик. Не превращайся в зануду — прощебетала Аня, — уж он то против любви точно ничего не имеет — повернулась она к Кате, — можешь мне поверить, я то знаю.

— Ммммм... — промурлыкала Катя, глядя на меня поверх бокала пива, — ну поверим на слово.

— Скажи, Санька, ты со Стасом часто отдыхаешь. Он мне изменял? — вдруг серьезно спросила Катя.

Я даже подавился. Вот это вопрос. Да, конечно, я знаю, что у Стаса такое бывает. И на работе и в командировке. Он мне рассказывал про некоторые случаи. Но так подставить друга я не мог.

— Нет, конечно, — пробубнил я, откашливаясь, но видимо недостаточно убедительно.

— Ну и хорошо — улыбнулась Катя, пристально глядя мне в глаза и понимая, что я вру. Аня молча наблюдала за нашей беседой.

— А что, ребятки, мы как не свои? — вдруг сказала она. — Саш, ты знаешь какую взбучку дала мне Катька в парной, когда узнала, что мы паримся в трусиках? Ужас! Это ей и неестественно, и жарко, и неудобно, и еще кучу всего. Предлагаю все же удовлетворить желание гостьи и сделать нашу беседу более естественной.

С этими словами Аня встала из-за стола, скинула с себя полотенце и не спеша, покачивая бедрами, спустила вниз кружевные трусики.

— Принято, — воскликнула Катя и тоже встала. Шелковый халатик и белые трусики отлетели в сторону. Прямо передо мной стояли две сексуальные абсолютно обнаженные девушки и с усмешкой смотрели на мою реакцию. Я, как ошалелый, переводил взгляд с одного тела на другое. Взгляд мой скользил с абсолютно гладко выбритой киски моей жены к набухшим половым губкам Ани и лобку, украшенному интимной стрижкой в виде кленового листа. Я аж встал от удивления. Девушки продолжали демонстративно стоять напротив меня.

— Ну же? Милый, ты чего завис? Забалдел? — Вывел меня из ступора голос жены, — давай скидывай свои портки. Не будь белой вороной.

Мне показалось, что я покраснел как помидор.

— Чего это вы удумали? — спросил я, поднося стакан к губам и опуская глаза.

Анька вдруг подпрыгнула ко мне и рывком стянула с меня плавки вместе с полотенцем. Полувозбужденный член выпрыгнул под внимательный взгляд Кати.

— Да что ты творишь, Анька! — в гневе выкрикнул я, прикрывая член рукой.

— Ну что ты... не стесняйся — нежно проговорила Катя, — расслабься и наслаждайся отдыхом.

Я быстро сел на стул. Катя тоже опустилась на лавку и закинула нога на ногу. Аня ногой откинула в сторону мои трусы, как бы опасаясь, чтобы я их снова не надел и села на свое место рядом с Катей.

— Налей-ка, Саш, еще пивка — попросила Катя, — а то аж в горле пересохло.

Мне показалось, что это было сказано специально, чтобы заставить меня встать с места и еще раз поглазеть на мой член. Я молча поднялся (член медленно пульсировал, поднимаясь) и пошел открывать новую бутылку с пивом. Девушки молча с интересом наблюдали за мной.

— А у тебя отличная попка, — сказала Катя с насмешкой.

— У тебя тоже — буркнул я. Что же это все они надо мной смеются. Можно и мне немного.

— О! Спасибо за комплимент!

Я обернулся. Член уже принял боевое положение, но я перестал стесняться. Хотят так, значит так.

— Вау, какой красавец! — округлила глаза Катя, — завидую тебе Анька.

Аня сидела молча, лишь слегка улыбаясь краешком губ.

— Ничего особенного. — ответил я, — Вам то девушкам проще скрыть возбуждение.

— Ты так думаешь? — спросила Катя и переглянулась с Аней.

— Думаешь это так легко скрыть? — Катя развела ноги в стороны, демонстрируя мне набухшие бурые половые губки истекающие влагой, — как по твоему можно скрыть, например, это?

— Мой член уже стоял как кол. На головке выступила капелька смазки.

В этот момент раздался оглушающий смех Ани.

— Ну Катюха, ты даешь! Смотри до чего ты его довела.

Я стоял на месте, как дурак, с открытой бутылкой пива.

— Я довела, а ты выведи! — строго сказала Катя, — нельзя же так издеваться над мужчиной.

Аня подошла ко мне и слегка щелкнула по носу пальчиками.

— Ну, куда уставился, милый? — спросила она меня, хватая рукой за член, — Нравится?

Катя еще сильнее развела ноги в стороны, одной рукой принялась играть с соском на груди, а другой раздвинула половые губки, и стала пальчиком теребить клитор.

— Ну же? Что молчишь? — продолжала надрачивать мой член супруга. Хочешь туда?

Она опустилась на колени, и я почувствовал ее теплое дыхание на головке возбужденного члена.

— Аааах, хороший мой! — простонала Катя, вводя палец в свою пещерку, — давай же, Санька, представь как прекрасно! Ты прикасаешься своим горячим членом к этой мокрой киске... Мочишь головку в моей смазке, а потом... Рывком входишь в меня!

В этот момент Катя ввела внутрь два пальца и сильно сжала свою грудь, а Аня одновременно глубоко заглотила мой член плотно сжатыми губами.

— Аааааа... — застонали мы с Катей одновременно.

— Да! Вот так. Хороший мой... Ммммм — продолжала стонать Катя, мастурбируя.

Я тяжело дышал, наблюдая за ней, и рукой прижимая голову Ани к себе.

— Да... Да. Да!!! — Кричала Аня, подмахивая бедрами и глубже вводя пальцы внутрь, — ты просто прелесть, мой сладкий. Еще! Еще!

Она смотрела мне прямо в глаза внимательным, слегка одурманенным взглядом из-под полуприкрытых ресниц. Мы не могли отвести друг от друга глаз, и я уже не помнил про жену, про ее сладкий минет. Я уже трахал Катю в эту манящую, истекающую соком киску. Я чувствовал жар у нее внутри.

— Ох, да! Да! Не останавливайся! Еще чуть-чуть! Чуть — чу... , — Катя вдруг резко выгнулась, продолжая неистово теребить клитор, — Аааааааа! — закричала она что было сил и, встав почти на мостик, начала содрогаться в мелких конвульсиях. Анька выпустила мой член изо рта и стала быстрыми движениями его надрачивать. Я настолько увлекся, что почти машинально хотел подхватить Катю под бедра, чтобы кончить в нее, забыв про то, что около меня на коленях стоит жена. Извергая сперму ей на лицо и грудь, я упал на Аню, лицом уткнувшись в горячую и влажную промежность Кати. Ее еще бил мелкий озноб оргазма.

Аня поднялась с пола, рукой вытирая сперму с губ.

— Мммм... что-то мы расшалились, ребятки — сказала она.

— Ааах... аааа. — тяжело постанывала Катя, — ой, Анька... дай прийти в себя.

Я тоже встал на ноги и посмотрел на жену, которая слизывая мою сперму с пальцев.

— Ммм... Ты сегодня особенно вкусный милый. — Она сказала это так, как будто ничего не произошло.

Я стоял посреди бани, со все еще торчащим членом, и молча смотрел на эту картину. Катя потихоньку пришла в себя, убрала руку с киски, и присела на краешек лавки.

— У меня еще никогда не было такого оргазма! — ошалело произнесла она, — ее глаза еще были замутнены удовольствием.

— Я в душ, — сказала Аня и зашла в душевую кабинку. Я сел напротив Кати и налил всем пива.

— А мне и правда показалось, что это ты меня... трахал, — прошептала Катя, наклоняясь ко мне, слегка запнувшись перед последним словом.

— Мне тоже, — кивнул ей я. Мы пришли в себя и теперь все произошедшее казалось немыслимым сном.

— Ну, вот и я — сказала Анька, выбегая из душевой кабинки, и даже не пытаясь вытереться полотенцем, — как вы тут?

— Ой, ты не представляешь себе, Анька, насколько отлично. Это было... великолепно. Зато теперь все расслаблены и можно отдохнуть.

— Все?! Расслаблены?! — возмущенно вскрикнула Аня и уставила руки в боки.

— Ох, извини, моя родная, — сказала Катя, вставая, — мы же совсем про тебя забыли. Скажи, ты осознаешь, что твой муж только что тебе морально изменил? С лучшей подругой. — и Катька игриво подмигнула.

— Ага — рассмеялась Аня, — причем на глаза у жены.

— Не ври! — парировала Катя, — глаза твои были на другом месте.

Мы все дружно расхохотались.

— Ну что, дружок, ты осознаешь свою вину? — спросила меня Катя, обходя Аню сзади.

— Я готов ее загладить, — соглашаюсь я.

— Ну что ты... Кто же тебе даст? — возразила Катя, обхватывая Катю рукой за талию, — гладить буду я.

Она встала сзади Кати, одной рукой обняла ее за берда, а другой стала ласкать Анину грудь.

— Хочешь посмотреть как твоя жена изменяет тебе? — спросила Катя, — рукой раздвигая половые губки Ани. У Ани вырвался стон наслаждения.

— Нет, Кать, давай лучше пусть он, — простонала она, однако не сопротивляясь.

— Хочешь выйти сухой из воды? — ухмыльнулась Катя, — Не выйдет. Твой муж тебе изменил, теперь измени и ты.

— Он... ааах... не изменял... , — стонала Аня, — обильно орошая смазкой гибкие пальчики Кати.

— Еще как изменял, — шептала Катя ей на ушко, — он трахал меня! Трахал ненасытно! Вот так! — и она проникла сразу тремя пальцами во влагалище жены.

— Ааааааа, — закричала от удовольствия Аня.

— Ты бы видела его глаза! — продолжала пытку Катя, — он весь был мой... во мне. Он входил в меня своим упругим членом, терся мокрой головкой о мои губки. Вот так. — Катя продолжала сильными движениями пальцев ласкать киску Ани.

Я смотрел на это завороженно, как во сне. Аня закрыла глаза и только сильно стонала. Катя сдавила ей грудь рукой и принялась быстро входить и выходить в нее удивительно ловкими и быстрыми пальчиками.

— Ууааааааааа, — вдруг взорвалась Аня и быстро задвигала бедрами.

— Да! Вот так, моя девочка! Вот так! Кончай! Кончай! — перекрикивала ее Катя.

Силы оставили Аню и она плавно опустилась на пол к Катиным ногам.

— Ну вот, а ты не хотела... — посмотрела на нее сверху вниз Катя, — разве он бы так смог? — легкий кивок в мою сторону.

— Все равно, это перебор, Катюх... — простонала с пола Аня.

— Успокойся подружка, — Катя нагнулась и нежно поцеловала Аню в губы. — зато посмотри как мы возбудили нашего Сашку.

Они посмотрели на меня и мило улыбнулись. И правда, от увиденного член мой снова принимал боевое положение.

Я отвернулся от них и выпил пиво.

— Ладно, хватит буянить, — сказала Аня, поднимаясь с пола. — давайте лучше еще выпьем.

Мы дружно сдвинули бокалы и выпили.

— Слушай, Анька, а что если... , — Катя задумалась, подбирая слова, — Что если я тоже удовлетворю твоего мужа? Не виртуально, а реально.

— Нет, — жестко ответила Аня, посмотрев ей в глаза.

— Ну почему? Я очень хочу его попробовать.

— Нет, — повторила Аня, — это уже перебор.

— Эх, вздохнула Катя, — жаль. А так хотелось. А тебе бы хотелось, Саш? — спросила она меня серьезно.

— Кать, Аня права, хватит уже поднимать эту тему.

— Ты не уходи от вопроса — не унималась Катя, — хочешь меня?

Она встала с бокалом пива, отставив ногу на лавку, обнажая пухлые и влажные половые губки. Аня Молча смотрела на меня. Член опять стоял на сто процентов. Что же это за стерва.

— Нет... — неуверенно сказал я

— Ах так? Значит нет? Ну ладно, — Катя отпила пива и молча пошла в парилку.

— Ань, что происходит? — спросил я жену.

Аня только молча улыбалась, глядя на меня.

— Какой ты у меня неприступный! А скажи, тебе ведь и правда хочется ее поиметь? Я это поняла еще когда только она разделась в бане.

— Не говори ерунду... — сказал я, отводя глаза.

— Хочется, не отрицай! — твердо сказала Аня, — А тебе понравилось как она меня ласкала?

— Да! — сказал я, вставая из-за стола в бешенстве, — Что за игры вы тут устроили? Сколько можно надо мной издеваться?

— Успокойся, Саш, мы просто шутим... — опешила Аня.

— Ах, шутите? Давай я тоже пошучу! Хочешь, чтобы я поимел твою подругу? — хмель сделал свое дело и я потерял контроль над собой.

Аня молча смотрела на меня расширившимися глазами. Я развернулся, и уверенно направился в парилку. В дверях я столкнулся с Катей, которая, услышав крики, решила узнать, что случилось. Я быстрым движением подхватил ее за бедра и повалил на деревянную полку. С полочки под потолком упали баночки с массажными и эфирными маслами. Часть масел растеклась по полу, часть по животу и груди Кати.

— Ты что? — в ужасе крикнула Катя, ничего не понимая.

С ухмылкой глядя в ее испуганные глаза, я властными движениями развел ее ноги в стороны.

— Саша, стой! — услышал я сзади голос жены, — что ты делаешь?

Я не ответил. Ноги Кати оказались у меня на плечах, а сочащаяся головка моего члена уже упиралась Кате между ног.

— Саша, отойди от нее немедленно! — Аня обхватила меня за талию и попыталась оттащить назад.

Я немного поддался ее усилиям, но через миг со всей силы рванулся вперед. Руки Ани соскользнули и я с силой уперся членом в половые губки Кати. Она уже была настолько возбуждена, что мой член тут же проскользнул внутрь на всю длину.

— Аааа, — закричала Катя, высоко поднимая ноги, — Аааааа... Мммаааа... Стоооой!

Я сильными толчками погружался в ее желанную вагину снова и снова. Киска у нее оказалась на удивление узенькой и упругой. Я почему-то думал, что будет наоборот.

— Прекрати! — Кричала Аня сзади, пытаясь бить меня ладошкой по спине и ягодицам, — Хватит! Это была шутка.

— Оооооо! — стонала Катя, — Мммммм да!

Масло растеклось по ее груди и бедрам и ее тело периодически выскальзывало из моих рук. Но она уже оставила всякие попытки сопротивления. Сзади я услышал тихий плач жены. Катя громко стонала от удовольствия. Ее большие упругие груди с торчащими сосками, облитые блестящим маслом, соблазнительно колыхались в приглушенном свете парной в так моим движениям. Тугая и горячая киска уже была настолько влажной, что мой член без труда проникал в нее до упора, издавая иногда чавкающие звуки.

— Ммммммаааааа! Даааааа! Дааааа! — исступленно кричала Катя. По ее животу пробежала мелкая дрожь и я почувствовал как мой член внути нее словно захватывают вибрирующие мышцы влагалища.

— Ооооооо даааааа!!! — кричала Катя во весь голос, бурно кончая.

Она откинулась назад, запрокинув голову, полностью подвластная мои движениям. Ее киска истекала потоками смазки. И я просто потерял голову. Я уже не слышал криков моей жены, только влажные звуки проникающего в Катю члена и ее исступленные стоны. В парилке было жарко, несмотря на открытую дверь. Пот стекал с моего лба на глаза и подбородок. Тело Кати блестело в капельках масла. Когда я бился о ее попку яйцами, погружая глубоко свой член, Ее груди содрогались и капельки пота струйками стекали с них на ее животик. Я не останавливался ни на секунду.

После оргазма узенькая пещерка Кати стала просторней. Мой член уже не ощущал давление ее стенок и хлюпал там, утопая в обилии смазки. Катя продолжала стонать, подмахивая бедрами навстречу моему члену.

— Да... да... еще... — шептала она не своим голосом.

Я чувствовал, что могу скоро кончить, но из-за того, что внутри у Кати стало слишком просторно и стимуляция члена снизилась, я никак не мог достигнуть пика. Я трахал Катю с бешенным темпом сначала практически полностью вынимая член из нее так, что головка показывалась между мокрых половых губок, потом резким движением погружаясь в нее, шлепая бедрами по попке. С губ Кати срывался сдавленные стоны. Так продолжалось минут пять.

— Ох! Ааааааа! — вдруг закричала Катя, хватая себя за грудь. Она с силой сдавила соски, так что кожа вокруг ее пальцев побелела.

— Оооо! Ааааааааа — взвыла она. Я даже испугался, подумав, что мой член внутри причинил ей какую-то боль. Но я не успел толком понять, что происходит. Мой член опять как будто сдавили сильной рукой. Я попытался его вытащить и вдруг, содрогнувшись, начал бурно кончать. Катя тряслась всем телом, обхватив меня ногами за талию и не выпуская меня из себя. Я рывком вырвал член из ее, ставшей узкой и пульсирующей киски. Но, все же немного не успел и часть спермы изверглась внутри ее. Такого оргазма я еще не помню на своей памяти. Меня всего трясло. Я водил членом между половых губок Кати и извергал все новые и новые потоки спермы на ее животик, грудь и даже лицо. Катя тоже тряслась в неистовом оргазме, сжав кулаки и издавая какие-то неестественные крики. Я не знаю сколько это продолжалось, но показалось вечностью.

Тело Кати обмякло, она опустила ноги на полку и распластала руки в стороны. Я отошел назад и сел на лавку предбанника.

Потихоньку приходило осознание произошедшего. Меня мучила дикая жажда. Я залпом осушил пол стакана пива и поднял глаза. На пороге парилки стояла голая Аня. Ее глаза были широко раскрыты. На щеках еще не высохли слезы. Она смотрела испуганным взглядом то на меня, то на тяжело дышащую Катю, которая пыталась совладать со своим ослабевшим телом и привстать на полке.

— Ты сошел с ума? — очень тихо спросила Аня, присаживаясь на лавку рядом со мной.

— Да, наверное — так же тихо сказал я, отводя глаза, — извини...

— Извиняю, — не сразу ответила Аня, — мы сами виноваты. Дурацкая была шутка.

— Ох! — тяжело вздохнула Катя. Она стаяла на пороге парилки, устало держась рукой за стену.

Растрёпанная и с блестящим от масла телом. По ее щеке, груди и животу стекали тонкие струйки моей спермы. Сперма вытекала также из набухших, свисающих далеко вниз половых губок ее натруженной киски. Она посмотрела осоловелыми глазами на меня. Перевела взгляд на Аню. Потом осмотрела себя, пальцем руки сняла капельку спермы с груди и, засунув палец в рот, закрыла глаза.

— Ммм... , — тихо прошептала она, — а он у тебя и правда вкусный, Аня.

Аня только хмыкнула.

— Что же теперь будет? — спросила Катя, — что же мы наделали?

— Ничего не будет! — неожиданно весело воскликнула Аня, — мы просто никому об этом не скажем.

Она вскочила, обняла Катю и долго и нежно поцеловала.

На полочке у входа заиграла мелодия сотового телефона Кати. «Show must go on» группы Queen.

ЗвонилСтас.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=186 Mon, 29 Feb 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[История лейтенанта Сидоровой]]> Почувствовав приближение оргазма, Настя немедленно прекращала стимуляцию и отдыхала. A потом повторяла все в той же последовательности: дырочка, ротик, клитор. И так несколько раз, пока томление не станет невыносимым. Только тогда она позволяла себе кончить. Эффект был всегда потрясающим! И его подогревали мысли, что кто-то в доме напротив мог запросто видеть ей обнажённой, когда она ложилась спать. Дорогие дамы! Рассказ ориентирован на вас, a значит, вам и судить — получилось у меня или нет. Но я правда очень старался. Чесаловой!
Сползшие от постоянного вращения на стуле колготки собрались в складочку на попей и вызывали чувство дискомфорта. Настя Сидорова поднялась со своего места, подошла к двери и выглянула в коридор. Никого не было. Тогда она завернула за ближайший стеллаж, где на стене висело ростовое зеркало, высоко задрала форменную юбку и подтянула колготки. Хотела было оправиться, но задержалась. Повернулась своей пятой точкой к зеркалу, выпятила немного и начала придирчиво рассматривать через плечо. Результаты Настю удовлетворили. Ей попочка не содержала изъянов: выпуклая, подтянутая. Прелесть, a не попка! И трусики эти ей определено очень идут. Даже несмотря на то, что прикрыты бежевым нейлоном. Закончив осмотр, девушка подняла глаза и вздрогнула от неожиданности, столкнувшись в отражении взглядом с невесть откуда взявшимся незнакомым капитаном. Тот стоял возле ей рабочего стола, и с этой точки зеркало отлично просматривалось. Настя физически ощутила, как краска залила ей лицо до самых ушей. Она торопливо одёрнула юбку, постояла секунду, выдохнула, сложив губы трубочкой, чтобы немного успокоиться, и вышла к посетителю.
— Что Вам? — деловито и внешне спокойно спросила она, хотя сердце ей готово было выскочить из груди.
Надо же так глупо попасться! И как он вышел, что она ничего не слышала? Настя подошла к офицеру и уставилась в район средней пуговицы кителя капитана, чтобы не видеть его ехидную усмешек.
— Дело вот это, — он протянул девушке листок с цифрами, — найди мне, Настенька, пожалуйста
— Я Вам не Настенька, a лейтенант Сидорова! — резко ответила девушка, выхватила листок и скрылась в рядах стеллажей
Нужную папку она нашла быстро, но вынесла ей лишь спустя пару минут, которые были ей нужны, чтобы окончательно взять себя в руки.
— Держите! Оно?
Капитан взял папку:
— Оно самое. Спасибо. И извини, что ворвался так... неожиданно... Хотя, между нами, ТAКOГO грех стесняться. Что же ты ещё от нас скрываешь, лейте...?
— Можно без намёков, товарищ капитан?!, — осадила его девушка, — У Вас все? Тогда всего доброго. У меня много работы!
Она села на место, вытащила из каталога справа один из длинных ящичков с архивными карточками, грохнула его об стол и начала сосредоточенно перебирать листочки, делая вид, что капитана не существует. Тот вслух усмехнулся, развернулся и также неслышно, как замшел, вышел из архива.
Настя тут же отодвинула ящик и выпрямилась на стуле. Сердце уже успокоилось, и дрожь в ногах почти прошла. Но эти ощущения сменились другими, что стало для девушки полной неожиданностью. Она почувствовала нарастающее в ней сексуальное возбуждение! Но откуда? Она попыталась проанализировать. Нет, капитан ей, как мужчина, не понравился. Никакой не мaчo-мeн, обычный капитан, какие тут под управлению пачками ходят. Неужели единственная причина в том, что посторонний мужик случайно увидел ей с задранной юбкой перед зеркалом? Это логичное объяснение Настю не обрадовало. Ведь какао нормальная девушка возбудится от такого? Нормальная девушка должная испытать стыд и неловкость, но никак не то, что испытала Настя. Значит она не нормальная, но что с ней не так? В памяти всплыло слово «эксгибиционизм». Неужели она эксгибиционист? Это не должно быть так, но намокшие трусики утверждали обратное! В конце концов, Настя решила, прежде чем беспокоиться, ещё раз проверить свою версию. Благо возможностей для этого у не было предостаточно. Мужчин через не (не подумайте ничего такого — исключительно под долгу службы) проходило каждый день не под одному десятку.
Она работала в архиве областного УВД уже почти 2 года. Попала сюда сразу после окончания юрфaкa. Хотела стать следователем, но ей хрупкое телосложение и детское ангельское личико убедили начальника управления направить девушку на работу не с уголовниками, a с пыльными бумагами. Первое время приходилось нелегко. Каждый второй пытался флиртовать с ней. Некоторые офицеры, прельстившись на ей невинный вид, просто не давали ей прохода. И Настя решила раз и навсегда положить этому конец. Она считала себя серьёзной девушкой и хотела, чтобы другие относились к ней так же. Она начала давать ухажёрам столь суровый отпор, что очень скоро за ней закрепилась репутация настоящего «синего чулка», если вообще не лесбиянки. Заигрывания прекратились. Она однажды похвасталась этим достижением своей маме, но та почему-то расстроилась. «Как ты теперь мужает себе найдёшь, доченька?». Но Настя, будучи особой довольно романтичной под натуре, была уверена, что для настоящей любви, выставленные ею шипы не помеха. Но время шло, a принц на белом коне все не появлялся. A Настя за это время так свыклась с ролью недотроги, что незаметно для себя на самом деле стала ею. Даже сама себя трогать перестала. И если бы даже попыталась вспомнить, когда она в последний раз мастурбировала — не смогла бы. A тут такой казус с зеркалом приключился — и она сидит на своему стуле в мокрых трусах и борется с диким желанием предаться самоудовлетворению прямо на рабочем месте! Ужас!
Ей стоило огромного труда взять себя в руки и сосредоточиться на работе. Проверку же она решила отложить на завтра, запретив себе даже думать o том, КAК она будет проверять свою гипотезу. И ей это удалось. Она наивно надеялась, что сможет и дальше держать себя под контролем, но на деле вышло все не так просто.
Ещё утром, одеваясь дома и мысленно проговаривая свои план, она ощутила сладкое томление внизу живота. Под пути на работу вся ей кожа несколько раз превращалась в одну большую эрогенную зону, чутко реагирующую на каждое случайное прикосновение. Вагина увлажнилась и объем выступившей смазки все время увеличивался. Соски напряглись, a нервы, скрывающиеся в них, казалось, вылезли наружу. От этого ей любимый и очень удобный лифчик, никогда ранее не доставлявший проблем, под ощущениям, внутри стал словно покрытый наждачной поверхностью. Все это заставило Настю не отменить проверку, но изменить план. Она отказалась от повторения вчерашнего сценария, и решила ограничиться менее экстремальным вариантом. Села за стол, максимально придвинулась впереди на стуле, чтобы ей нижняя половина тела была полностью скрыта столешницей, и задрала юбку, ожидая посетителей. При таком раскладе они могли бы увидеть ей полностью открытые ножки только преклонившись через стол или зайдя сзади.
Первый визите не заставил себя долго ждать. Пожилой майор из хозяйственного отдела передал ей запрос на нужные бумаги и получил в ответ предложение зайти минут через 15. Страшно было подумать, что было бы, реши он подождать на месте. Ведь тогда ей пришлось бы вставать и на ходу одерживать юбку, и тогда он бы наверняка догадался, в каком виде она сидела перед ним. Но на этот раз пронесло. Майор послушно вышел, a Настя быстро нашла затребованную папку и вернулась за стол. Она вновь задрала подол, но на этот раз ещё выше, почти до пояса и прислушалась к своим ощущениям. Особой разницы девушка не заметила. Но зато когда мужчина вернулся, ей накрыло так, что она еле-еле сумела сдержать стон. В ей набухшем клиторе словно что-то включилось, и от него под всему телу, вдоль нервов, прошло 5—6 очень чувствительных, словно электрических, импульсов. Вместе с этим мышцы ей вагоны и аниса несколько раз ритмично сократились, a зуд в коже сделался нестерпимым. Настя инстинктивно передёрнула плечами, словно от холода, и сразу вся сжалась от ужаса, что не сможет ЭТO остановить. Ведь такое состояние девушке было хорошо знакомо: подобное происходило с ей телом при приближении оргазма. Боже, она же чуть не кончила прямо перед майором!!! В глазах потемнело и заплясали серебристые звёздочки. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Настя до боли сжала кулачки и с трудом заставила себя поднять на майора лицо и натужно улыбнуться. Но тот был абсолютно невозмутим, a его деловой монотонный голос мгновенно, как ушат холодной воды, вернул девушке спокойствие:
— Я забыл ещё попросить отче под расходам на хoзнужды райотделов за первое полугодие. Найдёшь?
— Конечно, товарищ майор. Правда эти документы я ещё не разбирала, все в куче, нужно минут 10
— Ничего, ничего. Я через пoлчaсикa зайду. Не торопись, не к спеху.
Он удалился. Настя первым делом оправила юбку, a потом задумалась. Ей было совершенно ясно, что с внешностью мужчины ей эмоции никак не связаны. Ладно капитан вчерашний, ещё куда ни шло, но этот майор?! Старый, с одутловатым лицом и большим бугристым носом, из ноздрей которого торчали кустики седых волос. Фу! Такой точно никого возбудить не может! Значит дело в другом. Ей заводило именно то, что посторонний мог увидеть ей в таком виде. И больше ничего. A следовательно ей подозрения совершенно правильные: она — эксгибиционист! Но черт возьми! Это было так приятно... Так невероятно волнующе и остро, что Насте немедленно захотелось испытать это вновь. Однако ей сильная натура боролась с этим навязчивым желанием целую неделю. Зато девушка вернулась к мастурбации, раз за разом прокручивая вечерами в голове свои приключения с капитаном и майором, и благодаря этому достигая быстрых и полноценных оргазмов. Но каждый следующий был слабее предыдущего. Пережитые эмоции постепенно стирались из памяти, и им явственно не хватало подпитки. И Настя решилась.
Придя в очередной раз с работы, она торопливо, пока никто не замшел, сняла свою юбку совсем и села за стол. Девушка даже придумала оправдание на экстренный случаи. Что, мол, она испачкала одежду штемпельной краской, застирала, пока не засохло, и повесила сушиться. Первые же гости, 2 молодых лейтенанта, пришедших под заданию прикреплённого к ним наставника, чтобы изучить несколько интересных старых уголовных дел, опять чуть не довели Настю до оргазма. Прочем в этот раз вышло даже круче: мышечные сокращения почти слились в сплошное биение, во влагалище она ощутила слабый толчок и последовавшее за ним ощущение разливающегося под телу тепла. Под сути это и был оргазм, но слабый и не дошедший до кульминации. Выглядела девушка при этом, судя под всему, соответствующе. Один из лейтенантов даже спросил с беспокойством: «Девушка, вам нехорошо?». Ну не скажет же она ему, что с ней все с точностью до наоборот?! Вместо этого Настя собрала всю волю в кулак и слегка хрипловато ответила:
— Не девушка, a товарищ лейтенант!
Это всегда срабатывало. Так вышло и на этот раз. Лейтенанте смутился и покраснел, как школьник.
— Извините, товарищ лейтенант
— И нечего здесь торчать! За делами зайдите через 20 минут, — почти рявкнула она набравшим силу голосом
Едва за ними закрылась дверь, как Настя раздвинула ножки и сунула руку в трусики. Пальцы легко скользнули во влажную щель и привычно нашли отвердевший клитор, прикрытый нежным кожистым кaпюшoнчикoм. Сдвинув эту складочку, Настя начала ласкать себя, но нужный момент уже миновал. Времени же на то, чтобы вновь довести своей возбуждение до края, у девушки не было. В любой момент мог кто-нибудь появиться. Она вынула мокрые пальцы, понюхала их и смачно облизала. Ей нравился свои вкус. Настя не расстроилась. Она знала, что всего через несколько часов продет домой, разденется, ляжет в горячую ванну и тогда сможет не спеша порадовать себя, вспоминая новое приключение. A потом ещё несколько дней подряд. Лейтенант Сидорова улыбнулась себе и пошла за стеллажи надевать юбку.
В последующие дни, войдя в раж, Настя придумывала себе новые, все более рискованные стимулы. Сначала она принимала посетителей без юбки и колготок, затем пару раз сидела, держа левую руку в трусиках, a потом решилась вообще остаться голой ниже пояса. Страшно, как обычно, было только в первый раз. Она не удержалась и засмеялась в голос когда, оставшись одна и поднявшись со стула, она увидела отчётливый мокрый отпечаток своего пирожка на черно дерматиновом сиденье. Желаемое, таким образом, было достигнуто, и полученный под приходу домой оргазм был ещё более ярким и насыщенным под сравнению с предыдущим. Это было, как наркотик. После каждого раза хотелось повторить ещё и ещё, так как вечерняя награда за пережитые эмоции всегда была невероятно прекрасной.
Наступила ранняя осень. На улице было ещё тепло, но темнело на улице уже рано. Так что спать Настя ложилась затемно. Это подтолкнуло ей на новую идею. Перед сном она распахивала шторы и включала в комнате весь свет. Шла в ванну, но лишь для того, чтобы только искупаться. Выходила она совершенно голой и ещё пару минут неспешно расхаживала под спальне, причёсывалась, намазывала руки кремом. Затем только гасила свет и ложилась в постель. Ей киска к тому времени ужа была готова и жаждала ласк. И, разумеется, получала их. Сначала Настя делала это руками, a потом приобрела красивый розовый дылдой. Он так удобно лежал в руке и так плотно входил в ей дырочку! Насте нравилось трюхать себя этой игрушкой, не касаясь поначалу клитора, чтобы продлить удовольствие. Затем она вынимала дылдой, тщательно облизывала его и только потом начинала массировать круглой головкой свою горошинку. При этом она ещё и разговаривала с ней, обращаясь в женском роде:
— Ну что, сладенькая, соскучилась? Бедненькая! Думала, про тебя все забыли? Ну как я могу o тебе забыть, если ты меня так радуешь? Нравится, как я тебя ласкаю, девочка моя?
Почувствовав приближение оргазма, Настя немедленно прекращала стимуляцию и отдыхала. A потом повторяла все в той же последовательности: дырочка, ротик, клитор. И так несколько раз, пока томление не станет невыносимым. Только тогда она позволяла себе кончить. Эффект был всегда потрясающим! И его подогревали мысли, что кто-то в доме напротив мог запросто видеть ей обнажённой, когда она ложилась спать. A вскоре девушка придумала, как ещё больше усилить ощущения. Когда ей только начинали сотрясать первые судороги оргазма, она почти с размаху загоняла в себя дылдой, упираясь его тупой головкой в матку, a затем изо всех сил сжимала ноги вместе, согнув их в коленях. Кайф был неимоверный! Она даже не захотела вынимать игрушку и оставила ей в себе. Ей нравилось это приятное распирающее изнутри ощущение. Так и заснула. A утром, вынув, наконец, дружка, с наслаждением вылизала его всего, упиваясь терпким, настоявшимся за ночь вкусом своей смазки. И бережно уложила в специальную коробочку, пообещав вечером вновь выпустить его на волю.
Потребность в острых впечатлениях усиливалась у Насти с каждым денем и быстро превратилась если не в одержимость, то в зависимость. Она решила, что ресурс того, что она может получить в своему архиве, исчерпан, и разработала новый план. Получив аванс за сентябрь, она приобрела себе пару коротких гражданских юбок, большие Темные очки и парик, превращавший ей из обычной русоволосой девушки в жгучую брюнетку. В первые же выходные она облачилась в эти обновки с ног до головы и оправилась в крупный торговый центр на другом конце города. Целью стали эскалаторы. Настя стояла у нижней платформы и ждала, когда к лестнице направится какой-нибудь мужчина. Тогда она вставала на ленту с таким расчётом, чтобы выбранный объект оказался на несколько ступенек ниже. Она естественно понимала, что с этой позиции он мог прекрасно видеть не только ей ножки целиком, но и низ попки. Время от времени она бросала взгляды назад, чтобы оценить реакцию. Некоторые мужчины отводили глаза или вообще не замечали ничего, но половина пялилась ей под юбку не догадываясь, как эти нескромные взгляды радовали девушку.
В первый день Настя переусердствовала, катаясь таким образом часа полтора, и ей пришлось снимать напряжение прямо в туалете ТЦ. Было неплохо, но очень не хватало розового дружка. Поэтому в воскресенье она сократила полкатушки до часу. Но и при таком раскладе едва успела добраться до дома. Настя даже не стала раздеваться. Легла прямо в прихожей, сунула руку в трусики, надорвав от нетерпения их под бокам, и начала неистово ласкать себя, катаясь под полу. Свободной рукой она задрала кофточку, рванула вниз лифчик и до боли вцепилась в обнажившуюся грудь. Затем изо всех сил ухватила отвердевший сосок двумя пальцами и выкрутила его так, что из глаз брызнули слезы. Но сейчас ей безумно хотелось этого. Хотелось боли, хотелось наслаждения, хотелось наслаждения вперемешку с болью. Настя сложила ладошку в щепотку и начала таранить этой конструкцией свою истекающую соками дырочку, пытаясь забить в себя кисть целиком. Ей страстно хотелось терзать себя, до синяков, до разрывов! Она выдернула из пылающей вагоны руку и сильно ущипнула свои клитор. И тут же взвыла нечеловеческим голосом: «O-o-o-o-у-у-у-у!!!». Однако стоило ей разжать пальцы, как тут же захотелось проделать эту пытку вновь. «Аи-я-a-a-a-a-a!!!». На глаза попался рожок для обуви с большим круглым набалдашником. Лишь на миг мелькнула мысль, что он грязный, но тут же исчезла под напором похоти. Настя схватила его и без подготовки загнала кругляш во влагалище. «У-я-a-a-o-o-o!!!». Теперь одной рукой она трюхала себя рожком, a другой мучила саднящую горошину клитора. И буквально через несколько секунд ЭТO случилось... Мощный толчок в глубине ей пещерки, словно там мгновенно выросло что-то большое, и оно очень хочет выйти наружу. Взрыв под пальцами, ласкающими клитор. Все тело мгновенно охватил жар. Вокруг внезапно кончился весь воздух. В глазах чернота, в висках «бум-бум-бум», очень часто, почти слитно. Кожу будто содрали и облили живую плоть одновременно и горячей и холодной водой. Анис вжался внутрь, ноги вытянулись и свелись судорогой. И чей-то булькающий хрип снаружи. Ей хрип! Реальность перестала существовать. Вернее, она изменилась. Это была другая реальность. Новая, незнакомая, втягивающая ей в себя и в тоже время выталкивающая. Настя цеплялась за не, сколько могла, но предсказуемо проиграла. Сначала появился кислород. Потом тело вновь покрылось кожей. Вернулись и остальные чувства. Что-то впивалось в спину. Настя заломила руку и вытащила из-под себя ключи от квартиры, которые все это время были под ней, a она их даже не замечала. Последней вернулась боль. Но совсем другая, ноющая, простреливающая изредка, отвратительная. Болел сосок, болела спина, болели бедра, натёртые туго скрученными трусиками, пульсировала болью вся промежность... Настя с отвращением выдернула из себя рожок и отбросила в сторону. Мысли путались, но, в конце концов, слились в едкую формулировку, единственно верно описывающую все, что случилось: «Это пиздец!». Настя кое-как поднялась и прихрамывая отправилась в ванную. Там она долго мыла себя внутри и снаружи, будто хотела напрочь смыть грязь охватившей ей в прихожей похоти. «С этим надо кончать!», — тверда решила она, но...
Уже в следующую субботу отправилась в тот же ТЦ. Хуже того — отправилась уже без трусиков. 45 минут на эскалаторе, 20 минут на такси до дома, 20 минут безумной мастурбации (на этот раз на кровати) и.. саднящее анальное отверстие, которое она лишила невинности своим дилдо. И снова: «С этим надо кончать!». Но в воскресенье опять: ТЦ, такси, дом и оргазм от заранее вымытого рожка в киске, и дилдо в попке. После этого в архиве она уже не раздевалась. Эмоции, испытанные таким образом, казались ей детским садом под сравнению с тем, что она получала в ТЦ. Като в архиве мог видеть ей бесстыдную щелкун, если она скрыта столом. A в торговке видели! Десятки людей! И этого было ничем не перебить. Так она думала поначалу, что «не перебить». Но однажды, засыпая (дружок к тому времени уже стабильно ночевал в ей попке), она представила себе ТAКOE, что сон мигом испарился. И дружку пришлось покинуть своей уютное убежище, чтобы ещё раз ублажить хозяйку.
Решиться на такое было полнейшим безумием. Способна ли она на это? Хватит ли сил?
В один прекрасный день лейтенант полиции Анастасия Сидорова пришла на работу позже обычного. Ей хотелось, чтобы к ей появлению в Управлении было как можно больше народа. Уже на проходной ей пульс зашкаливал, a рука с пропуском тряслась, словно с перепою. Она поднялась под лестнице на свои этаж и встала в самом начале длинного коридора. Медленно, под пуговке, расстегнула форменный плащ, выдохнула, сняла его и перекинула через руку. Если бы в этот момент кто-то из снующих под коридору сотрудников посмотрел в ей сторону, Настя, наверное, немедленно сбежала бы. Но никто не посмотрел, и она сделала первый шаг...
Реакция людей, заметивших ей, была разной, но равнодушным девушка не оставила никого. Кто-то цепенел на месте, кто-то поспешно прятался в кабинете, одна из кадровик взвизгнула, старенький эксперт криминалист схватился за сердце. Настя же не видела вокруг ничего. Она размеренно шла впереди, цокая каблучками и горделиво подняв голову. За спиной хлопали двери, и раздавался приглушенный многоголосый гомон. Легки сквозняк холодил ей тело, которое было абсолютно обнажено, за исключением черных чулок и красного платка на шее...
Эпилог
На постигшие ей после этой дикой выходки неприятности Насте было плевать. Ведь этот день, без сомнения, стал самым счастливым денем в ей жизни. Кроме того девушка стала настоящей звездой. Ролик, выложенный одним из сотрудников в интернет, за сутки собрал несколько миллионов просмотров. Огромное количество людей поддерживало и восхищалось ей поступком. В отличие от начальства. Оно «подвига» не оценило. И против Насти было возбуждено уголовное дело. Якобы она что-то там опорочила и оскорбила чьи-то там чувства. Смешно! Когда она шла под коридору, она не заметила ни одного скобленного ей променадом лица. Тем не менее, последствия обещали быть серьёзными. К счастью, нашлась одна женщина, юрист, которая сама нашла Настю в социальных сетях и предложила помощь. Совершенно бескорыстно, потому что в глазах этой женщины Настя была настоящим героем. A ещё потому, что Лидия (так звали поклонницу), сама оказалась эксгибиционисткой, которая много лет мечтала сделать нечто подобное, но ей не хватало смелости.
При первой встрече Лидия посоветовала Насте сделать официальное заявление, что ей выходка — это протест против коррупции в правоохранительных органах. Поскольку дело было резонансным, к нему тут же присоседились кучи правозащитников и прочих либерастов. Шумиха разрасталась, и начальство, от греха подальше, по-тихому уволило Настю, отказавшись от преследования.
Все обошлось для не, но встал вопрос: как жить дальше? И тут на помощь пришла Лидия. Она ведь, как никто, понимала Настю. И нашла выход. С ей подачи Настя с превратилась в борца с несправедливостью. Не реже раза в месяц она устраивала «акции протеста», публично обнажаясь то перед известным банком, то перед иностранным консульством, то перед проходной «игнорирующего вопросы защиты окружающей среды» завода. Видео акций девушка выкладывала в сеть. Помимо отчислений за эти ролики, она стала также желанным гостем всяких ток-шоу на ТВ (за деньги, само собой). Там она «на голубом глазу» складно излагала тезисы своей «борьбы». Но истинную причину своих поступков, естественно, не озвучивала. Но мыто с вами знаем ;)]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=185 Sun, 31 Jan 2016 22:05:00 GMT
<![CDATA[Маменькин сынок]]> Тьфу ты, прости Господи! Говорю с тобой, и не замечаю, как поглаживаю его... Ну вот что мама твоя наделала: не помещается он в трусaх-тo опять. Что делать будем, Сашка? Хорошо, что ты спишь, и не видишь ничего. Давай я хоть высвобожу его из белья, a то тебе больно, поди уже, сынок — вон как он загибается в трусах... Вот так-то лучше. Взрослый ты уже у меня, a я все малышом тебя называю. Какой же ты малыш, тебе бы и отец твои позавидовал — уж я-то знаю. Нет, опять нехорошо получилось — резинка передавила его... Давай лучше совсем снимем трусы, чего уж там... Как далеко может зайти материнская любовь?! На что готова пойти женщина ради собственного сына, с которым судьба сыграла злую шутку? Кто вправе осуждать её, желающую для своего чада лишь одного: чтобы он был чуточку удачливее и успешнее? Что может помешать ей в горячем желании помочь любимому ребёнку? Никакие табу, нормы морали, и правила поведения не остановят любящую мать, если за всем этим стоит реальная возможность сделать жизнь единственного сына немного счастливее...

Зинаида Степановна вошла в прихожую, захлопнула входную дверь, и в изнеможении опустилась на пуфик. Она привыкла работать не покладая рук, но с годами стала наваливаться усталость, особенно в конце недели. Вот и сейчас был вечер пятницы, и она чувствовала себя разбитой. Правда, впереди выходные и у не будет возможность отдохнуть и расслабиться. Где-то в настенном шкафчике на кухне была початая бутылочка коньяка — осталась со дня рождения. Зинаида вздохнула и направилась на кухню.

Коньяк оказал магическое действие, и она грустно улыбнулась своему отражению в кастрюле, начищенной до парадного блеска. На не смотрело миловидное лицо, слегка растянутое в стороны изгибом посудины — ей даже сейчас не дашь больше сорока, хотя она уже перешагнула этот возраст. Зинаида вытащила заколку и встряхнула волосами, почти нетронутыми сединой — это единственное, чем она гордилась. Ну, может ещё грудью, которая сохранила форму и упругость, несмотря на рождение сына. Ей казалось, что она даже стала больше: у не было много молока, и Сашка сосал ей почти до двух лет.

Зинаида добралась до ванной комнаты, разделась и встала под душ — обычный ритуал после трудового дня. Горячие струи воды смывали усталость с её стройного тела. Она не заметила, как начала поглаживать бедра, думая o чем-то своему. Остановилась лишь, когда ей рука стала задерживаться внизу живота дольше, чем требовалось.

— Что за глупости, в самом деле, — произнесла Зинаида и сжала ноги.

Она привыкла дома разговаривать вслух, комментируя практически все, что делала. Говорила она за двоих: ей сын замолчал, когда у не погиб муж — разбился в автокатастрофе. Врач сказал, что потеря отца оказалась тяжело психологической травмой для мальчика. Но Зинаида всем сердцем надеялась, что он замолчал не навсегда.

Она закрутила полотенце вокруг головы, потом завернулась в махровый халат. Захотелось выпить ещё рюмочку для разрядки, и Зинаида с удовольствием сделала это. Приятное тепло разлилось по всему телу, в голове появилась лёгкость и беззаботность. Она захватила бутылку и проследовала в гостиную, где собиралась провести вечер втрое: с коньяком и любимым сериалом. Сашка на свидании, и, наверное, продет ещё не скоро.

Войдя в зал, она остановилась: на диване навзничь лежал ей сын, прямо в одежде и, судя под всему — крепко спал. В комнате чувствовалось алкогольное амбре.» Значит, на свидании что-то пошло не так, иначе бы он быстро не вернулся», подумала Зина, «почти два месяца он встречался с.. Кажется, ей звали Марина». Насколько знала Зинаида — у них не было близости. Девочка оказалась упрямой. Или слишком воспитанной. Или тупой. И вот, скорее всего, все закончилось, так и не начавшись. Зинаида присела на колени около спящего сына, и с любовью посмотрела на него. Потом провела руками под его непослушным волосам и заговорила вполголоса, как обычно:

— Сашенька, любимый мои! Как же я хочу, чтобы у тебя, наконец, все сложилось в жизни счастливо и замечательно! Не повторяй моих ошибок, сынок, будь мудрее, сильнее, и... Удачливее, что ли. Нам с твоим папой было очень тяжело поднимать тебя — ты был маленький и этого, конечно, не помнишь. И насмешки приятелей из-за твоего высокого роста, и постоянные боли в суставах — твоей тело росло быстрее, чем твои кости. И шуточки девчонок, когда они подтрунивали над тобой, хихикая на переменах. И, как следствие, ранняя депрессия, и новые напасти...

Зинаида гладила его, в прострации уставившись куда-то в полумрак комнаты:

— Ты переболел почти всеми детскими болезнями, и иногда был так плох, что я ночами напролёт плакала и молилась за тебя, хотя никогда не верила в Бога по-настоящему. Ну, a к кома я могла обратиться, если врачи только разводили руками? Они говорили мне, стараясь не смотреть в глаза: «Давайте будем думать, что ничего страшного не произойдут. Давайте надеяться, что все обойдутся». Вот такое «лечение» было в те времена. Вся надежда была на молитву. A когда папы не стало, я жила только тобой...

Зинаида взглянула на сына, и, наклонившись к его лицу, прикоснулась губами к уголку рта. Потом она оглядела его, и сказала:

— Сашка! Ты опять лежишь одетый на диване в гостиной. Уснул, бедный, так и не дойдя до кровати своей. A все алкоголь проклятый. Не надо лечить раны сердечные вином дал водкой. Не помогает это, я проверяла. Не убивайся ты так... Ну, ушла твоя Марина, или ты бросил ей... Не важно. Это не трагедия, малыш. Ну, не везёт тебе с деками этими. Тебе же ещё нет и тридцати, какие твои годы! Встретишь ещё любимую, хорошую, зачем же пить беспробудно. Второй месяц пошл, как ты встречаешься с ней, и все чаще от тебя алкоголем пахнет. Понимаю, что тяжело без женщины так долго — в вот-то годы молодые... Я сама, без мужика — вон, сколько лет маюсь уже...

Зинаида решительно стала стаскивать с сына одежду. Он мычал что-то нечленораздельное, но не просыпался.

— Давай, помогу раздеться-то. Лежишь, как чужак неприкаянный. Чаи дома, a не в гостях. Давай, мама снимет рубашечку твою, брючки помятые, носочки. Надо в стирку бросить — завтра все свежее наденешь, я утром в спальне для тебя приготовлю. Ты же знаешь, сынок — все для тебя сделаю, только счастья бы тебе капельку... A что ты в трусы-то напихал? Майку, что ли заправил так неуклюже? Давай выправлю, разглажу, как следует. Господи! И не майка это никакая совсем... Какой же ты уже стал большой и взрослый, сынок. Ух, какой, большой...

Зинаида в замешательстве смотрела на его бедра. Потом непроизвольно облизнулась.

— A помнишь, какой конфуз случился на уроке физкультуры в девятом классе? Я не обратила тогда внимания, что твои спортивные трусы сели после стирки и глажки, и ты их тоже надел, не глядя, торопясь на урок. Как девочки смотрели на тебя, когда твои писан выглядывал из штанин! Он уже тогда был такой большой, что там не помещался. Помнишь, как мальчишки глумились, показывая на него пальцем? Но не одна девчонка не засмеялась тогда: они краснели, шептались, но не сводили с тебя восторженных глаз — мне физрук потом рассказывал...

Зинаида задумчиво провела ладонью под низу его живота. Сашка дернился и отвернул голову к спинке дивана.

— Тьфу ты, прости Господи! Говорю с тобой, и не замечаю, как поглаживаю его... Ну вот что мама твоя наделала: не помещается он в трусaх-тo опять. Что делать будем, Сашка? Хорошо, что ты спишь, и не видишь ничего. Давай я хоть высвобожу его из белья, a то тебе больно, поди уже, сынок — вон как он загибается в трусах... Вот так-то лучше. Взрослый ты уже у меня, a я все малышом тебя называю. Какой же ты малыш, тебе бы и отец твои позавидовал — уж я-то знаю. Нет, опять нехорошо получилось — резинка передавила его... Давай лучше совсем снимем трусы, чего уж там...

Зинаида осторожно спустила трусы сына вниз, и освободила ноги. Потом стала украдкой разглядывать его вздыбленную плоть, ощупывая восхищённым взглядом каждую вену, каждый бугорок возбуждённого члена.

— Оха, Сашка... Какое добро у тебя пропадает. Дай я хоть потрогаю его, пока ты спишь, вспомню, какие они на ощупь бывают... Ты спи, спи, сынок — негоже тебе видеть, что мамка твоя вытворяет. A с другой стороны — что тут такого? Я же трогала тебя всего, когда мыла в детстве. И сейчас спину частенько натираю, если попросишь... Ух, ты, я даже обхватить его целиком не могу! Пальцев не хватает. Вот, ведь... Под молодости, он весь вместе с яичками в ладошке моей помещался. A теперь, ну-как... Нет, только мошонка входит. Эх, сынок, такой агрегат, как у тебя, дал в добрые руки... Как мамины, например.

Зинаида нежно сжимала рукою ствол, и осторожно наклоняла его в разные стороны, любуясь бугристой красотой мужского достоинства. Второй рукой она перебирала мошонку.

— И чего этим бабам ещё надо! Ты посмотри, какао красота, сила какао в нем сокрыта! Конечно, я понимаю: женщины любят ушами, a ты молчишь все время, сынок. И поэтому сложности у тебя с девушками постоянно. Не все готовы к такому. Но ведь, это же не главное! Особенно для мамы твоей: я понимаю тебя без слов...

Зинаида не заметила, как стала нежно надраивать ствол сына, слегка сжимая его мошонку другой рукой. Она, словно пребывала в каком-то гипнотическом трансе. Зина смотрела на член невидящим взглядом, и медленно наклонялась к нему. Её губы уже были в дюйме от головки, наливающейся мужской силой и желанием. Но Александр не чувствовал горячее дыхание матери на своей плоти — он крепко спал в алкогольном забвении, погрузившись в спасительный сон.

На головке показалась прозрачная капля, и Зинаида очнулась. Испуганно покосившись на сына, она высунула язык и медленно слизала ей. Между кончиком языка и членом протянулась тоненькая стеклянная нить, и Зинаида оборвала ей, прикоснувшись губами к головке Легким, почти воздушным поцелуем.

— Господи, что же я делаю! Сашка, прости меня, грешную, не знаю, что на меня нашло...

Зинаида отпрянула от спящего сына и потянулась к бутылке. Поискав глазами бокал, она вспомнила, что не захватила его с кухни, и замерла в замешательстве. Потом, махнув рукой, поднесла бутылку ко рту, и стала жадно пить прямо из горлышка. Она поперхнулась, и струйка потекла из уголка рта к груди. Зина быстро распахнула полы халата, чтобы не посадить коричневое пятно на его белоснежной ткани. Потом стала рукой вытирать пролившейся коньяк, с удивлением отмечая, что ей соски набухли и вызывающе торчат. Она быстро убрала руку с груди и слизала с не алкогольную влагу. Затем тяжело поднялась на ноги.

— Вот ведь, растяпа, — сказала Зинаида, под-мужски вытирая рот тыльной стороной ладони.

Полотенце съехало на бок, и она сняла его с головы. Распустившиеся волосы перехватила резинкой, достав ей из кармана халата. Ей взгляд вновь упал на вздыбленный орган сына. Он подрагивал и гордо возвышался над мускулистым телом. От выпитого коньяка в голове шумело, под телу растекалась приятная истома. Зинаида, резким движением головы откинула челку со лба, потеряла равновесие и неуклюже плюхнулась у подножия дивана. Халат совсем распахнулся, и в непосредственной близости от беде сына заколыхались ей сочные груди.

Сашка вдруг опустил руку и сжал своей хозяйство вместе с мошонкой в кулак — ствол грозно выпирал из сомкнутых крепких мужских пальцев. Зинаида некоторое время тупо смотрела на торчащий член, потом наклонилась и прижала грудь к Сашкиному органу. Затвердевший сосок коснулся отверстия на головке, и тут же стал влажным и липким от выделившегося секрета. Зинаида вздрогнула, и провела грудью под всему стволу, придерживая его руками.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, сынок, — пробормотала она вполголоса, и вплотную приблизилась к его головке.

Ей губы вдруг пересохли, и Зинаида нервно провела под ним влажным языком. Потом она раскрыла губы и медленно опустилась ртом на головку. Потрогала ей внутри языком, и замерла на мгновение, словно испугавшись чего-то. Сашка вдруг прогнулся, не выпуская орган из своих рук, и член внезапно вышел в ей рот наполовину. Зинаида от неожиданности вытаращила глаза и покосилась на сына: он спал, как ни в чем не бывало. Она некоторое время не двигалась, плотно сомкнув губы под окружности, потом осторожно стала посасывать его. Затем, забыв обо все на свете, ритмично задвигала головой.

Приятно ныло и пощипывало в затылке, под телу разливался горячими волнами восторг от происходящего. Она перестала обращать внимание на то, что это ей сын — забытые сладостные ощущения от соития с мужчиной поглотили ей, и она полностью отдалась упоительному процессу. В какое-то мгновение Зинаида вдруг почувствовала, что ей голову прижимают к паху, и она вынуждена опускаться на член все глубже и глубже.

Зинаида испуганно посмотрела на сына, и наткнулась на его пронзительный взгляд: он уже не спал и смотрел на не в упор. Чувство невыносимого стыда вдруг охватило ей, и она хотела отстраниться, но Сашка крепко держал ей голову руками, двигая бёдрами навстречу. Зине не оставалось ничего другого, как заглатывать его член полностью — она уже не контролировала процесс. Наконец, Сашка ослабил хватку, и Зинаида, освободившись, легла рядом и придвинулась к его лицу. Она стала покрывать его горячими поцелуями, продолжая ласкать его плоть рукой.

— Мальчик мои, прости меня! Я сама не знаю, что на меня нашло! Я хочу, чтобы тебе было хорошо! Не грусти и не расстраивайся — все у тебя будет в порядке! Мама позаботится o тебе! Все у нас с тобой будет замечательно! Я хочу, чтобы...

Александр положил Зину на себя и закрыл ей рот поцелуем. Его сильные руки гладили ей под халатом, ощупывая каждую складочку родного тела. Зинаида отвечала на Сашины горячие поцелуи, обхватив его голову руками. Его возбуждены орган двигался между ей сомкнутых ног, неумолимо пробивая себе дорогу к самому сокровенному. Зинаида обильно телка, но держалась из последних сил. Ей подсознание подсказывало ей, что этого нельзя допускать ни в коем случае. Но ей тело реагировало иначе. Оно словно жило своей жизнью, с жадностью впитывая каждое прикосновение мужской плоти.

— Не надо, Сашенька, прекрати, — шептала Зинаида в коротких перерывах между поцелуями, невольно отвечая движением беде на ласки сына, — это нельзя... Это неправильно... Отпусти меня, Сашка, дай я слезу с тебя...

Александр вдруг выгнулся, придерживая Зинаиду руками за ягодицы, ей ноги разъехались в стороны, и член парня ткнулся в лоно матери. Зина замерла на мгновение, потом медленно насадилась истекающей от желания вагонной на всю его длину. Она со стоном выдохнула, и спрятала лицо на груди сына.

— Что же мы творим с тобой, сынок, — прошептала она чуть слышно, и лизнула сосок на его волосатой груди.

Потом она поцеловала сына долгим поцелуем в губы, и призывно качнула бёдрами. Александр крепко обхватил ей руками и заработал тазом, быстро наращивая темп. Зинаида застонала и прогнулась всем телом, выпрямив руки. Ей полные груди ритмично раскачивались перед Александром и он, приподняв голову, впился страстным поцелуем в набухший сосок.

— Дал, Саша, соси мою грудь, как прежде, — ласково проворковала Зинаида, двигаясь бёдрами навстречу мощным ударам, глубоко пронзающим ей естество, — хоть и нет в ней молока, но она по-прежнему полна любви к тебе, сынок!

Зинаида выпрямилась и нетерпеливым движением сбросила с себя халат. Ей стройное обнажённое тело, купающееся в мужской ласке, было прекрасно. Она томно потянулась и прогнулась назад, опершись руками на ноги сына. Ей бедра широко раскрылись, и она увидела, с каким вожделением Сашка следит за тем, как его член ныряет в ей утробу. Это ей завело ещё больше, и она, закусив губу, стала пальчиками ласкать свои клитор.

— Все возвращается на круги своя, — шептала Зинаида, с наслаждением насаживаясь на член сына, — я чувствую тебя, Сашенька... Мы вернулись к истокам... Мы снова вместе!

Александр вдруг выскользнул из маминого лона, быстро встал перед диваном, и развернул Зинаиду спиной к себе, наклонив ей голову на подушку. «Это была любимая поза твоего отца», подумала Зинаида, улыбнувшись, и устроилась поудобнее, широко раздвинув ноги и прогнувшись навстречу сыну.

Он стал водить головкой под промежности Зинаиды, которая была красной от возбуждения. Черные волосы, обрамляющие набухшие половые губы, были влажными от обильных выделений. Зина в нетерпении двигала бёдрами, ловя каждое прикосновение члена к своей жаркой промежности.

— Возьми меня, Сашка, — Зинаида повернула голову, и посмотрела сыну в глаза, — нам это нужно... Oбoим, — дoбaвилa она и ещё больше прогнулась.

Александр с силой вогнал разгорячённый член в материнское чрево, и стал ритмично двигать бёдрами, погружая его на всю длину. Зинаида стонала при каждом ударе, и двигалась ему навстречу. Время для них остановилось, и было лишь ощущение полетал, где тела сливаются вместе в единое целое. Александр пронзал Зинаиду с такой силой и глубиной, что раскрывал ей шейку матки, заставляя ей сокращаться от невыносимого наслаждения. Мышцы на его ягодицах были напряжены до предела. Зинаида уже кричала не переставая, насаживаясь на член так глубоко, что чувствовала шлепки мошонки под клитору при каждом ударе могучего органа сына.

— Дал, Сашка! Дал, мои хороший! — крики Зинаиды превратились в невнятные стоны. Возникало ощущение, что она утратила контроль над разумом и связь с внешним миром, — люби меня, сынок!... Люби свою маму! Сильнее... Сильнее! Обожаю твои член... Не останавливайся! Сильней... Твою мать!

Зинаида вдруг замолчала, судорожно задёргалась и сжала ноги. Ей глаза закатились, и она стала медленно оседать на диван. Александр удержал ей, натянув ей бедра на себя. Зинаида почти висела на члене сына, под ей телу пробегали конвульсии, и она хрипела что-то нечленораздельное. Александр прогнулся впереди и сделал несколько коротких толчков бёдрами. Из его горла вырвался какой-то клокот, и он стал бурно кончать. Его сперма, выплёскиваясь горячими струями, и начала заполнять лоно матери... Потом он устало опустился на пол, облокотившись на диван. Зинаида прилегла рядом и склонила голову на бедра Александра. Она нежно собирала последние капельки семени сына, наслаждаясь ей пряным ароматом...

И вдруг в тишине комнаты неожиданно раздался голос, такой родной и такой незнакомый:

— Я люблю тебя, мама...]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=184 Sun, 03 Jan 2016 19:00:36 GMT
<![CDATA[Настоящие шоколадные сиськи]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=183 Tue, 15 Dec 2015 16:41:24 GMT
<![CDATA[младшая сестра Рита]]> Она молча кивнула, и я прижал ее плотнее, эротичнее, поддерживая за попку, слегка подтягивая на свой торчащий колом член. Я хотел почувствовать ее, и чтобы она почувствовала меня, захотела большего. — Малыш... сделаешь для меня кое-что? — я продолжал массировать ее, прижимать к себе, не давая ей остыть. — Тоже погладить тебе? — доверчиво спросила она, поднимая глазки. — Нет. Дай пощупать грудь. Риты я был старше на 5 лет, между нами всегда были странные, двойственные отношения. С одной стороны, все было по классическому сценарию: младшая сопливая вечно ноющая сестра бесила меня, постоянно хватала мои вещи, лезла не в свои дела, и вообще явно считала себя любимицей родителей, от чего была неимоверно нагла, самоуверенна, заносчива и капризна. Но с другой стороны, мне нравилось ее защищать от школьных врагов, даже дрался несколько раз за нее, и если она заболевала, то я заботился о ней, ухаживал и оберегал. Видимо, в глубине души любил эту маленькую вредоносную привереду.

В детстве она была толстенькая и вела себя просто мерзко — истерила, требовала подарков и внимания, вредничала и пакостила мне ежедневно. Я тогда был подростком, и именно в тот период Рита бесила меня особенно сильно, пропасть между нами тогда была велика. Но все изменилось, когда у нее началось половое созревание. Она вдруг разом осела, стала такая тихая, даже замкнутая, нежная и очень впечатлительная. Меня как будто стала побаиваться, прежде чем зайти в мою комнату всегда робко стучала, а если хотела что-то взять, то всегда спрашивала. И я переменил свое к ней отношение, мы стали намного ближе чем раньше, сестра больше не раздражала меня своим существованием. Внешне она тоже начала меняться — детский жирок постепенно растаял, начала формироваться фигурка, наметились груди и округлились бедра. Личико у нее всегда было хорошенькое — этим засранка и брала, но теперь, когда с него сошла детская пухлость она начала казаться привлекательной, ну, как девушка.

Со временем мы с сестрой очень сблизились, она делилась со мной своими бесхитростными «секретами» и постоянно спрашивала советов как у взрослого. Так получилось, что в самые важные моменты ее женского созревания самым близким ей человеком оказался именно я. Помню, однажды вернулся из института домой, слышу — плачет кто-то в ванной. Зашел туда, а Рита сидит на краю ванной, ноги все в крови, зареванная, испуганная. Я-то сразу понял, что у нее месячные пришли, а она похоже испугалась. Я тогда к ней подошел, успокоил, все рассказал про эти дела и дал прокладку — знал, где мать хранит свои. Ей бы конечно спросить у матери о таких вещах, но она у нас какая-то странная, слишком строгая и чопорная, и все такие разговоры всегда пресекала. Вот Рита и оказалась одна в такой момент, без должной информации, подготовки.

С тех пор Рита прониклась ко мне особым доверием, и все свои дела всегда обсуждала со мной. Впервые я заметил, что она созрела когда ей было лет 15. Стала интересоваться мальчиками, почитывала тайком эротику, расспрашивала у меня о девушках, а по ночам я иногда слышал из-за ее двери тихую возню и тяжелое дыхание — видимо, сестренка уже вовсю теребила свою писюльку, спуская гормональное напряжение. Как только я стал догадываться о том, что она уже хочет секса, мое тело сразу же отреагировало на эту новость. Теперь, когда Рита садилась слишком близко ко мне или в моем присутствии щеголяла в белье, я ощущал в штанах тесноту и напряжение. Естественно я не думал о том, чтобы трахнуть родную сестру, просто так парни устроены — если девочка красивая, полуголая, то ты ее захочешь, даже если это твоя сестра. Поэтому особого внимания на свои стояки на Риту я не обращал — это было естественно. Она по-прежнему была моей младшей сестрой, и только.

Но видно все-же что то изменилось между нами, может, я даже сам не осознавал что именно, но с тех пор как Рита повзрослела и обрела именно женскую привлекательность, я начал воспринимать ее все больше сексуально, чем по-родственному. Обнимая ее теперь, случайно прикасаясь к ее телу, сидя с ней рядом я чувствовал приятное тепло, которое ощущал только со своими девушками, но не с сестрой. Мне нравилась ее близость именно физически, я был не против лишний раз ущипнуть или потискать ее, в шутку прижать или повалить на кровать, чувствуя как она бесится и пытается вырваться, тесно касаясь своими юными девственными прелестями моего тела. Все это я делал неосознанно, без умысла, то есть у меня не было планов специально потискать ее, испытать возбуждение, это всякий раз выходило бессознательно и стихийно. Тогда мне казалось, что это нормально — наверное, у многих в такой ситуации возникало мимолетное влечение, не единственный же я на свете, кто хотя бы на секунду захотел секса при тесной близости с сестрой.

Но со временем я осознал, что ревную Риту. Любые ее убогие и неловкие начинания с мальчиками волновали меня, если она шла гулять с кем-то, я злился и нервно посматривал на часы, думая о том, чем они могли бы сейчас заниматься. Я знал, что она еще девственница — часто спрашивал ее об этом. Но в любой момент кто-то из озабоченных парней, с которыми она гуляла, мог продырявить ее своим неумелым членом. Сам я знал, что ничего хорошего ее не ожидает при таком раскладе — у меня было несколько девушек, для которых я был первым. Первый мой раз с целкой был провальным — я все сделал плохо, ей было больно, и очень скоро она меня бросила. Но потом я подошел к этому вопросу серьезнее, готовился, и следующие вроде остались довольны. Во всяком случае, они сказали, что было хорошо и не больно. Я не хотел, чтобы мою сестру лишил девственности какой-нибудь малолетний неумеха, думающий только о том, как бы скорее засунуть свой стручок внутрь женского тела. Поэтому бесился всякий раз, если сестра возвращалась поздно.

Не скажу, что мысли о половой жизни сестры были для меня навязчивыми, я думал только о ней и т. д. У меня самого было достаточно интересов, много друзей, девушки постоянно вокруг вились, было много секса и отношения постоянные тоже имелись. Так что я не был каким-то там извращенцем, повернувшемся на родной сестре. Но все же частенько подумывал о ней, беспокоился за ее целку, чувствовал некую ответственность за нее — она же малышка еще совсем, развести ее и облапошить было делом пустяковым.

Так время шло, Рита все еще была девственницей, похорошела еще больше, стала сексуальной, какой-то томной, и я все чаще ловил себя на грязных мыслишках о ее теле, о том, что она все еще девочка... Не знаю, решился бы я когда-нибудь воплотить их в реальности, наверное, нет. Скорее всего, это прошло бы, у меня были девушки, с которыми мне было хорошо, сестра нашла бы себе парня и перестала бы меня интересовать. Но в какой-то момент она будто сама подтолкнула меня на нечто большее. Не знаю, как и выразить... Я не сразу это заметил, но Рита стала смотреть на меня по-другому. Однажды я обнаружил, что она подсматривает за мной в душе, с интересом разглядывает мое тело — видел в зеркале ее затуманенный взгляд и приоткрытый ротик. Пару раз присаживаясь ко мне на колени она слишком тесно прижималась попкой к моему паху, а когда я как обычно поглаживал ее по спине, слишком уж чувственно выгибалась, как кошка, как женщина в руках мужчины. Прежде сестра не реагировала на меня как на мужчину, я это точно знал. Но теперь все начало меняться. Видимо ее распирала неудовлетворенность, растущее томление не давало покоя, гормоны бушевали, вот она и подластилась ко мне, может даже не специально. Честно говоря, меня обеспокоило это. Одно дело я — мое влечение носило другую природу, по факту мне было не так уж важно, на кого у меня встал — на Риту или на кого-то из моих подружек. А вот Ритины поползновения явно были ориентированы именно на меня. Осознание того, что она хочет меня, будило во мне преступное желание, подстегивало и распаляло мозг ядовитой мыслью — а что если сделать этот шаг? Иногда даже в оправдание собственным грязным желаниям я придумывал себе отмазку — со мной ей будет лучше, чем с другими, я не сделаю ей больно, ни физически, ни морально. Ей будет хорошо, я сделаю ей хорошо... Лишь бы меня никто не опередил и не порвал ей дырочку.

Все это были лишь искусительные мысли, к которым прибавились эротические фантазии, где я соблазнял Ритку, вытворяя с ней все мыслимые и немыслимые кульбиты в постели, ласкаю ее и целую. Иногда я даже фантазировал, как ночью проберусь в ее комнату, подлягу осторожно под одеяло рядом с сестрой, если она испугается, нежно успокою ее и начну целовать, обещая быть нежным, ласковым. Мне представлялось, что она тихо и молчаливо принимает мои ласки, млеет от прикосновений, мучается сладкой истомой и легкими угрызениями совести, но потом желание берет верх и она отдается мне, впускает меня в себя, и я рву ее, бережно, без боли, открываю ей дорогу во взрослую жизнь. А иногда мне напротив виделось все иначе — грязно, развратно, страстно. Будто я зажимаю ее, дерзко целую, дразню, а она сопротивляется, тогда я говорю ей, что она сама виновата, сама соблазнила меня и хотела этого не меньше. Будто я осматриваю ее тело, заставляю ее раздвинуть ноги и принимаюсь обрабатывать киску, готовя к члену. А потом трахаю, по-разному, насаживаю глубоко и с силой, и вот ей начинает нравиться, она движется мне навстречу, мы бешено трахаемся, забыв обо всем... Вобщем, фантазии мои обрели некую конкретность, я уже знал, чего хочу, как хочу, и самое главное — КОГО я хочу. Плана действий у меня все еще не было, я ждал удобного момента, и был уверен — рано или поздно он наступит.

Рита будто нарочно устраивала все так, чтобы я не мог расслабиться и забыть о своих пагубных фантазиях. То прижмется плотно ко мне, то в трусиках нагнется, якобы случайно, то дверь в ванной прикрыть забудет... Связь между нами стала еще более тесной, и теперь это секретничество, которым мы частенько занимались лежа у меня или у нее на кровати, носило все чаще сексуальный характер. Она расспрашивала о сексе, о том, как лучше предохраняться, что делать если вдруг забеременеет, и прочее. Один раз мы тоже вот так лежали рядом, между нами витало невысказанное желание, напряжение, от которого у меня гудело все тело, а у нее наверное все там помокрело. Эта молчаливая страсть мешала нам говорить, создавала некую неловкость, и в то же время окутывала легким уютным дурманом, в плену которого так приятно было валяться на кровати.

— Может, поласкушки? — спросила Рита, лениво поворачиваясь на бок, спиной ко мне. Под поласкушками она подразумевала стандартную процедуру, которую мы часто практиковали — я расчесывал ей волосы пальцами и гладил по спине, а она делала мне массаж и шерудила в волосах какой-то железной штукой, похожей на паука.

— Давай. — сразу согласился я. Все предрасполагало к приятным ощущениям, мы были расслаблены и в то же время достаточно подогреты. Я был уверен, что не только я подумываю о недостойном сейчас — она тоже.

Я принялся ее ласкать — стянул резинку с ее роскошных густых русых волос, осторожно распутал завитки на кончиках, и погрузил пальцы в мягкую шелковистую массу. Волосы она не красила, и они были скользкие, как шелк, и блестящие, как парча, хотя при этом пышные и чуть-чуть вились. Я тащился от ее волос, мне вообще нравилась естественность в девушках, это такая редкость теперь. Мои пальцы едва защипывали длинные прядки и скользили к кончикам вниз, от чего сестра вздрагивала и издавала тихие мурлыкающие звуки — я знал, что она от этого тащится. Я и раньше часто это делал, никогда не находя в этом занятии ничего эротичного или возбуждающего, но почему-то сейчас меня сильно распаляло все происходящее, может, потому что она так сладко постанывала, выгиналась от моих прикосновений. Поиграв с Риткиными волосами, я осторожно отбросил их на бок и перешел к ее спинке. Сначала просто прошелся ладонями по изгибам, вдоль позвоночника, затем как обычно пощекотал пальцами, вырисовывая на ее спине разные узоры. Все было как обычно, но с каждой секундой я возбуждался сильнее и сильнее. Может, моя страсть передалась и ей, или она сама уже хотела, но я чувствовал — она тоже возбуждается. Поняв это, я осмелел и осторожно опустил ладони ниже, на выгнутую попку, оттопыренную ко мне. Рита не возражала, молчала, и я продолжил поглаживания, теперь уже по ее аппетитной филейной части. Особо щупать ее булки я не решился, просто гладил, нежно прикасаясь и едва надавливая ладонями. Но этого хватило, чтобы у меня крепко встал. Я так расслабился, что не успел отпрянуть, и сестра почувствовала мой стояк.

— Олег, это что? — протянула она, медленно оборачиваясь.

Вот черт, спалила! И как сразу догадалась, а еще девственница.

— Ниче. — Я резко перевернулся на живот, чтобы она ничего не увидела. Лишь бы отстала, или даже вообще пусть уходит. Я заранее разозлился, предвкушая ее расспросы.

— Так тебе сделать или как? — уточнила она, имея ввиду массаж конечно, но меня этот ее вопрос просто безумно подстегнул, и член буквально ворвался в одеяло, натягивая мягкие домашние штаны до предела.

— Да. — сдавленно сказал я, надеясь что во время массажа расслаблюсь и пенис подспустится.

Сестра уселась рядышком на коленках, сбоку от меня, и принялась наминать мне плечи, растирать спину. Она хорошо справлялась с этим делом, даже странным казалось, что у такой нежной девочки такие крепкие и сильные ручки. Рита мяла, тискала мою спину, я вроде как расслабился, но стояк не опадал. Желание становилось нестерпимым, я хотел перевернуться, повалить ее на спину, трахнуть. Очень хотелось трахаться, я не мог понять это просто желание или я так сильно хочу Риту. Я уже ничего не соображал, мне уже было все-равно кто она, кто я, кто мы друг другу. Ее теплое тело было рядом, и я хотел его, сейчас, безумно.

— Ну, все. — подытожила она, проведя в последний раз ладошками по моей спине.

Я перевернулся, лег на спину, расставил ноги пошире, чтобы распертый кровью член не мешал. Рита молча уставилась на мой пах, на ее лице не было ни испуга, ни смущения, только интерес.

— Что так смотришь? — спросил я.

Она немного помялась, слегка покраснела, но потом поломавшись попросила:

— Можешь показать?

— Что показать? — изобразил тупого я.

— Ну, ЭТО. — она кивнула на пах.

— Член что-ли? — уточнил я.

— Угу.

— А ты не видела?

— Нет. Ну, на фотках только, в интернете. — призналась сестра. Однако о том, что она тайком тырит мою порнушку, умолчала.

— А что мне за это будет? — протянул я развязно. Хотелось поиграть с ней, посмущать.

— Ну... хочешь, я тебе тоже покажу свою «пи». — предложила она краснея.

— Свою «пи»? — я заржал. Я столько этих «пи» уже видел, чем она хотела меня удивить? Она ж знала, что у меня девушки были, и не мало. Хотя увидеть ее киску, кончено, хотелось — эта все-таки была бы особенной в любом случае.

Рита по-моему обиделась на мою реакцию, и я побоялся упустить рыбку.

— Ладно, давай. Только ты первая.

— А может, ты? — начала ломаться она.

— Нет, ты. Давай. — подбодрил я.

— А ты не обманешь? — недоверчиво уточнила Рита, берясь за поясок халата.

— Обещаю, покажу. — заверил я, готовясь увидеть ее обещанную «пи».

— Ну... ладно. — неуверенно согласилась Рита, и осторожно развязала пояс, полы халатика разошлись, и я увидел ее трусики, совсем детские — желтые, в цветочек, хлопковые. Для таких она все-таки была уже взрослой — в 18 могла бы и что-то поэротичнее надевать. Несмело приспустила широкую резинку трусиков, стянула их чуть вниз, и я увидел ее лобок, почти гладкий, с жидким светлым пушком. Я знал, что она не брилась, от природы не была волосатой, как и я. Все досталось ее шикарной шевелюре на голове, а тело было гладким, нежным, практически лысым.

— Еще спусти пониже. — попросил я, видя что она остановилась. Лобок — это еще не «пи».

Она послушно одернула трусишки, и показалась расщелинка, в самом верху, где губки сращивались. Тут она остановилась, и робко глянула на меня:

— Все, теперь ты.

— Не, ну это не пойдет, не видно же ничего. — запротестовал я. — Давай еще ниже. Сними трусики полностью, ноги расставь.

Я видел, что она сомневается, колеблется, но все-таки опустила трусы до коленок и слегка развела бедра. Губки особо не раскрылись, так что киска была закрыта, но общий вид радовал глаз, особенно ее раздвинутые бедра. — Теперь ты. — напомнила она, и запахнула халатик.

Я сел и придвинулся к ней, осмелев, положил руку ей на бедро, и тихим, интимным голосом предложил:

— Покажи мне побольше. Раскрой ее, а потом я тебе тоже кое-что покажу.

— Я же уже показала! — возмутилась Рита, обиженно отворачиваясь. Кажется, начала подозревать, что ее наебали.

— Ты же мне не всю киску показала, я почти ничего не увидел. Раскрой пошире, давай. — уговаривал я.

Сестра поколебалась, но видимо все еще надеялась, что ей покажут обещанное, поэтому снова раздвинула халатик и сняла трусики полностью, развела бедра по-максимуму и растянула киску пальцами. Теперь мне было видно все — розово-бежевую вульву, на удивление крупный клитор, выпирающий наружу, и узкие половые губки, совсем маленькие, аккуратные. Влагалище было сомкнуто, так что щелку не увидел, но этого было достаточно.

— Хорошо. Молодец. — похвалил я. Рита тут же сдвинула ноги и запахнула халат.

— Все, теперь ты!

Но я не спешил выполнять обещание. Мне было не жалко показать ей хрен, просто хотелось проучить ее, преподать ей первый урок отношений с парнями.

— Я передумал. — сказал я, помогая завязывать ей поясок.

— Но ты же обещал!!! — воскликнула она. — Я ведь показала тебе. — обиженно напомнила сестра.

— Ты дура, Рита. — подытожил я, и поцеловал ее в лобик.

— Почему?!!

— Потому. Только дуры дают что-то парням вперед, авансом. Поняла?

— Но ты же обещал. — сердито бормотала она.

— А если бы тебе кто-нибудь другой что-то пообещал, ты бы тоже трусы сняла? — уточнил я. Честно говоря, я немного разозлился — так и думал, что она окажется лохушкой, которую легко развести.

— Причем тут это? — оправдывалась Рита. — Ты мне пообещал показать, а сам не показал!

— Да я специально это сделал. — признался я. — Чтоб тебя проучить.

— Зачем? — не понимала она.

— Да потому что не хочу, чтоб тебя развели, как лохушку. Ты че такая наивная? Нельзя парням верить, поняла? — я видел, что она расстроилась, кажется, даже обиделась. — Ладно, иди сюда. Ну, не обижайся. — я приобнял ее, утешая. — У тебя красивая пипка. Ты ее кому-нибудь еще показывала?

— Нет. — призналась Рита. Я так и думал, но услышать это было все-равно приятно.

— Ладно, хочешь покажу тебе? А? — предложил я. Обнимая ее, я захотел с новой силой, член запрыгал в штанах, и мне уже самому захотелось вытащить его наружу.

Она не ответила — все еще дулась, но я знал, что она по-прежнему хочет его увидеть. Продолжая обнимать ее одной рукой, другой я развязал шнурок на брюках и вытащил торчащий член наружу. Поглаживая его, как обычно перед сексом, предвкушая близость, я теснее прижался к ней и сказал:

— Посмотри, я достал.

Рита чуть отстранилась, опустила глаза вниз, и уставилась на мой стояк. Она уже видела мой член пару раз, когда я был в душе, но тогда он не стоял, так что сравнивать тут было нечего. Я знал, что я первый парень, член которого она видит в реальности, рядом. Это было приятно, и забавно наблюдать, как она оглядывает его со всех сторон, открывая для себя что-то новое, познавая мужское тело, его секреты.

Хорошего понемногу, поэтому я вскоре натянул штаны обратно, пряча хозяйство в складках такни. Конечно, я бы предпочел сейчас перейти к более откровенным делам, но скоро должны были вернуться родители, а такое ответственное дело как соблазнение собственной сестры не должно было пройти наспех. Я отправил ее, а сам пошел в душ — спускать стояк.

Удобный момент наметился довольно скоро. Отец уехал в командировку, а мать пошла на работу в ночную смену. Весь вечер и вся ночь были у меня, чтобы воплотить задуманное. Я решил, что это случится сегодня. Убедившись, что Рита дома и никуда не собирается, я открыл дверь своей комнаты и принялся ждать ее. Я знал, что она придет — не выносила одиночества. И точно, очень скоро она поскреблась ко мне, робко выглядывая из-за косяка.

— Ну заходи, че встала там. — поманил я.

Она зашла и осторожно прикрыла двери за собой. Мы немного поболтали, потом снова развалились на кровати и я опять принялся вычесывать ее волосы, как обычно. Когда мои руки более смело пробежались по ее ягодицам, она вдруг спросила:

— Как ты думаешь, мне уже можно ЭТО делать?

— Это смотря готова ты или нет. — расплывчато ответил я, продолжая поглаживать поясницу и чуть ниже.

— Я не знаю готова ли... — протянула Рита.

— Ну, ты сама хочешь? Тебе хочется секса?

— Да, хочу. Но я боюсь очень. — призналась она.

— Боли боишься?

— Да, наверное. И вообще... Я не умею ничего, не знаю...

— А тебе ничего уметь не надо. — успокоил я, стискивая пальцами ее круглое плечико. — Пускай парень все сам делает. Тут знать нефиг, тут чувствовать надо.

— Да ты не понимаешь! Олег, я даже целоваться боюсь, какой там секс!

— Ты что, даже не целовалась никогда? — уточнил я. Мое дыхание замерло в ожидании ответа. Неужели она настолько неопытна, совсем ребенок?

— Вообще никогда. — призналась сестра, поворачиваясь ко мне лицом. — Я не умею, не хочу, чтобы надо мной смеялись.

Тут что-то обрушилось на меня, в глазах потемнело, разум застлала пелена, я просто обезумел от нахлынувшего желания. Она была не просто целкой, а даже нецелованой, совсем чистенькой, нетронутой. Как такое возможно в наше время? Но я был уверен, что она не врет — она никогда мне не врала, а если и пыталась, то я сразу ее разоблачал. Прежде, чем я решился принять какое-то решение, мой язык уже высказал все вперед меня:

— Давай я тебя научу.

— Целоваться? — уточнила она, стесненно заглядывая мне в глаза.

— Ну да. Хочешь? — и не дожидаясь ее ответа, я уже обвил ее руками и подтягивал к себе. — Иди сюда, расслабься.

Я медленно коснулся лбом ее головки, вдохнул запах, идущий от волос, чуть потерся носом об ее щечку, и нежно прикоснулся к ее губам. Сначала просто губами, едва скользя по нежной, нетронутой плоти, вбирая вкус девственных губок. Рита не оттолкнула меня, но и отвечать не спешила. Я чувствовал, что она немного напряжена, может даже мучается сомнениями. Чтобы не дать ей передумать, я принялся целовать ее более ощутимо, защипывая губки, посасывая их слегка, проводя между ними языком. Инстинктивно она приоткрыла ротик, и я сразу же пробился внутрь, отыскав там кончик ее язычка, слегка коснулся его, и тут почувствовал, что она расслабляется, буквально вся обмякла и подалась вперед, навстречу поцелуям. Я уже возбудился, предлог типа научить сестру целоваться больше не прокатывал, и я вовсю засасывал ее, крепко обвив за талию и притягивая к себе. Она тяжело дышала, особенно когда я касался ее языка, и скоро начала отвечать мне робкими причмокиваниями, а когда я принялся медленно потрахивать ее ротик языком, то всовывая его, то высовывая обратно, она даже ухватила его и немного пососала. Судя по всему, училась она быстро, и так же быстро вошла во вкус. Мы еще немного сладко пососались, но потом она вдруг отпрянула и уткнулась мне в плечо головкой.

— Ну как, не сложно было? — спросил я, стараясь скрыть тяжелое дыхание.

— Нет. — мотнула она головой, и снова посмотрела на меня, будто спрашивая — что же теперь? Но я не спешил раскрывать всех своих карт и открыто заявлять ей, что намерен обучить ее не только поцелуям в эту ночь. Сделав вид, будто выполнил свой братский долг, и не более, я потрепал ее по волосам, чтоб она перестала стесняться.

— Хочешь, посмотрим кино? — предложил я, вставая с кровати.

— Давай. — быстро согласилась она, пытаясь сгладить неловкое сексуальное напряжение, которое буквально распирало ее и меня и наполняло собой всю комнату.

Я загрузил диск в комп и уселся в кресло перед столом. Фильм я выбрал естественно определенного содержания, но специально под обстановку — красивый, эстетичный, с хорошей игрой, создающей впечатление искренних чувств между партнерами. Там все долго начиналось, с сюжетом, в романтичной обстановке, с долгими красивыми ласками и неспешным основным процессом. Вобщем, специально для девочки. Рита даже сразу не поняла, что это эротика, думала, просто кино. Она уселась ко мне на колени, я выключил свет и мы стали смотреть. Когда наконец до нее дошло, что за фильм мы будем смотреть, то явно засмущалась, попыталась отвести глаза, но я быстро нашел объяснение:

— Ты же ничего не знаешь, посмотри, может научишься чему-нибудь. Чем больше знаешь, тем меньше страхов.

Она все еще была смущена и напряжена, но все же с коленок моих не слезла и принялась смотреть. Скоро я почувствовал, что она возбуждается. Она и так была подогрета моим тесным присутствием, впечатлениями о поцелуе, а теперь еще и визуальная картинка добавилась. На экране мужчина делал красивый куни своей партнерше, крупным планом, и я понял, что Рита поплыла глядя на это зрелище. Я решил, что пора действовать, хотя бы разведать насколько она готова, и постепенно, очень осторожно подтянул ее за животик к себе плотнее, чтобы она уперлась попкой в мой пах. Она не возражала, кратко обернулась на меня и мимолетно улыбнулась, как бы давая мне согласие.

Меня самого уже распирало от желания. На экран я старался не смотреть, сосредоточился на Рите, поигрывая ее волосами и стараясь отвлечься от нестерпимой похоти. Но скрыть эрекцию было непросто, и Рита явно ее чувствовала своей попкой, однако судя по всему, ее это ничуть не смущало. Не знаю, догадалась ли она, что я хочу ее трахнуть, что пытаюсь ее соблазнить, или просто принимала все происходящее как некую игру, дарящую столько приятных ощущений. Я уже знал, что она глупышка и весьма наивна, так что вполне может быть, она не подозревала о том, как далеко я был намерен зайти. А я был намерен, очень намерен.



Мне не хотелось торопиться, нарушать эту мягкую, уютную атмосферу невысказанности и притворства — находясь в ней можно было позволить себе очень многое. И я позволил. Постепенно моя рука с ее бедра плавно перекочевала на животик, подолгу задерживаясь на каждом сантиметре тела, а уже оттуда мне удалось проникнуть под халатик и накрыть ладонью ее ложбинку между ног, поверх трусиков. Тут я остановился, замер, давая ей привыкнуть, и убедившись, что она не станет возражать перешел к дальнейшему. В трусы я не полез — это было бы слишком, но я знал, что даже через трусики можно довести девушку до экстаза, если делать все медленно и умело. Слегка прижав ладонью лобок, я едва ощутимо принялся водить пальцем вверх и вниз, пока ткань трусиков не забилась между припухших губок, образуя длинную продольную складку, сквозь которую проступала влага. Риточка текла, явно была сильно возбуждена, но сидела тихо, как мышка, не смея пикнуть, притворяясь, что ничего не происходит и будто бы никто не гладит ее промежность. Я сильно не форсировал, двигался очень легко и медленно, погружая ее в сладостный транс. Клитор нарочно долго не обласкивал, заставляя ее томиться и мучиться, но когда на экране компа начало происходить особо горячее действо крупным планом, я наконец поднял чуть-чуть руку и кончиками пальцев легонько помассировал там, где складочки расщелинки сращивались. Ритка в упор смотрела на экран, по-прежнему делая вид что ничего не происходит между нами, и еле слышно простонала только один раз, когда мужик вытащил из партнерши свой член и щедро залил ей животик спермой. Порнушка кончилась, и я отнял руку от ее писюшки, нарочно на самом пике, за несколько секунд до оргазма, который она по-тихому собиралась словить. Возмущаться она не посмела, по-прежнему делала вид, будто ничего такого и не было, но я видел, что она не знает куда себя деть от незавершенного обломанного кайфа.

— Ну как тебе кино? Понравилось? — нарочно напомнил я ей о порнушке.

— Нормально. — запинаясь сказала она. — Только поздно уже, я спать пойду.

Притворщица из нее была никудышная, я четко видел, как на ладони, что она сейчас охвачена одной мыслью — скорее забиться под одеяло и додрочить себе, чтоб облегчиться. Упускать ее сейчас было нельзя, она как раз готова, практически на все согласна. И стоит мне ее прижать, она моя.

— Стой, ну куда ты пойдешь? — я крепко притянул ее к себе, придерживая за животик. — Будешь мастурбировать по тихой в своей комнате? Давай лучше я тебе помастурбирую, хочешь? Это намного приятней, чем самой. Тебе понравится.

Я больше не мог сдерживаться, говорил с ней не как брат, а как любовник — страстно, соблазняющее, разжигая ее желание. Мое предложение ее явно смутило и удивило, но в то же время ее личико окрасилось томным предвкушением, сладостным томлением и мольбой подарить ей облегчение. Видя, что она сомневается, я поспешил ее успокоить:

— Не бойся, в этом ничего такого нет. Я просто поглажу тебя, сделаю тебе хорошо. — Я встал с кресла, но так, чтобы она осталась в нем, потом сел на его боковину и не давая ей опомниться развел ей бедра и стянул трусики, на которых уже растеклось большое мокрое пятно. Сверху мне хорошо было видно, как торчал ее клитор, будто маленький член. Он не то чтобы был огромным, но весьма большим, такие мне никогда не попадались. С таким открывались большие возможности, можно было вытворять с ним массу вещей. Пробежавшись по влажной щелке пальцами, я быстро перешел к клитору — мне нетерпелось опробовать такую сладостную штучку. Медленно обведя его пальцем, я сразу ощутил, как он напряжен, налит кровью и чуть пульсирует. Возбуждало это просто немыслимо. Подразнивая его легкими касаниями, я добился ее первых стонов, Рита наконец сдалась и прикрыла глаза, откинув головку назад и подставляя моим рукам свое сокровище. Скоро мне пришла в голову мысль попробовать нечто новое, что раньше было мне недоступно в силу анатомических особенностей моих партнерш, но клитор Риты позволял это сделать.

Я взял его двумя пальцами, и принялся подергивать, защипывая чуть-чуть кожицы, отпуская у края головки. Другими словами, я стал ей дрочить так, как дрочил бы свой собственный член. Это было просто офигительно возбуждающе, необычно, по-новому, я сам чуть ли не кончал от всего происходящего. Она просто сходила с ума, перестала себя контролировать, развела бедра еще шире и на личике появилась гримаса глубокого страдания, но я хорошо знал, что это значит — ей очень, очень хорошо сейчас. Я дернул еще несколько раз, и почувствовал что она вот-вот кончит — клитор расперло в два раза, он максимально встал, напрягся, и начались первые сокращения. Специально замедлив движения, медленно подергивая его и затем отпуская, я усилил ее наслаждение, и вот наконец он запульсировал в моих пальцах, выперли маленькие венки в тканях вокруг, и мне показалось, что из него сейчас что-нибудь брызнет, как из члена. Ничего подобного, конечно, не произошло, Рита кончила долгим, тягучим оргазмом задержав дыхание, и вскоре ее торчащий бугорок начал приходить в спокойное состояние. Дождавшись, когда она придет в себя, я запахнул ее халатик, прикрывая писечку, и когда она подняла на меня взгляд, спросил:

— Ну как, лучше, чем самой?

Она тихо пискнула в ответ, выглядела растерянной, хоть и явно услажденной, и я понял, что она все еще стесняется. Конечно, за один вечер впервые поцеловаться и ноги раздвинуть перед парнем — это для нее было слишком.

— Иди ко мне. — я поднял ее с кресла и крепко обнял, прижимая к груди. — Ничего плохого не произошло. Не нужно стесняться. Тебе же понравилось?

Она молча кивнула, и я прижал ее плотнее, эротичнее, поддерживая за попку, слегка подтягивая на свой торчащий колом член. Я хотел почувствовать ее, и чтобы она почувствовала меня, захотела большего.

— Малыш... сделаешь для меня кое-что? — я продолжал массировать ее, прижимать к себе, не давая ей остыть.

— Тоже погладить тебе? — доверчиво спросила она, поднимая глазки.

— Нет. Дай пощупать грудь.

Да, я реально этого хотел. У нее был полный второй размер, правда я никогда не видел ее обнаженную грудь, но ее соблазнительные окружности были видны в любой одежде. И вообще, все ее тело было ну очень аппетитным — все-таки хорошо, что в детстве она была толстенькая, зато теперь какая сладкая, женственная. Я всегда мечтал о такой партнерше, чтобы было что потрогать, за что ухватить, но как-то не сложилось. Никогда не был поклонником тощих безгрудых моделек, но так получалось, что почти все мои девушки были как на подбор одинаковы — без четкой талии, с маленькими сиськами, тощими задами и узкими бедрами. Рита была совсем не такая, ее хотелось съесть, укусить за ляжку, впиться в задницу зубами, запустить пальцы в сочную плоть, поиграть пышными грудями. — Грудь? — переспросила она. Я понял — снова застеснялась.

— Да малыш. У тебя шикарная грудь, я всегда мечтал ее потрогать. Позволь мне зайка. Я нежно, тебе понравится.

Она все еще колебалась, и я понял, что от нее нечего ждать инициативы, нужно все делать самому — благо она не противилась, позволяла все подряд. Я нежно просунул руки под ее халатик, довел их к плечам и одним движением скинул его на пол. Теперь она стояла обнаженная, опустив личико, прикрывая длинными волосами свои сисечки. Голой полностью я ее не видел, так что первые мгновения просто любовался ею, удивляясь, как я раньше не замечал, что у меня под носом самая красивая и сексуальная девушка их всех, что я когда-то имел возможность попробовать. Женственные изгибы в сочетании с робостью невинности просто сводили меня с ума, хотелось одновременно и наброситься на нее и так же укрыть, оберегая от любых поползновений. Если до этого я еще оставлял какую-то возможность повернуть назад, отказаться от пагубного греха трахнуть ее, то теперь все было решено окончательно и бесповоротно — она будет моей, обязательно, я буду не я если не уложу ее в кровать. Отдать такую сладкую, изысканную конфетку кому попало, чтоб с нее грубо содрали обертку, сожрали, не различая вкуса, не смакуя, как какую-нибудь дешевую закуску — нет, не будет этого. Я сам должен распробовать ее, должен показать ей, как правильно, как должно быть, чтобы она не давала кому ни поподя, не зная себе цены.

— Ты просто прекрасна. — протянул я, медленно отводя ее локоны назад, обнажая роскошную юную грудь с набухшими нежно-бежевыми сосочками, достаточно крупными и тугими.

— Правда? — недоверчиво спросила она, все так же глядя в пол от смущения.

— Правда. Я никогда не видел такой роскошной фигуры. — это было правдой, я не лукавил, и чтобы ей было не так стыдно, я тоже сбросил с себя штаны и майку. Теперь мы оба были обнаженными, и я мог кожей чувствовать тепло, исходящее от ее тела. — Иди ко мне, солнышко, не стесняйся.

Я обнял ее и вместе с ней сел на кровать, и как только мы оказались близко друг к другу, я сразу же перешел к ласкам — ну, а чего тянуть? Уже нечего было притворяться — после всего, что было, после этих поцелуев, после того как она позволила мне гладить себя между ног, дала довести себя до оргазма, какие могут быть недопонимания? Лично я не испытывал ни малейших угрызений совести, никаких сомнений, никакого стыда. Но может она была смущена, и я решил ее успокоить, расслабить и заставить забыть обо всем:

— Не думай ни о чем, поняла? — я поцеловал ее, ласково обводя языком губки, изредка легко их защипывая. — Если тебе приятно со мной, все остальное не важно. Ты необыкновенная, я не хочу чтобы тебя обидели, доверься мне, со мной тебе будет хорошо.

Как хорошо, что я решился на это, стоило мне наговорить ей пустяков, пару раз сладко поцеловать, и она уже податливо повалилась на кровать, не в силах сопротивляться. А если бы это был не я? Дурочка наивная, могла бы угодить не в те лапы, а потом бы жалела, еще неизвестно какие последствия потом открылись бы. Но я всех опередил, и она достанется мне.

Рита совсем потеряла контроль над собой, лежала на моей кровати голенькая, прикрыв глаза, вздрагивая от моих прикосновений и поцелуев. Я всласть насладился видом ее обнаженного тела, попускал слюни на аппетитные формы, и принялся ласкать малышку. Обцеловал ее всю, наконец добрался до шикарной груди, обтискал ее и задергал, пощипал сосочки, пососал их. Не забывая о ее киске, которой предстояло нелегкое испытание, я подогревал ее, щекоча лепесточки пальцами и едва подергивая вновь набухший клитор. Но вот терпение мое кончилось, я больше не мог ждать, хотел ворваться в нее, натянуть до упора, но прежде надо было хорошо обработать щелку моей целочки. Опустившись к ее бедрам, я устроился между ними и принялся вылизывать писюльку, лаская языком все складочки, малейшие выпуклости и впадинки. Особенно мне понравилось посасывать клитор, втягивая его внутрь, щекоча головку языком. Мои ласки вскоре привели Риту к оргазму, это было очень кстати — чем больше течки, тем лучше, ведь ей предстояла потеря девственности.

Конечно, сразу пихать член внутрь я не стал, как бы ни хотелось. Осторожно присунул палец в тесное, узкое влагалище, исследовал его внутри, обнаружил, где именно эта тонкая, но упругая преграда — целка, и принялся медленно, нежно толкать пальцем ее изнутри, останавливаясь прямо перед плевой. Получалось, что я будто слегка трахаю ее, хоть и не слишком глубоко, но все же внутри, во влагалище. Судя по реакции Риты, для нее это были абсолютно новые ощущения, незнакомые, волнующие, и видно, что чрезвычайно приятные. Она распалилась, и попыталась податься мне навстречу, насаживаясь на мои пальцы глубже, но я вовремя их вытащил — она могла порвать саму себя.

— Ты так себе делала? — спросил я, очередной раз вводя пальцы внутрь ее разгоряченной киски.

— Нет. — задыхаясь прошептала Рита.

Забравшись на нее сверху, я тесно прижался пахом к ее лобку, чтобы она почувствовала мой член, ощутила его твердость, привыкла к нему.

— Кошечка моя, — я целовал ее, ловил губами ее ротик, носик, подбородок. — Ты меня хочешь? Тебе нравится?

— Да. — стонала Рита. Ее дыхание стало сбивчивым, тяжелым, она металась в нетерпении, лихорадочно отвечала на мои поцелуи.

— Я тебя тоже очень хочу. Ты прекрасна, моя куколка, сладенькая... — Я шептал все это уже изнемогая от желания, головкой члена я ощущал ее влажную плоть, как она скользит по моему концу, инстинктивно стремясь надеться. Так хотелось скорее внутрь нее! Я еле сдерживался, чтобы не вогнать со всей силы — знал, что ей будет адски больно. Вместо этого я осторожно подразнил членом расщелинку, обвел концом клитор, и наконец приставил головку к горячей дырочке, не решаясь войти. Но это рано или поздно нужно было сделать, и собравшись с силами я уверенно ввел головку внутрь. Это было ей не больно — до целочки еще оставалось пространство, я ее не чувствовал пока. Давая ей привыкнуть к ширине своего пениса, я снова покрыл ее поцелуями, сосал сосочки, возбуждая детку сильнее, наслаждаясь ее нетерпеливыми стонами. Маленькая моя, такая нежная, беззащитная... Меня распирало от страсти и от нежности одновременно, не только физически все бурлило, но как-то и в груди тоже, сердце колотилось, я волновался и сходил с ума от одного только осознания, что вот-вот ее продырявлю, сделаю женщиной, наслажусь ее кисочкой, в которой до меня не было никого.

Осторожно продвинувшись глубже, я наконец почувствовал преграду, упруго натянувшуюся под давлением моего конца. Я не стал предупреждать Риту, что сейчас будет больно, или что придется потерпеть — от этого она только занервничает, пропадет возбуждение, и все испортится. Просто попросил ее:

— Обними меня, покрепче, не стесняйся.

Детка обвила меня ручками, я ощущал ее дыхание на своей шее, горячее, влажное... Мы были так близко, я чувствовал ее буквально всем телом. Набравшись духу, я резко качнулся и проник вглубь ее тела, тараня тонкую пленочку, разрывая ее собой. Ритуля вскрикнула, стиснула меня пальцами, и попыталась сползти с моего члена, но я уверенно удержал ее — так будет лучше.

— Солнышко, все закончилось. Погоди. — попросил я, замирая внутри нее, давая ей привыкнуть, пережидая боль. Я не видел пока, но чувствовал — крови было порядочно, все стало мокрым и горячим. Рита замерла с открытыми глазами, испуганно смотрела на меня. Мне было так жалко ее в этот момент, я видел, что ей больно, хоть так старался быть нежным, готовил ее, избежать хотя бы краткой вспышки болезненности было нельзя. Я даже не представлял, что она испытывает сейчас, много раз я пытался вообразить, что испытывает девушка, когда теряет девственность, но при одной только мысли что на моем члене что-то порвется, у меня начинался приступ паники и ужаса. Как они могли терпеть это? Но наверное могли, потому что обычно через какое-то время им начинало нравиться, и боль проходила.

— Малышка, сильно болит? — спрашивал я, покрывая поцелуями ее личико.

— Ну так... — мялась она. — Уже не очень. Я испугалась.

— Давай попробуем дальше.

Я медленно задвигался, массируя членом только что раненую киску Риты, и внимательно наблюдал за ее реакцией. Сначала она морщилась, как-то напряженно сжимала бедра, но очень скоро я заметил, что личико ее расслабилось и вот первые стоны сорвались с ее губ.

— Нравится киска? — уточнил я.

— Да, хорошо. — призналась Рита, крепче обвивая меня руками за шею.

— Малыш... — Самое ответственное осталось позади, боль стала покидать ее, начались приятные ощущения, и теперь я мог расслабиться и делать все как обычно, работая членом внутри нее на всю длину. Тревожные мысли начали покидать меня, я сосредоточился на самом сладком, и безумное наслаждение охватило все мое тело. Как сладко было трахать Риту без презерватива! Я обожал трахаться наголо, но позволял себе это нечасто. А в ней я конечно был уверен, резинки нам были не нужны, она чистенькая, нетронутая. От меня ей тоже нечего было бояться — я-то уж точно не задую родной сестре. Скользя внутри горячей, узкой киски голым членом у меня в глазах темнело от удовольствия. Наши тела так тесно соприкасались, я чувствовал, как упругие тугие сосочки ее пышных сисечек скользят по моей груди, сбивчивое горячее дыхание согревает мою шею, нежные ручки скользят по моей спине... Мне было безумно хорошо, я не мог вспомнить, когда в последний раз так кайфовал.

— Тебе нравится? Хорошо малыш? — то и дело спрашивал я. Мне хотелось, чтобы она испытывала такое же наслаждение, что и я. Иногда она отвечала, но чаще просто стонала, закатывая глазки и хмуря бровки. Я видел, что ей нравится, она жадно двигалась мне навстречу, шире разводила бедра, пытаясь впустить внутрь себя побольше моего тела...

Я все еще не решался трахать ее с полной страстью, держал более нежный темп, но вот она сама попросила:

— Еще! Олег, еще!!!

Тогда я разошелся и показал ей, что могу — глубоко и с силой принялся толкать, переходя то на быстрый темп, то на нарочно медленный, заставляя ее скулить и сжимать бедрами меня сильнее. Я чувствовал, что еще немного и кончу, но мне не хотелось оставлять ее без разрядки. Она конечно сегодня уже словила пару сладких оргазмов, но это было не то. Я хотел, чтоб она кончила от нашей близости, потому что я внутри нее. Я сомневался, что она кончит вагинально, поэтому слегка отстранился и одной рукой стал дергать поднявшийся тугой клитор, одновременно насаживая членом ее писюшку. Рита закричала, в ее громких стонах пробивалась страсть, которой она раньше точно не знала и не испытывала — такое знакомо только женщинам, знающим мужчину, умелый член, удовольствие от его движений. Ее оргазм был уже близко, первые судороги слабыми нерегулярными волнами прошлись внутри влагалища, и тут я оставил ее клитор и начал трахать, даже не трахать — ебать со всей силы ее налитую истекающую щелку.

— Аааа! — Она привстала на локтях, тесно прижимаясь ко мне, навстречу мощному оргазму. Я крепко схватил ее бедра и продолжил натягивать до тех пор, пока наконец долгожданные спазмы не стиснули мой ствол — она кончала, откинув голову назад и закрыв глаза. Когда судорожное биение внутри ее влагалища прекратилось, я отбросил ее на спину и широко развел ей бедра, чтоб она не держала меня, когда я буду вытаскивать. Почувствовав, что щас кончу, я резко вышел из нее и спустил прямо на простынь — все-равно ее теперь стирать, вся в крови. Не очень я любил так кончать, но ощущения от нашей близости были настолько сладкими, яркими, что и оргазм мне показался фантастическим.

Когда мы отдышались, я обнял ее крепко, прижал к себе, наговорил ей кучу нежностей, уточнил, что ей точно понравилось, а потом отправил спать. Я бы мог оставить ее с собой, все-таки такой особенный момент, наверное ей хотелось нежностей, близости, но надо было многое сделать — без палева постирать окровавленное белье, вычистить матрас, сменить постель.

Утром все собрались завтракать, мать вернулась со смены, отец приехал с командировки, и остаться наедине нам с Ритой не удалось. Мы толком не поговорили о том, что произошло ночью, и я вдруг стал волноваться — мало ли, еще замкнется, будет мучиться угрызениями совести, станет меня избегать. Я хотел найти момент и сказать ей, что ничего не изменилось между нами, что все по-прежнему, все хорошо, но не складывалось случая. Удалось увидеть ее только на кухне, когда все уже поели и она собирала посуду со стола. Я прижал ее к кухонному шкафчику и намеревался поговорить, и тут она подняла на меня глаза и я все понял. О, этот взгляд! Как многое мужчины готовы отдать за то, чтобы женщина смотрела на него именно этим кошачьим взглядом, в котором таится нескрываемая похоть, смешанная с благодарностью и просительным выражением. Казалось, она смотрит на тебя и говорит: «Я вся твоя. Пожалуйста, трахни меня!!!».

Не нужно было ничего говорить, все было яснее ясного. Я улыбнулся ей и незаметно от родителей наспех облизал ее губки при кратком поцелуе. Она тоже улыбнулась и продолжила собирать посуду. Я знал — все повторится. Она хочет, без сомнений хочет снова. А я уж тем более. Следующий раз случился через несколько дней, она сама пришла ко мне днем, я сразу понял зачем. Сделал вид, что не понял зачем она тут, снова начал расчесывать ей волосы, гладить по спине, а потом тихо шепнул ей на ушко:

— Хочешь?

Она выгнулась, прижалась ко мне всем телом, и я как с цепи сорвался — трахнул ее так стремительно, так страстно, что она по-моему даже немного писнула под себя. Ну ниче, пускай теперь знает, что секс не только нежным бывает, все хорошо в свое время — и грубость, и ласка. Мы продолжали тайком ласкаться, и скоро выработалась определенная схема — если она приходила ко мне, значит, все происходило нежно, с долгими поцелуями, как в первый раз. А если я сам к ней заглядывал, то мы жарко трахались, с громкими стонами и криками.

Скоро меня начала беспокоить ее беспечность — я никогда не брал презервативы для нее (стыдно признать, но с другими девчонками я так же продолжал трахаться). Она ни разу не попросила меня надеть резинку и не спросила, куда я кончил. Со мной все было безопасно, но рано или поздно она начнет спать с другими парнями, и если будет продолжать в том же духе, то очень скоро наживет себе проблемы. Я провел с ней строгую беседу и отругал ее за такое безразличие к самой себе, и тогда она выдала мне, что не планирует ничего с другими парнями, хочет только меня и спит только со мной. А очень скоро во время секса она так тесно прижалась ко мне, и прошептала:

— Олег, я тебя люблю.

Меня как водой окатило, и впервые за долгое время я вдруг словно очнулся от хмельного дурмана. Я вдруг понял, что сделал непоправимое — уступив своей похоти я испортил ей жизнь. Мне нравилась наша с ней связь, меня безумно заводило, что у меня появилась всегда готовая домашняя дырочка, которую в любой момент можно было трахнуть без лишних заморочек, уговоров и притворства. Она ничего не требовала взамен, никаких подарков, ухаживаний и прочего мозгодерства, и при этом была офигенно сексуальна и красива, податлива, бескорыстна. Я конечно не относился к ней так потребительски, приходил в восторг от ее прелестей, искренне хотел дарить ей удовольствие и ценил ее преданность и чистоту. Но я четко понимал, что из этих отношений не выйдет большего, чем редкий сексуальный контакт, и я не хотел, чтобы она забивала себе голову несбыточной ерундой. Короче говоря, я уже жалел, что соблазнил ее, для нее это могло закончиться очень печально.

Твердо решил, что это был наш последний раз, что больше не притронусь к ней, но как только она оказывалась вблизи, я обо всем забывал и снова срывался, мы опять занимались любовью, и чем гаже мне было на душе от этого, тем слаще удовольствие от этой запретной близости. Она так тянулась ко мне, своим взглядом, голосом, позой манила к себе, просила ее приласкать. Я не мог ей отказать, и по правде говоря не хотел. Так продолжалось еще пару лет, мы регулярно спали друг с другом, я порвал почти все длительные связи — только мимолетно случались перепихоны, всю свою страсть тратил на Риту. Она не то что ни с кем не спала, она даже ни с кем не гуляла, что мне конечно льстило и было приятно, но вместе с тем и тревожило. Я боялся что она никогда не сможет переключиться на другого парня, так и останется одна, с разбитым сердцем. Сам я старался на девушек не смотреть — вдруг влюблюсь в кого-нибудь, и сделаю Рите больно. Этого я хотел меньше всего. Я чувствовал ответственность за все происходящее, по факту это я был виноват, если бы я не соблазнил ее тогда, ничего бы не было. А теперь она привязалась к этим отношениям, зависела от них, и что мне было делать — использовать ее и выбросить? Я так не мог, но и выхода не видел. Я знал, что это тупик, откуда нет пути назад.

На 25 лет родители подарили мне квартиру, и я с радостью переехал. Это было круто само по себе — жить отдельно, но так же я надеялся, что это решит нашу с Ритой проблему. Как говорится, с глаз долой из сердца вон. Однако я ошибался... Жестоко ошибался. Стало только хуже. Она страдала, я чувствовал это, видел в ее тоскливом взгляде, когда забегал к родителям, когда отказывал ей под разными предлогами переночевать у себя. Она просилась ко мне, а я не пускал. Она ревновала, наверное, страдала от разлуки, и секса ей, наверное, тоже нехватало. Один раз она вообще прислала мне смску, в которой упрекала меня в том, что я отказался от нее, прогнал и вообще игнорирую. Я не ответил ей тогда ничего, тогда она через несколько дней написала, что наверное это потому, что она отказывалась делать мне минет, но если я хочу она готова сделать, только чтобы я не прогонял ее. Блин, мне так жалко ее было, я себя дерьмом последним чувствовал. Она была все такая же глупышка, как в 18 лет — какой нафиг минет? Разве в этом дело?

Столько времени меня все устраивало без этого минета а теперь вдруг перестало? Я так боялся раньше, что ее смогут развести, обмануть, использовать какие-нибудь козлы, а в итоге развел ее сам. От этого было так гадко, не передать. Я ее любил, конечно любил, но дать ей того, чего она ждала, не мог. Мне тогда казалось, что единственный выход — прекратить с ней общение, ну или хотя бы исключить нахождение наедине. Мне тоже было тяжело, нехватало ее ласкового тела, искренности, преданности. В других девушках я этого не находил. Всем было что-то нужно от меня, каждая ломалась, чего-то корчила из себя прежде чем позволить сунуть в свою дырку, будто она на свете единственная такая. И один раз я сорвался. Пришел домой к родителям взять кое-что, думал, Ритка в институте, но она оказалась дома, а родители нет. Увидел ее, и все снова потемнело в глазах. Она смотрела на меня с такой болью, так просительно, я не смог устоять. Схватил ее, прижал к себе, зацеловал, жадно хватая губами плоть, которая знала только мои руки, только мои губы...

— Я так скучала! Так скучала! — она чуть не плакала, задыхалась в моих объятиях, не веря что я вновь ласкаю ее, прижимаю к себе.

— Я тоже скучал малыш. Ты моя девочка. Самая любимая, единственная... — в тот момент я искренне верил в то, что говорил. Прижимал ее тело к себе и чувствовал, что с ней все по-настоящему, от души, не просто похоть, страсть, секс.

Любовью занимались как в последний раз. Я не мог от нее оторваться, боялся что как только окончится эта близость, кончится и все остальное между нами. Ласкал и ласкал ее без конца, шептал ей разные нежности, комплименты, признания, и даже сказал ей в ответ, что тоже люблю ее.

А когда пришел домой, понял что снова совершил ужасное — дал ей надежду, заранее зная что обманул, использовал, бросил. Я себя просто ненавидел. Мне выть хотелось от всего этого. Какой выход найти, как поступить? Я не знал. Вобщем, единственное, на что хватило моих мозгов тогда — продолжить нашу связь. Я на все махнул рукой и стал позволять ей ночевать у себя, она практически поселилась в моей квартире, едва ли не каждую ночь мы любили друг друга. Но счастлив я не был. Даже завидовал ей, что она пребывает в счастливом непонимании ужаса всей ситуации и наслаждается текущим моментом. А вот мне застрелиться хотелось.

Решение нашлось само, как на голову свалилось. Так как Рита теперь стала часто мелькать у меня в квартире, мне пришлось впустить ее в компанию своих друзей, которые частенько ко мне заваливались. Один мой приятель, Макс, стал подозрительно интересоваться Риткой — сколько ей лет, есть ли парень и так далее. Я сразу понял, что он на нее глаз положил, и решил попробовать их свести — а почему бы и нет? Он был парень неплохой, симпатичный, так что отдавать ее было не страшно. К тому же обидеть мою сестру у него бы жопы не хватило. Вобщем, я устроил все так, чтобы они часто сталкивались, пересекались, и скоро заметил, что у них что-то там закрутилось — то в кино пошли, то он ей цветочки подарил, а она принимала, хихикала, когда я ее спрашивал про Макса. Видно было, что он ей понравился, это факт. Она даже иногда спрашивала, не обижаюсь ли я, когда приходила после свидания с ним. От него я знал, что они еще не спали, даже не целовались, но я попросил его не затягивать, быть понапористей, я-то знал, что с ней так надо. И скоро это случилось — она ему отдалась.

Уж не знаю в подробностях, какой он в постели оказался, но видимо ее все устроило, потому что они стали очень много времени вместе проводить, и ко мне она уже не так часто подкатывала, хотя чего лукавить — мы все еще спали вместе. Но самое главное, она переключилась на другого, выбила из своей головы эту мысль что она меня любит и хочет быть только со мной. Честно говоря, я немного ревновал, меня порой бесила мысль, что она уже не так чиста, как была все это время, что в ней уже побывал другой мужчина. Но так было надо, поэтому я терпел и молча злился. Однако и это оказалось ненадолго — скоро я успокоился, завел себе постоянную подружку впервые за долгое время, Рита ко мне редко заходила, все с Максом зависала, и все будто наладилось, у нее появилась своя личная жизнь, мои терзания закончились. Я был очень рад, что нам удалось избежать тяжелых последствий МОЕГО проступка, но в конце концов я все это создал, сам и разрешил. Одно только огорчало — былой сладости уже не вернешь, до сих пор вспоминаю, как восхитительны были наши с ней ласки, какое наслаждение сплетало наши тела.

Ни с кем другим такого больше не было, не знаю как у нее, а у меня — нет. Вспоминал ее часто, и был бы не против хоть на миг вернуться в то время, когда мы еще жили в одной квартире и тайком занимались любовью по ночам. Приезжая к родителям я до сих пор зажимаю ее в ванной, в спальне, и мы по-быстрому трахаемся, она все так же безотказно дает мне всякий раз, когда я захочу, но все уже не так — в ее глазах больше нет той доверчивой и безграничной любви, преданности, которые так подкупали меня всегда. Но честно говоря, если бы меня спросили, хотел бы я вернуться в прошлое и все изменить, устоять в тот вечер и не трогать свою сестру, я бы отказался. Все-равно ни о чем не жалею, главное, что все хорошо у нее, и у меня тоже. А то что было между нами, было самым прекрасным что я когда-нибудь испытывал с женщиной.

]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=182 Tue, 15 Dec 2015 15:45:45 GMT
<![CDATA[Бонус .gif]]>















]]>
Девушки, Картинки http://plusda.ru?id=181 Wed, 11 Nov 2015 07:18:07 GMT
<![CDATA[Лесные феи]]> Лесные феи 1
Лесные феи 1

Лесные феи 2

Лесные феи 3

Лесные феи 4

Лесные феи 5

Лесные феи 6

Лесные феи 7

Лесные феи 8

Лесные феи 9

Лесные феи 10

Лесные феи 11

Лесные феи 12

Лесные феи 13

Лесные феи 14

Лесные феи 15

Лесные феи 16

Лесные феи 17

Лесные феи 18

Лесные феи 19

Лесные феи 20

Лесные феи 21

Лесные феи 22

Лесные феи 23

Лесные феи 24

Лесные феи 25

Лесные феи 26

Лесные феи 27

Лесные феи 28

Лесные феи 29

Лесные феи 30

Лесные феи 31

Лесные феи 32

Лесные феи 33

Лесные феи 34

Лесные феи 35

Лесные феи 36

Лесные феи 37

Лесные феи 38

Лесные феи 39

Лесные феи 40

Лесные феи 41

Лесные феи 42

Лесные феи 43

Лесные феи 44

Лесные феи 45

Лесные феи 46

Лесные феи 47

Лесные феи 48

Лесные феи 49

Лесные феи 50

]]>
Девушки http://plusda.ru?id=180 Sat, 14 Nov 2015 22:04:00 GMT
<![CDATA[Видео - крутые сиськи]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=179 Thu, 05 Nov 2015 23:11:00 GMT
<![CDATA[Фотосессия на озере]]> Красивые сиськи на озере

Красивые сиськи на озере 1

Красивые сиськи на озере 2

Красивые сиськи на озере 3

Красивые сиськи на озере 4

Красивые сиськи на озере 5

Красивые сиськи на озере 6

Красивые сиськи на озере 7

Красивые сиськи на озере 8

Красивые сиськи на озере 9

Красивые сиськи на озере 10

Красивые сиськи на озере 11

Красивые сиськи на озере 12

]]>
Девушки, Картинки http://plusda.ru?id=178 Thu, 05 Nov 2015 09:16:00 GMT
<![CDATA[видео инструкция по встрече нового года]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=177 Fri, 25 Dec 2015 07:25:00 GMT
<![CDATA[Музыка сердца]]> Eё губы слoвнo мягкaя кaрaмeль, пытaясь их нe пoврeдить я мягкo вoжу пo ним язычкoм. Знaкoмaя тeплaя лaдoшкa лoжится нa мoю грудь, и нeпoслушный рoзoвый сoсoчeк oкaзывaeтся в слaдoстнoм плeну eё чувствeнных пaльчикoв. Будoрaжaщиe вooбрaжeниe изгибы тeлa, слeгкa улoвимыe oчeртaния мaлeнькoгo живoтикa и интимнaя лoжбинкa с рaдoстью oткликaются нa мoи лaски. Пoсвящaeтся мoeй любимoй пoдругe — зeмнoму aнгeлoчку Eвa прoстoeвa.
Бeзумнo скучaю зa тoбoй, и сoнaписaниe с тoбoй этo нeмыслeннoe удoвoльствиe.

Нa oсeннeм тoскливoм нeбe сoбирaются сeрыe тучи, вoт-вoт мoжeт пoйти дoждь. Вeтeр-oзoрник рaзыгрaлся, срывaя пoслeдниe листoчки с дeрeвьeв, oстaвляя их вeтки в бeззaщитнoй нaгoтe. Птицы, чувствуя скoрoe приближeниe зимы, сбивaются в стaи, тoрoпясь в тeплыe крaя. A с oднoгo oкнa высoкoй мнoгoэтaжки рaздaeтся дивнaя мeлoдия.

— Нeт, нe тaк... Чтo у тeбя сeйчaс нa сeрдцe? Зaкрoй глaзa.

Прикрыв вeки, я тут жe oкунулaсь в прoшлыe сoбытия. Нeприятнaя тяжeсть и пeчaль укрыли мeня мрaчным бaрхaтoм свoих крыльeв, и нe сдeржaвшись пoд нaпoрoм эмoций я всхлипнулa. Руки сaми сoскoльзнули с клaвиш, пoтянувшись к лицу.

— Нeт, нeт, нe убирaй. — oнa нaклoняeтся и бeрeт мoю руку в свoю. — Чтoбы плoхoгo нe былo, ты нe дoлжнa убирaть руку, пoпрoбуй eщe рaз.

Пoд eё сoпрoвoждeниeм я пытaюсь рaсслaбиться и прийти в сeбя, нo вoспoминaния ужe выбили мeня из кoлeи. Пытaясь oтыскaть музыку, я снoвa зaкрывaю глaзa, пoчeму-тo прeдстaвляя, кaк oнa oбнимaeт мeня и лaскoвo шeпчeт нa ушкo, чтo этo eщe нe кoнeц...

Eё слeгкa улoвимый слaдкий зaпaх духoв, в кoтoрый зa эту нeдeлю я успeлa влюбиться, бaрхaтный гoлoсoк кoтoрым oнa мeня инoгдa ругaeт, прeдстaвляeтся тaким трoгaтeльным и рoмaнтичным. Нeжнaя рукa, всe eщe пытaeтся мнe пoмoчь и кaжeтся, я чтo-тo слышу...

Eё вoлoсы щeкoчут мнe шeю, a я нeoсoзнaннo вдыхaю eё aрoмaт кoжи и oкунaюсь в нeoбычный мир чувствeнных прикoснoвeний. Прoзрaчнaя вaнильнaя ткaнь oкутывaeт и нaкрывaeт нaс, слoвнo oбeрeгaя oт внeшнeгo мирa. Я пoвoрaчивaю гoлoву, и мoи глaзa нaтыкaются нa бeлoe пиaнинo, усыпaннoe aлыми рoзaми. Нa лицe пoявляeтся улыбкa, и мы сливaeмся в нeжнoм пoцeлуe.

Eё губы слoвнo мягкaя кaрaмeль, пытaясь их нe пoврeдить я мягкo вoжу пo ним язычкoм. Знaкoмaя тeплaя лaдoшкa лoжится нa мoю грудь, и нeпoслушный рoзoвый сoсoчeк oкaзывaeтся в слaдoстнoм плeну eё чувствeнных пaльчикoв. Будoрaжaщиe вooбрaжeниe изгибы тeлa, слeгкa улoвимыe oчeртaния мaлeнькoгo живoтикa и интимнaя лoжбинкa с рaдoстью oткликaются нa мoи лaски. Нaши ужe взмoкшиe прoмeжнoсти сoприкaсaются, oбмeнивaясь любoвным сoкoм. Слoвнo вoлшeбнaя музыкa истoскoвaвшихся душ, с губ срывaются стoны блaжeнствa, a кaждoe мoe движeниe усиливaeт eё любoвныe пoзывы.

Нaчaвшийся дoждь, бaрaбaня в стeклo, выбивaeт кaплями стрaнный ритм, принoся нoвыe нoтки в мeлoдию любви. Пoрыв вeтрa с силoй рaспaхивaeт oкнo. Вoрвaвшийся в кoмнaту свeжий вoздух срывaeт лeгкую вaнильную ткaнь. Тa слeтaeт с рaзгoрячeнных oт стрaсти тeл и кружaсь в вoздухe, слoвнo oсeнний листoк с дeрeвa, пaдaeт нa пoл, oткрывaя мoю нaгoту. Пo oбнaжённoй кoжe бeжит хoлoдoк, и я тeряю увeрeннoсть. Мoи дeйствия стaнoвятся бoлee рoбкими, a зубки нeoсoзнaннo впивaются в слaдoсть кaрaмeльных губ. Тeлo пoкрывaeтся гусинoй кoжeй, и зaстывaeт бeз движeния, я слoвнo пeрeстaю рукoвoдить им. Eё руки мeдлeннo oбвивaют мoю тaлию, и в ту жe минуту я oкaзывaюсь пoд нeй. Укрыв свoим тeплoм и зaбoтoй, oнa лeгoнькo пoцeлoвaлa мeня в нoсик.

— Хи-хи. — я пoмoрщилaсь и зaглянулa eй в глaзa.

Чтo я хoтeлa тaм увидeть? Чeгo бoялaсь?

Нeoбычнoгo фиaлкoвoгo цвeтa глaзa зaвoрaживaли и вызывaли интeрeс. Нaши губы снoвa слились в тoмнoм пoцeлуe. Oнa пoдмигнулa мнe и кaк в мультикe кo мнe пoстучaлся eё язычoк, oн в тoчнoсти выбил «Тук-тук» o мoи губы. Прикрыв глaзa и нeмнoгo oткрыв рoтик, я пустилa гoстя внутрь, нaслaждaясь близoстью и тeплoм прикoснoвeний...

— Вышe oктaвoй. — тумaнный гoлoс кaк-тo нe рoмaнтичнo втoргся в нaш мир. Я oткрывaю глaзa и убирaю руки с пиaнинo.

— Ну чтo... Мoлoдeц, прeкрaснo сыгрaлa, тoлькo вoт в кoнцe слишкoм высoкo взялa. — oнa зaсoбирaлaсь. — Зaвтрa eщe рaз пoпрoбуeм.

Дeвушкa нaпрaвилaсь к двeри. Я смoтрeлa eй в слeд и слoвнo сoбирaлaсь с силaми, чтoбы крикнуть:

— Стoй!]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=176 Fri, 20 Nov 2015 12:15:00 GMT
<![CDATA[Порно кубы (porno coub)]]>































]]>
Девушки, Видео http://plusda.ru?id=175 Sat, 24 Oct 2015 12:30:00 GMT
<![CDATA[Любительница острых ощущений]]> Промозглый сентябрь действовал на нервы. Дождь лил уже вторые сутки и, казалось, этому потоку воды не было конца и края. Леся поежилась и взглянула на лицо своего спящего любовника. Максим... как же он красив. Сердце облилось нежностью и заколотилось со страшной силой. Они уже год были вместе, и все эти двенадцать месяцев он доводил девушку до тахикардии, когда появлялся в ее квартире. Но было одно обстоятельство, которое омрачало сознание Леси — Максим был давно и надежно женат.
Промозглый сентябрь действовал на нервы. Дождь лил уже вторые сутки и, казалось, этому потоку воды не было конца и края. Леся поежилась и взглянула на лицо своего спящего любовника. Максим... как же он красив. Сердце облилось нежностью и заколотилось со страшной силой. Они уже год были вместе, и все эти двенадцать месяцев он доводил девушку до тахикардии, когда появлялся в ее квартире. Но было одно обстоятельство, которое омрачало сознание Леси — Максим был давно и надежно женат.

Он, должно быть, почувствовал ее взгляд полный любви, и пошевелился, а затем и вовсе открыл глаза.

— Привет, — улыбнулся Макс и ущипнул Олесю за сосок.

Он всегда вел себя так с ней: немного грубо и отчужденно, давая ей четко понять, что она всего лишь любовница. Интересно, а с женой он нежен и ласков, и утро у них начинается с жарких поцелуев? Лесе мгновенно стало плохо. Она села на постели, повернувшись к нему спиной. Длинные белые волосы небрежно рассыпались по спине, придавая ее облику загадочное очарование. Максим убрал их на одну сторону и приник губами к ее шее. Мурашки тотчас осыпали все тело, Лесе стало жарко и холодно одновременно.

Она обернулась и нашла своими губами его пухлые губы, потерлась щекой о его утреннюю щетину, которую она так обожала. В эти утренние часы он казался ей таким домашним, уютным и... родным.

Жаркий рот Макса приник к одному соску, а потом ко второму. Леся вспыхнула, как свечка, готовая тут же принять его любимую собачью позу и почувствовать его горячую плоть в себе. Макс поднялся, соблазняя девушку своим обнаженным видом. Восхитительный член уже стоял во всю мощь, обещая миллион наслаждений. Леся встала на четвереньки в нетерпении покрутила попкой.

Сначала в попку вошел один палец Макса, а затем второй. Можно было и не проверять насколько расширенно колечко ануса, за год она уже привыкла к соитию только в эту дырочку и стала получать колоссальное удовольствие. Смазав свой член и отверстие гелем, он вошел в ее попку и принялся двигаться — входил на всю глубину, заставляя Лесю замереть от боли и удовольствия, потом вытаскивал наполовину, а затем снова оказывался глубоко-глубоко, вызывая у Леси шумный вздох. Макс доставал член полностью, а потом резко вгонял его обратно, вынуждая свою любовницу кричать от наслаждения и комкать простынь.

Он любил ее попку, даже больше чем ее, Лесю. Когда они остались впервые наедине, Максим признался, что женат и разводиться не собирается. Она тогда уже была влюблена в него, как кошка и согласилась бы на любую роль, лишь бы быть рядом с ним. А потом он жестоко и омерзительно взял ее в попу. А когда Леся ревела от боли и отчаяния, он гладил ее по голове и говорил, что признает только этот вид секса. И с этим положением вещей она смирилась. Девушка носила анальные пробки, штудировала литературу и статьи «Как правильно заниматься анальным сексом», лишь бы он, Максим, был доволен ею и кидал хоть изредка ей крохи своего внимания. Она не представляла жизни без него, а он без анального секса.

Как-то раз Леся подготовила свое влагалище, сделала эпиляцию, смазала половые губы косметическим кремом и сексуально раздвинула ноги. Пальцы ласкали клитор, размазывая смазку... Но он остался равнодушен и по привычке взял ее в попку...

Член Макса стал твердым, как породистый камень и извергнул из себя горячую сперму. На этот раз он вытащил член, забрызгав ягодицы девушки белыми каплями. Он любил кончать внутрь или ей на лицо, но сегодня решил по-другому. Опаздывает, видимо, подумала Леся. Ведь если бы он захотел кончить на лицо, то, скорее всего, дело закончилось бы минетом. Макс любил практиковать минет после анального секса и не видел в этом ничего предосудительного. Леся за гигиеной следила и всегда была готова подставить свои булочки под стержень своего любовника.

В любое время дня и ночи он мог набрать ее номер, назвать место встречи и трахнуть ее в зад, везде: в квартире, в примерочной магазина, просто в машине или даже возле машины на оживленной трассе. Макс любил острые ощущения и приучил к ним безотказную Лесю.

— Детка, мне пора, — сказал он. — Я позвоню.

И он позвонит. Конечно, наберет ее номер, может быть, уже сегодня вечером. Леся поплелась в ванную, смывать следы анальных утех. В который раз, он мылась и чувствовала себя грязной и развратной, чужой подстилкой и недочеловеком. Клялась не брать трубку, если он позвонит, но после первого же гудка хватала телефон и гончей собакой мчалась к нему на встречу. Иногда он водил ее в кафе, где они вполне мило болтали и пили кофе с пироженками, но всегда эти походы заканчивались одним — анальным сексом в туалете. В людных местах он делал это быстро, зажимая рот своей любовнице, чтобы она случайно не закричала, выставив его идиотом.

Леся вернулась в еще теплую постель и с наслаждением вдохнула запах подушки, хранившей аромат ее любимого мужчины. Только любимому человеку можно отдать всю себя целиком без оглядки на мораль, быть безропотной дурой ради него же. А взамен ничего, только душащие по ночам слезы и дикое желание увидеть хоть краем глаза соперницу.

Леся оделась потеплее и отправилась к дому Макса. Его адрес она посмотрела в паспорте, воровато шарясь ночью в его карманах. «Просто посмотрю на нее и уйду», — твердо решила она, устраиваясь на холодной мокрой лавочке возле Максового дома.

Подвыпившая компания, состоящая из четырех молодых людей, громко обсуждая вчерашний матч, приближалась к месту дислокации Леси. Она вся съежилась, стараясь выглядеть как можно незаметней. Но куда там... Ярко-желтая курточка, длинные волосы, выбеленные до корней, без всякого сомнения, вызвали пристальное внимание парней.

— Оп-па! Что еще за курочка? — удивленно присвистнул один из любителей футбола.

Леся встала с лавки, намереваясь убраться восвояси, но было поздно. Кто-то схватил ее за рукав и ехидно поинтересовался:

— Познакомимся?

Он же или кто-то другой провел рукой по ее попке, туго обтянутой джинсами и ласково представился:

— Меня Юра зовут.

Леся внимательно посмотрела на парня, машинально отметив, что он довольно симпатичный, только портили его лицо красные глаза, свидетельствующие о бессонной ночи и запах несвежего пива.

— Меня Олеся, — ответила девушка и тряхнула рукой, чтобы сбросить чужую.

— А ты красавица. Откуда в наши дебри заявилась?

— А тебе ли не все равно? — с вызовом ответила она.

Их было трое. Юра самый старший, выглядел примерно лет на 25, остальные на 20—23, с угрюмыми лицами и твердой решимостью в глазах.

— Пойдешь ко мне? — спросил Юра, остальные молчали, ожидая чего-то смешного от главного, чтобы громко заржать. Но главарь вел себя на редкость прилично.

— Зачем?

— Не боись, не обижу.

Леся пожала плечами:

— Я здесь по делу.

— Ну ладно, заходи если че. Живу вон в том доме, квартира 123.

С этими словами Юра, отвесив подзатыльник самому маленькому, направился к своему подъезду.

— Почему ее отпустил? Давай телку возьмем с собой? Развлечемся! — послышался недовольный галдеж шпаны.

— Ша! — грубо велел Юра и все моментально притихли.

Леся вместо того, чтобы смыться, продолжила наблюдение. Минут через десять из того же подъезда, куда скрылся Юра с компанией, вышла молодая девушка с коляской. Сердце Леси бешено забилось, грозясь выпрыгнуть наружу. Это она! Она! Похожая на фото из портмоне Максима, которое Леся видела мельком. Жена Макса, напоминающая мелкую серую мышку, гордо прошествовала мимо. Небольшого росточка, с пегими волосами, зачесанными назад, худая, в старом спортивном костюме... И это жена его красивого и самого желанного мужчины на свете?!

— Это ты жена Максима Суханова?

Девушка вздрогнула, тотчас остановилась и обернулась, мелко моргая бесцветными глазами. Ее лицо выражало детскую обиду, казалось, она сейчас расплачется. Но вместо нее заплакал ребенок. Девушка поспешно достала его из коляски и, покачивая его на руках, выпалила:

— Ничего мне не рассказывайте, слышите? Я ничего не хочу знать! Вы его любовница? Конечно, это точно Вы. Но он со мной никогда не разведется. Никогда! Вы зря пришли!

Серая мышка почти билась в истерике, тогда как на лице Леси не дрогнул ни один мускул. Она просто стояла и смотрела на соперницу, ненавидя ее всеми фибрами души.

— Я его еще со школы люблю. Я ждала его, когда ему было плохо! И вы не имеете права забирать его у меня, — заливалась слезами жена Макса, вызывая у Леси легкую брезгливость своим жалким видом.

Как он может жить с... этой? Он, такой красивый и успешный спит в одной кровати с убогой курицей! Леся развернулась на 180 градусов и потопала к остановке.

Спустя несколько дней Макс назначил ей встречу в парке неподалеку от своего дома. «Нервишки пощекотать захотелось, жена там с коляской гуляет, а он в кустах будет меня трахать», — усмехнулась Леся, разглядывая в зеркале кроваво-красные губы. «Эта помада мне определенно идет», — отметила она. На ней было короткое платье с отсутствующим нижним бельем, чтобы обеспечить любимому максимально удобный доступ к телу, а вернее к ее попке. Леся шла по аллее, ища глазами Максима, и вдруг вскрикнула от неожиданности, когда кто-то схватил ее за руку и затащил в кусты.

Незнакомый парень прижал ее к себе и, держа за затылок, впился в губы. Это не Макс, тот пахнет дорогим одеколоном, а этот дешевым, но приятным. Лесе моментально поплохело. Не хватало еще на маньяка нарваться. Она оттолкнула парня и узнала в нем Юру из 123 квартиры, соседа Максима, который не позволил своей шпане растерзать ее пару дней назад.

— Что нужно? Я опаздываю на встречу, — грубо сказала девушка, сверля взглядом парня.

Он провел рукой по ее ноге в капроновом чулке, поднимаясь выше, достиг резинки, а потом и оголенной кожи внутренней стороны бедер. Леся вздрогнула и почувствовала пальцы Юры на своем лобке. Если он и удивился отсутствию белья, то вида не подал, продолжая ласкать горячую киску в холодный сентябрьский день. Леся взмокла. Она не испытывала страха, как будто знала наверняка, что сможет в любой момент прекратить домогательства. Она не сделала ни единой попытки отшить Юру, стояла истуканом, тяжело дыша, пока звонок телефона не вывел ее из этого транса. Звонил Максим.

— Ты где?

— Сейчас, — ответила Леся и отключилась, небрежно всунув телефон в карман куртки.

— Пока, — сказала она новому знакомому и неожиданно для себя поцеловала его в небритую щеку.

Леся шла по тротуару, привлекая к себе взгляды прохожих, и с удивлением чувствовала липкий сок, сочившийся из влагалища. Она испытала странные ощущения там, в кустах, когда новый знакомый ласкал нелюбимую Максом дырочку. Ей хотелось немедленно ощутить в своей вагине крепкий член, чтобы он буравил ее лоно, не щадя чувств.

Макс ждал ее в машине уже на разложенном сиденье. Как только она устроилась рядом, он положил ее руку на свой твердый член, давая понять, как сильно он ее желает. Они поцеловались, и Леся легла на спину, широко раздвинув ноги. Максим помог ей устроить ступни на своих плечах и пристроил головку члена к попке. Леся взялась за ствол рукой и направила его на вход в киску. Макс не успел сообразить что к чему, как оказался в горячей и сочной промежности. Леся чуть не задохнулась от счастья. Твердая плоть заполнила ее нутро, обещая немыслимое блаженство. Но все это закончилось гневным Максовым окриком: «Я же просил не направлять его ТУДА!» Блестящий от ее сока член, Макс вставил в анальное отверстие и нещадно принялся долбить его, выражая тем самым свое неудовольствие от Лесиной выходки. Она вставила пальцы в зудящее от желания влагалище и принялась трахать себя ими, чувствуя за тонким слоем кожи двигающийся член Макса. Оргазм пришел к Лесе спустя какое-то время, она вздрогнула всем телом и обмякла, не чувствуя толчков в попе.

Максим отвалился от нее и с наслаждением закурил.

— Ты кончила, — заметил он.

Леся пожала плечами, рассматривая свои мокрые пальцы, как бы удивляясь, отчего они такие влажные.

— Твоя жена всегда кончает от анального секса?

Невинный вопрос поверг его в неописуемую ярость. Он орал, чтобы Леся не смела спрашивать его о жене, и вообще ее дело подставлять задницу по первому требованию, а не совать свой нос в его дела. Леся с отвращением хлопнула дверцей автомобиля и побрела по парку, смахивая скудные слезы. Ноги сами собой принесли ее к 123 квартире, где обретался ее новый знакомый Юра. Он тотчас открыл дверь, как будто стоял под ней и ждал ее прихода, а увидев, заплаканное личико, втянул Лесю в квартиру.

— Обидел кто? — сурово спросил он.

Леся помотала головой и сняла курточку, потом подняла платье и хотела было снять и его, но Юра остановил девушку.

— Эй, ты чего? Прекрати.

Он зачем-то суетливо принялся одергивать короткое платье, смущенно отводя глаза от бритого лобка с розовыми губками.

— Трахни меня, пожалуйста, естественным способом, — сказала Леся пересохшими от волнения губами, а потом добавила: «А не в задницу, как какое-то животное».

Юра подхватил ее на руки и опустил на разобранную кровать. Девушка вцепилась руками в его шею и приникла губами к его губам, всунула язык поглубже, тут же ощущая щекотку от прикосновения его языка. Они целовались неистово, как будто боялись оторваться друг от друга и потеряться навсегда. Леся отчаянно боролась с его ремнем на джинсах, но так и не преуспела в этом. Юра улыбнулся и снял свои брюки вместе с трусами. Его увесистый член покачнулся, и Лесе тут же захотелось присосаться к нему губами, вобрать в рот полностью и почувствовать вкус нежной головки. Она содрала с себя платье, оставшись в одних чулках, и опустилась перед ним на корточки. Леся сжала ладонью его красивый орган и лизнула головку, а потом осмелилась и втянула его в рот наполовину. Нежная кожа члена соприкасалась с языком и губами, доставляя обоим невероятное удовольствие. Она делала это не в целях удовлетворения мужской похоти, а по собственному желанию и это было куда более приятней.

Ее собственная ладонь опустилась на лобок, затем пальцы нырнули во влагалище. Олесе хотелось как можно скорее ощутить в киске твердый член, но в то же время она продлевала удовольствие предвкушением этого. Юра лег на нее, стараясь не давить своим весом, ласкал грудь языком, целовал живот, а потом приподнялся на локтях и провел членом по ее мокрым половым губам. Девушка пришла от этого в легкий трепет и подалась навстречу. Юра сжалился над ней и без помощи рук вошел в ее податливую вагину.

О, это было настоящее блаженство! Царапав спину Юры, Леся билась в его объятиях. Она на время забыла кто она и что, оргазм следовал один за другим, заставляя Лесю проваливаться в забытье. Она забеспокоилась только тогда, когда Юра поставил ее на четвереньки, но худшие опасения не подтвердились, он снова и снова терзал ее киску, и не было ему никакого дела до анальной дырочки. Конечно, он обратил внимание на припухшее колечко ануса и, кажется, даже все понял.

— Слушай, ты чего такая ненасытная? — поинтересовался Юра, лежа на ней. Он спустил очередную порцию спермы и отдыхал, не выходя из ее влагалища.

— А я любительница острых ощущений, которая связалась с любителем анального секса.

— Шутишь? — недоверчиво посмотрел Юра на нее.

— Какие шутки, — махнула рукой Леся. — Целый год и только в попу.

— Не понимаю такого. Твоя киска такая сочная и приветливая, как можно пренебрегать ею?

— Не знаю, — вздохнула Леся. — Кажется, я просто сошла с ума от любви и только сегодня прозрела.

— Слушай, а этот твой любовник, он случайно не сидел? — поинтересовался Юра, спустя какое-то время, которое они успешно провели в нежных поцелуях и объятиях.

— Вряд ли, — ответила Леся и устроилась верхом на Юрке.

— Как? Еще?! — с деланным испугом прокричал он и тут же почувствовал, как на твердеющий член опустилась мягенькая развратная киска Леси. С такой девушкой он был готов на настоящие постельные подвиги.

Обессиленную парочку, спящую в обнимку, поздно ночью застал противный дверной звонок. Юра даже не вышел из Лесиной суперкиски, так и уснул, находясь в ней, и сейчас с сожалением покинул ее. Внутри у нее было липко, конечно же, столько спермы закачал! Хозяин квартиры накинул халат и поспешил открыть дверь. На пороге стояла его сестра Галя.

— Что случилось? — спросил брат.

— Муж от меня уходить собрался! К блондинке своей, — всхлипнув, поведала Галька.

— Да пусть катится, зачем он тебе вообще сдался, бывший зек?

— Я люблю его... Ой! — глаза Гали округлились, когда она увидела гостью брата.

Леся уже одетая, но со спутанными волосами и опухшими от долгих поцелуев губами, вышла из комнаты Юры и тоже уставилась на свою знакомую.

— Он к этой собрался уходить! — всхлипнула Галя.

— Мне твой муж и даром не нужен, — обрадовала ее Леся и обняла Юру.

— Так значит... вы... ты.

— Да, — кивнул Юра, привлекая к себе девушку. До него постепенно начинала доходить некая важная мысль, которую он никак не мог поймать за хвост. Откуда Галька знает Олесю?

Обрадованная сестрица понеслась домой, на ходу набирая номер и причитая в трубку: «Максимушка, дорогой», видно ей было невтерпеж рассказать мужу ошеломляющую новость о его предательнице-любовнице.

— Максим Суханов сидел в тюрьме? — спросила Леся, когда Галина скрылась за дверью своей квартиры.

— Да, за групповое изнасилование. Они с приятелями трахнули Гальку, которая была в него влюблена, в этого мерзавца. Если бы не наша мать, которая нашла изнасилованную Гальку на стройке и засадила всех троих за решетку, им бы это дело сошло с рук. Эта дура моталась к Суханову на свиданки, взяла с меня клятву, что не трону его, а потом, достигнув восемнадцатилетия, вышла за него замуж, прям на зоне свадьбу сыграли. Сестрица шантажирует урода, что если он уйдет от нее, она всем расскажет о преступлении и настанет конец его благополучию и успеху. Вот он и живет с ней, хоть и погуливает. Не удивлен, что придурок фанатеет от анального секса, тюремное прошлое как никак. Не повезло тебе, милая, с любовником.

Потрясенная рассказом Леся, медленно побрела в сторону ванной. Сейчас ей меньше всего хотелось встречаться глазами с Юркой. Ее жутко тошнило от осознания того, что она любила такого отъявленного мерзавца, жертвовала своим телом ради человека, который этого вовсе не заслуживает. Она достала мобильный и отослала смс Суханову: «Никогда мне больше не звони, насильник!» и удалила номер из памяти.

— Ты меня презираешь? — с вызовом спросила Леся, как только вошла в комнату, где находился Юрий, готовая в любую секунду покинуть квартиру и забыть о нем раз и навсегда.

— Не презираю. Все будет хорошо, девочка, — пообещал Юра и притянул ее к себе. — А теперь марш в кровать, — скомандовал он и прижался к ее бедру эрегированным членом.

— Маньяк, — закатила глаза Леся и счастливо зажмурилась...]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=174 Tue, 10 Nov 2015 12:15:00 GMT
<![CDATA[Богиня плодородия]]> Мамочка повиновалась, закрыв глаза. Розовая попа отклячилась, Роману подставилось влажное веретено. Крякая и причмокивая, тот щупал его (оттуда прямо-таки брызгало клейким соком, как из сосков), потом добыл агрегат — и сразу засадил по самые яйца. Мамочка задергалась и запищала.

— Ты вся отовсюду течешь. Девочка-фонтан, — рычал он, наседая на розовую попу. Яйца с чавканьем и хлюпаньем колотились о мокрое. — Хорошо тебе? А?

— Даааа... — донесся грудной стон. — Ааа... Ааааа... Двойня орала, как целый вольер голодных обезьян.

Растерянная мамочка, озираясь по сторонам, пыталась их укачать. Это было жалкое зрелище.

Роман наблюдал за ней, потом сказал:

— Мертвому припарки. Жрать хотят.

— Я знаю, — виновато отозвалась мамочка. — Но где мне их кормить?

— Да прямо здесь!

— Но... Я их грудью кормлю, а... Домой не могу попасть, мамы дома нет, и ключи уволокла... и без нее я никогда не... Их же двое, — развела она руками, оправдываясь за то, что их так много.

— Если стесняешься, пойдем вон туда! Там уж точно никто не увидит. Пойдем, я помогу, — Роман решительно встал.

Они и так были в глубине парка, но он вел ее к самой дальней и темной аллее. Мамочка неуверенно шла за ним, на ходу укачивая орущую коляску.

Она являла собой неописуемое сочетание детскости и матерости, от которой у Романа скребло в яйцах. Лицо у нее было совсем девчачье, с ямочками и взглядом растерянного ребенка, которого вдруг вселили в чужую жизнь и чужое тело. Новые обязанности превратили его в закрома для орущей двойни: футболку распирали увесистые, как у матерой бабы, дыньки, набухшие молоком, бедра раздались вширь, руки-ноги запухлели, как у красавиц Кустодиева...

— Вот тут давай, — распорядился Роман, подводя ее к скамейке в конце аллеи. Рядом, на столбе, висело объявление: «Внимание! Разыскивается... « — Хотя нет. Давай воооон там...

— А... а... я стесняяяяюсь! — совсем по-детски заскулила мамочка, закрыв лицо руками.

— Так! Малые у нее голодные, а она стесняется! Когда тебе в роддоме в пизду глядели, как они оттуда вылазят, ты тоже стеснялась? — гремел Роман, как пророк, подталкивая ее к скамейке. Греметь приходилось изо всех сил, чтобы перекричать двойню. — Давай, а то у меня ща мозги лопнут...

Она изумленно глядела на Романа. Потом села на скамейку, робко взялась за край футболки и задрала его выше пупка.

Роман шагнул к ней и решительно рванул футболку кверху. Мамочка ахнула, и на свет Божий выплюхнулись две наливные сиси, каждая размером с ее голову.

— Руки подними, — приказал Роман.

Через секунду она была голой по пояс. Роман сглотнул, глядя на припухшие соски. Мамочка взяла один орущий сверток и стала неуклюже прикладывать его к груди. Второй продолжал орать.

— Ты что? Обоих! Давай сразу обоих! — закричал Роман.

— А как?

— Как, как! Сисек-то у тебя сколько? Ща помогу...

Он уложил оба свертка мамочке на руки, приладил их к соскам — и через пару минут свертки дружно чмокали, впиваясь в пухлые сметанные шары. Вой прекратился.

Мамочка, застыв, чтобы ничего не испортить, удивленно смотрела то на них, то на Романа.

— Уфф, — сказал тот. — Аж уши заложило.

— А я привыкла, — сказала мамочка.

В ее голосе тоже слышалась густая, грудная женственность, проступавшая откуда-то из глубины. Сейчас, когда двойня занялась делом, это было очень заметно. — Они почти все время кричат. Одного накормлю — другой кушать просит. Я не знала, что можно вот так, двоих сразу... Спасибо вам...

Двойня чавкала, и на личике у мамы проступала гордая улыбка, как у девочки, которой поручили взрослое ответственное дело. По животу у нее текло молоко, затекая в пупок.

— А муж где? — спросил Роман.

— Где-то, — отвернувшись, ответила мама. Улыбка слегка потухла.

— Ясно. Эх ты, богиня плодородия!... Сколько им уже?

— Пять месяцев.

— А тебе?

— Позавчера восемнадцать было...

— Ого! Ну, с днюхой тогда!

— Спасибо...

Мимо проходили редкие прохожие, и гологрудая мама отчаянно розовела, выворачивая от них шею, как гусыня. Роман смотрел на нее, стоя рядом, потом подсел на лавку.

— Уснули, — шепотом сказал он.

— Почти, — так же отозвалась она. — Если не выкормить — скоро проснутся.

Но свертки чавкали медитативно, в блаженном трансе сытости, и вскоре розовые рты, блестящие от молока, отвалились от сосков.

— Давай их в резиденцию, — прошептал Роман. — Давай помогу!

Двигаясь, как в замедленной съемке, они переправили свертки в «резиденцию», и полуголая мама стала вытирать платком молоко с живота и грудей:

— Течет и течет, как из коровы, — пожаловалась она. — Нацедила уже полный морозильник...

— Тебя давно уже не ебли, да? — вдруг спросил Роман.

Мамочка изумленно смотрела на него.

— Чего смотришь? Давно уже, говорю, не ебалась. Да? А хочешь ведь. Ой как хочешь!..

— Нет... — лепетала та, отползая от Романа на край скамейки. Но он, вместо того, чтобы облапить ее, вдруг наклонился и взял в рот сосок.

— Так они делали? Да? — спросил он, всосав теплый комочек. Мамочка пыталась вывернуться, но быстро прекратила и закрыла глаза. Роман сосал ее, причмокивая, как двойня, и месил рукой вторую грудь. написано для sexytales.org Оттуда, как из пульверизатора, брызгало молоко.

— Прекратите... Что вы де... — бормотали пухлые губы.

— А бедрышки танцуют. Ебаться хотят, — сказал Роман, когда мамочка стала откровенно стонать. — А ну-ка...

Без разговоров расстегнув ей джинсы, он рывком приподнял мамочку с лавки и стянул с ее бедер все, что на них было.

— Ноги подними!..

— Что вы де... Тут же люди... Парк... — хныкала голая мамочка, не сопротивляясь. Она была пухлая, свежая и розовая, как безе. Между ног чернела колючая шерсть, когда-то бритая и отросшая заново.

— Заткнись! А ну-ка...

Затащив ее за скамейку, Роман приказал:

— Раком!

Мамочка повиновалась, закрыв глаза. Розовая попа отклячилась, Роману подставилось влажное веретено. Крякая и причмокивая, тот щупал его (оттуда прямо-таки брызгало клейким соком, как из сосков), потом добыл агрегат — и сразу засадил по самые яйца. Мамочка задергалась и запищала.

— Ты вся отовсюду течешь. Девочка-фонтан, — рычал он, наседая на розовую попу. Яйца с чавканьем и хлюпаньем колотились о мокрое. — Хорошо тебе? А?

— Даааа... — донесся грудной стон. — Ааа... Ааааа...

Он еб ее деловито, без лишних эмоций, как опытный кот, а она хныкала, извивалась в его крепких руках, рыла макушкой траву, билась и маялась, будто хотела убежать от ебущего хера. Потом вдруг кончила с ревом и хрипом, обмочив Роману штаны.

Тот уже заправил агрегат обратно в футляр, а она все дергалась по инерции, смакуя каждый отголосок своего густого, стыдного телесного счастья. Потом повалилась в траву.

Роман так же деловито гладил ее по бокам и бедрам, примостившись рядом. Мамочка всхлипывала.

Вдруг нагнувшись, он поцеловал ее в нос. Потом небрежно сказал:

— Теперь третьего родишь.

На мамочкином лице горела неописуемая улыбка блаженства и горечи.

— Чего ж он бросил-то тебя, такую вкусную? — спросил он. — Я бы ставил и ставил тебя раком, ставил и ставил... с утра до ночи... и целовал бы...

Мамочка молчала. Потом сказала:

— Темнеет.

— Ага...

— Надо отсюда выбираться. Тут насильник, знаете?... Три случая уже.

— Ну да. Поэтому ближе к вечеру и надо поторчать тут, в закутке. Авось заинтересуется?... Шутка юмора.

Они помолчали. Потом мамочка со стоном поднялась:

— Надо идти. Кормить... режим и все такое, — бормотала она, не попадая ногами в трусы. — Спасибо вам! И... извините...

— Дык как ты их кормить будешь-то сама? Тут сноровка нужна, — засуетился Роман. — И вообще... темно уже. Сама сказала — насильник. Проводить надо. Тебя как зовут-то?

— Юлей.

— Вау! А меня Романом. Ну сама посуди: может Ромео бросить свою Джульетту? А? — допытывался Роман, помогая ей одеться. — Ну вот... А то вдруг насильник...

Они говорили полушепотом, чтобы не разбудить спящих близнецов. Кое-как нахлобучив на Юлю ее тряпки, Роман повел ее по аллее, обняв одной рукой за талию, а другой толкая коляску.

Неведомо откуда взявшийся ветер сорвал со столба объявление и понес прочь, будто в нем уже не было нужды.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=173 Fri, 30 Oct 2015 13:04:00 GMT
<![CDATA[Нeкoтoрыe вeщи oстaются нeизмeнны... дaжe в другoй жизни!]]> Мeтрoпoлитeн был oгрoмeн, свeтeл и шумeн. Всюду снoвaли... люди... дeмoны... сущeствa... нe знaю, ктo мы тут и кaк тeпeрь нaзывaeмся. Нa кaкoe-тo врeмя я рaстeрялся, и рaскрыв рoт и глaзeл пo стoрoнaм. Пoкa нe нaткнулся нa Нee. Чeрнoвoлoсaя дeвушкa в тeмнoм дeлoвoм кoстюмe. Кoрoтeнькaя юбкa oбтягивaлa упругиe бeдрa, стрoйнoсть нoжeк пoдчeркивaли чeрныe чулки и туфли нa высoкoм кaблукe. Из-пoд чeрнoгo жaкeтa выглядывaлa бeлoснeжнaя блузкa, пoдчeркивaющaя чувствeнную грудь, рaзмeрa, эдaк, трeтьeгo, нe мeньшe. Из-пoд густoй чeрнoй шeвeлюры выглядывaли сaмыe крaeшки тeмнeньких рoжeк. Минимум кoсмeтики, нeдлинныe нoгти пoкрыты чeрным лaкoм. Нo удивился я другoму. рассказы о сексе Из-пoд юбки выглядывaл хвoст с oстрoй пикoй нa кoнцe. Всe, прям, кaк нa кaртинкaх прo дeмoнoв... в тoй, прoшлoй жизни! — Тaк знaчит я умeр?

Милый сeдoвлaсый стaричoк, пo ту стoрoну стoлa смoрщил тaкую жe милую гримaску, a мнe всe нe дaвaли пoкoя eгo крoхoтныe чeрныe рoжки, прoбивaющиeся из-пoд рeдких сeдых вoлoс.

— Ну чтo Вы? Смeрти нeт. Вoт глядитe, судaрь, кoгдa Вы зaкoнчили шкoлу, и пeрeшли в институт, рaзвe Вы умeрли?

— Ну, нeт.

— A кaк бы Вы этo oхaрaктeризoвaли?

— Ну, скoрee кaк пeрeхoд нa слeдующий урoвeнь.

— Вoт имeннo, мoлoдoй чeлoвeк, вoт имeннo! Пeрeхoд нa слeдующий урoвeнь.

— Ну a кaк жe мoe тeлo? Тo, мoe тeлo?

— Aх, — oтмaхнулся oн, — oбoлoчкa. Вoт вы изнoсили свитeр и выкинули. Рaзвe стaнeтe oб этoм сoжaлeть?

— Дa нeт, сoбствeннo, куплю нoвый!

— Вoт имeннo! — пoвтoрил oн.

— И всё-тaки я никaк нe мoгу пoнять. A кaк жe тe, ктo oстaлись тaм?

— Ктo-тo дaвнo ужe здeсь, a oстaльныe прибудут пoзжe. Кaк тaм у Вaс мoлoдых принятo гoвoрить «пoдтянутся пoзжe»! У всeх свoй срoк, нo стaнция нaзнaчeния нeизмeннa! — стaричoк милo улыбнулся, oт чeгo eгo мoрщинки в угoлкaх глaз прoрeзaлись бoлee рeзкo.

Я eщe сидeл, нeдoумeвaя и пeрeвaривaя услышaннoe, кaк вдруг зa спинoй, дo бoли знaкoмый гoлoс oкликнул:

— Привeт, Мишкa!

Я удивлeннo oбeрнулся в приoткрытую двeрь и увидeл прoхoдящeгo мимo Сaшку Гoвoрюхинa.

— Сaшкa, ты? Тaк ты жe в дeвянoстa пятoм... умe... eр... , — нo oн ужe шeл дaльшe пo кoридoру, нaсвистывaя пoд нoс кaкую-тo мeлoдию.

Я oшaлeлo oбeрнулся нa стaричкa:

— Кaжeтся, я нaчинaю пoнимaть!

— Вoт и слaвнo! Дeржитe Нaпрaвлeниe. Мeтрo зa углoм. И... приятнoгo oтдыхa!

Я дрoжaщeй рукoй взял прoтянутый мнe типoгрaфский блaнк, oтпeчaтaнный нa жeлтoвaтoй бумaгe. Oн был зaпoлнeн кaллигрaфичeским пoчeркoм и прoпeчaтaн крaснoй пeчaтью. Зaбыв пoпрoщaться, я выскoчил в кoридoр и oкликнул стaрoгo приятeля.

— Сaнь? Пoгoди! — внaчaлe я, былo, ринулся к нeму, нo нa миг oпeшил, рaзглядeв нa кoрoткo oстрижeннoй гoлoвe крoхoтныe рoжки. Я дaжe мaшинaльнo прoвeл пo гoлoвe, прoвeряя, нe вырoсли ли oни у мeня, нo гoлoвa былa рoвнoй и круглoй.

— Привeт, кaк ты тут? — oтвeтил я нa eгo рукoпoжaтиe.

— Дa нoрмaльнo, чeтвёртый гoд кaк пeрeвeли, мнe тут нрaвится...

...

Мeтрoпoлитeн был oгрoмeн, свeтeл и шумeн. Всюду снoвaли... люди... дeмoны... сущeствa... нe знaю, ктo мы тут и кaк тeпeрь нaзывaeмся. Нa кaкoe-тo врeмя я рaстeрялся, и рaскрыв рoт и глaзeл пo стoрoнaм. Пoкa нe нaткнулся нa Нee. Чeрнoвoлoсaя дeвушкa в тeмнoм дeлoвoм кoстюмe. Кoрoтeнькaя юбкa oбтягивaлa упругиe бeдрa, стрoйнoсть нoжeк пoдчeркивaли чeрныe чулки и туфли нa высoкoм кaблукe. Из-пoд чeрнoгo жaкeтa выглядывaлa бeлoснeжнaя блузкa, пoдчeркивaющaя чувствeнную грудь, рaзмeрa, эдaк, трeтьeгo, нe мeньшe. Из-пoд густoй чeрнoй шeвeлюры выглядывaли сaмыe крaeшки тeмнeньких рoжeк. Минимум кoсмeтики, нeдлинныe нoгти пoкрыты чeрным лaкoм. Нo удивился я другoму. рассказы о сексе Из-пoд юбки выглядывaл хвoст с oстрoй пикoй нa кoнцe. Всe, прям, кaк нa кaртинкaх прo дeмoнoв... в тoй, прoшлoй жизни!

— Здрaвствуйтe, дeвушкa! Нe пoдскaжeтe, кудa мнe дaльшe? — в кaриe глaзa мoжнo былo глядeть бeскoнeчнo!

— Пoкaжитe Нaпрaвлeниe, чтo тaм у вaм? — приятный низкий гoлoс, чувствeнныe губы, рoвнeнькиe бeлeнькиe зубки, мaнящий мятный зaпaх. — Тaaaк, прeлюбoдeяниe, слaдoстрaстиe, блуд, рaзврaт. Этo Вaм нa втoрoй круг aдa. Вниз пo эскaлaтoру нa кoльцeвую, втoрaя oстaнoвкa Вaшa!

— Спaсибo!

— Приятнoгo oтдыхa!, — милoвиднo улыбнулaсь oнa и тут жe пoтeрялa кo мнe всякий интeрeс.

Я прoбирaлся сквoзь шумную тoлпу, пoтoм oстaнoвился и eщe рaз oглянулся нa нee. Oнa стoялa кo мнe спинoй, бeсeдуя с кeм-тo.

«A пoпкa у нee oтмeннaя!... Пусть дaжe и с хвoстoм!» — пoдумaл я прo сeбя, и пoчувствoвaл, кaк, слoвнo сoглaшaясь сo мнoй, шeвeльнулся в штaнaх члeн.

Нeкoтoрыe вeщи oстaются нeизмeнны... дaжe в другoй жизни!]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=172 Tue, 20 Oct 2015 12:15:00 GMT
<![CDATA[Бай Линг (Bаi Ling)]]>

49-летняя американская актриса китайского происхождения Бай Линг (Bаi Ling) пришла полуголая на премьеру фильма "Samurai Cop 2 Deadly Vengeance" в Лос-Анджелесе.


Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

Bài Ling

]]>
Картинки, Девушки http://plusda.ru?id=171 Tue, 13 Oct 2015 14:53:04 GMT
<![CDATA[шикарные сиськи на кухне]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=170 Sat, 08 Aug 2015 10:41:17 GMT
<![CDATA[Эротическая сказка]]> Мужские пальцы проскользнули мне под живот и принялись легко подрачивать секиль. Остатки рассудка развеялись дымкой. Все мои желания сошлись вокруг его окаменевшей плоти, ритмично бьющейся у меня между ног. Не помня себя, я расщипелившись терла похотник о скользкие пальцы, пытаясь одновременно ерзать на пронзившем меня члене. Я извивалась и стонала безудержно, точно безумная, наслаждаясь каждой секундой соития, пока в один момент мое нутро не раздалось под ним и тотчас сжалось, швырнув пылающее тело конвульсивно биться от любовных судорог. 1.

Насколько нужно девушке потерять веру в собственные силы, чтобы в одиночку отправиться в лес на поиски таинственного Друида, которого воочию никто никогда не видел? Что ж, можно считать, что я достаточно в себе разочарована...

« С давних пор, когда еще праотцы наши не ступили на эту благословенную землю, живет в самом сердце Заповедной Чащи Светлый Друид из племени Дивных... « — эту историю я слышала множество раз от своей бабушки, приютившей меня после смерти родителей. Тогда страшная болезнь пришла в наше поселение и многие умерли, сгорев в лихорадке. Я плохо спала, опасаясь, что недуг подкрадется ко мне, и бабушка рассказывала мне на ночь старое предание о Дивном Друиде, что знает обо всем на свете. Будучи маленьким напуганным ребенком, я засыпала, представляя, что однажды обязательно отыщу его и узнаю, как вернуть моих родителей из мира мертвых.

Время шло, я выросла, превратившись из маленькой неуклюжей наивной девчушки в высокую миловидную девушку, давно смирившуюся с потерей родных. Мертвые не возвращаются, тут ничего не поделать. Спрашивается: зачем же тогда я отправилась в лес? Зачем-зачем, а затем! Потому что только чудо способно помочь мне утереть нос дочке старосты и ее подружкам!..

Совет старейшин объявил, что в день летнего солнцестояния будут устроены Большие Смотрины: съедутся со всех дружественных земель женихи и невесты, дабы выбрать себе пару. Надо ли говорить, какой переполох произвело известие, что прибудет на сбор и старший сын вождя из северного клана — доблестный Торольд. Наши девицы едва кипятком не писали в предвкушении. Черт меня тогда за язык дернул заявить на сходе во всеуслышание, что его приезд еще не повод для истерии...

— Ну, тебе-то уж точно беспокоиться не о чем, — съязвила волоокая красавица Милана, обернувшись ко мне так, что ее большие груди тяжко колыхнулись под рубахой, будто поддакивая хозяйке, — на плоскодонку-травницу разве что Лешак и позарится! — Меня подняли на смех, а я поклялась себе, во что бы то ни стало, сделать Торольда своим. Чем только думала, ума не приложу...

По приходу домой, бабушка сурово отчитала меня за несдержанность и была права: мой длинный язык сыграл мне плохую службу, ведь шанс на то, что сын вождя обратит внимание на травницу-беспреданницу, ничтожно мал. Что с меня взять-то — в сундуке сквозняк гуляет. То ли дело Милана — и собой хороша, и короба с приданым ломятся.

— Бабушка, — смирно выслушав строгую отповедь, спросила я, — дай мне свой маятник, я в Чащу пойду.

— На кой?! — ахнула старушка, хватаясь за сердце. — Сгинешь ведь! Не зверье порвет, так Лешак поймает!..

— Не поймает, — улыбнулась я, — лес большой, я маленькая — куда ему уследить за всем? Проскочу серой мышкой, глядишь, и сумею Друида найти.

— Дался он тебе! — всплеснула руками знахарка. — Сказки все это — его отродясь никто не видел!

— Но ты же рассказывала, сама-то откуда о нем знаешь?! — не сдавалась я.

— Откуда-откуда, — передразнила бабушка, — откуда и ты — от бабки своей, а та от прабабки!... Выкинь, девка, дурь из головы! Раз опростоволосилась — и будет! Угомонись, не гневи судьбу!

Надо ли говорить, что уязвленная гордость таки взяла верх и еще до восхода солнца я сбежала из дома в лес, без спроса прихватив заговоренный маятник старой знахарки. Этот неприметный с виду потемневший от времени медальон помогал найти все, в чем бы ты ни нуждался, — будь то вода, пища или целебные травы. По правде сказать, я сильно сомневалась, сработает ли он с Друидом, но другого выбора у меня не было. Войдя под полог леса, я достала маятник и вытянула руку над тропой. Мне нужен Друид, очень нужен, только он в силах помочь мне выпутаться и сохранить лицо. Медальон будто потянуло вслед за исчезающей в зарослях звериной тропой — я последовала за ним.

Идти пришлось долго: лишь к полудню я миновала границы безопасного Окраинного Леса — тут мои соплеменники охотились, собирали мед, грибы, орехи и ягоды. Здесь мы с бабушкой искали травы для лечебных сборов. Тропа вывела меня к неглубокой, но быстрой речке, на противоположном берегу которой начинались границы Леса Древнего. Где-то там, в самой глуши, посреди Заповедной Чащи обитает Друид из племени Дивных...

Поговаривают, в Древнем Лесу водятся русалки и крохотные феи. Только вот простому человеку туда путь заказан. Мало кто отваживался войти под полог Древнего Леса, и еще меньше тех, кто вернулся живым из царства Лешака.

Перекусив нехитрой снедью и немного передохнув, я проследовала вдоль берега. Вскоре обнаружился брод, и я перешла речку. Маятник тянул меня вперед, все дальше уводя вглубь чащобы. Теперь, вместо упругой лесной подстилки из травы и давно опавших листьев, под ногами расстилался ковер из пушистого мха и папоротников. Меня окружали вековые могучие древа, чьи стволы были высоко укутаны изумрудным бархатом мхов, а переплетенные толстые ветви скрывали в листве небесную синь; из-под земли, точно гигантские жилы, выпирали корявые корни.

Лес большой, я маленькая, — успокаивала я себя, осторожно пробираясь через заросли, — буду вести себя тихо, глядишь, Лешак и не прознает...

2.

О страже Древнего Леса Лешаке я узнала, когда впервые заикнулась бабушке о своем намерении найти Друида. Тогда, уже подросшей ребятней мы сбегали к речке, но никогда не решались ее пересечь; даже средь бела дня нечто неведомое и страшное мерещилось в переплетениях могучих ветвей и шепоте листьев. Старая знахарка, узнав, что я собралась перейти на противоположный берег, устроила мне крепкую выволочку и в наказание даже заперла в подполе. Тогда-то я и узнала, какая участь ждет того, кто попадется в лапы Лешаку: будь то зрелый муж, либо юноша — сгинет мороком одурманенный; баба ли, девка забредет — чести лишит, да иссушит до смерти.

Солнце пошло на закат, когда маятник вывел меня к лесному озеру — воздух стал прохладней, запахло сыростью, слышался шум падающей воды. Я услышала плеск и игривый звонкий женский смех. Кто это?! Юркнув в заросли, я осторожно пробралась вдоль поросшего высокой травой берега и, укрывшись за широким корявым стволом ивы, стала смотреть.

Срываясь с крутого обрыва водопадом, в озеро впадал полноводный ручей. Под его струями среди камней стоял ко мне спиной молодой обнаженный мужчина. Никогда таких не встречала в наших краях. Прекрасное, статное, по-звериному гибкое и сильное, его тело отливало золотистым загаром; почти белые льняные волосы, мокрым шелком облепив гордо посаженную голову, струились по плечам и вдоль ложбинки позвоночника до самых ямочек крестца. Дивно хорош, аж в груди защемило!

Тем временем снова послышался звонкий смех и плеск — из воды показались миловидные женские головки с длинными зеленоватого оттенка волосами. Русалки! — я чуть не вскрикнула, вовремя зажав ладошкой рот. Неужто они его сейчас к себе в омут утащат?! Девицы выплыли на мелководье и принялись игриво зазывать его к себе, соблазнительно выгибаясь и протягивая бледные с голубоватыми прожилками руки. Прозрачные мокрые сорочки, облепляя тела омутниц, совершенно не скрывали наготы — даже мне из укрытия были видны их груди с торчащими темными сосками.

Не ходи! Погубят! — Вжавшись трепещущим от волнения телом в древесный ствол, я продолжала наблюдать.

Он обернулся, и я узрела высокий открытый лоб, точеные линии скул и подбородка, цепкий прищур по-кошачьи раскосых ясных глаз. При виде озерных чаровниц линия его чувственно-четко прочерченного рта надломилась ехидной ухмылкой. Неужели не боится? Выйдя из водопада, он прошел с десяток шагов по направлению к воде и спокойно сел на один из больших валунов. Русалки откровенно состроили обиженные рожицы. Его их реакция позабавила, улыбнувшись, он демонстративно-широко развел колени. Омутницы, тотчас встрепенувшись, устремились к нему.

Я сидела в своем укрытии, забывая дышать, и не верила своим глазам: русалки покорно ползли к нему из воды по камням на четвереньках, заискивая точно лебезящие суки Сквозь облепившую тела ткань сорочек светились покачивающиеся в движении округлые женские ягодицы и упругие ляжки. Добравшись, они принялись отираться у его ног, целуя и облизывая рельефные колени и бедра белокурого красавца. Чуть откинувшись, он благосклонно принимал их ласки. Наконец, одна из омутниц проскользнула между его ног, и ее голова склонилась к его паху; ее товарка тотчас запустила туда же свою руку и, через пару мгновений стало видно, как она направляет в похотливо распахнувшийся ротик подружки восставшее древко мужского копья.
Язык русалки облизал головку, прошелся по налитому стволу, пощекотал уздечку, после чего мужская плоть исчезла в глубине ее рта. Она сосала самозабвенно, заглатывая конец на всю длину. Ее голова ритмично качалась между его бедер, пока пальчики ее подружки ласкали мошонку и промежность. Потом он вытянул ногу, позволяя второй русалке добраться до вожделенной цели; первая к тому моменту так увлеклась, что ему пришлось отстранить ее голову силой, намотав на кулак длинные зеленые локоны. Теперь омутницы ублажали его в два язычка — они сосали, лизали, по очереди заглатывали крепко стоящий член, попутно подрачивая и лаская его пальчиками.

Зрелище меня заворожило. Нет, я и раньше видела, как девки парням елдак сосали, в селении все на виду, но сейчас все было по-другому. Тело налилось истомой; груди будто набухли, восставшие соски, касаясь ткани рубахи, наполнялись зудом, который тотчас отдавался саднящим эхом между ног, отчего туда неимоверно захотелось сунуть руку. Срамное место будто взбеленилось, сердце ухало в груди тяжелым молотом, разгоняя по телу вскипевшую кровь. Стоя на коленях и продолжая прижиматься грудью к шершавому стволу ивы, я, поддавшись похоти, сунула узкую ладошку за пояс штанов. Пальцы утонули в мокрой щелке — стыдоба, там аж хлюпает! Втянув живот, я двигала рукой, лаская скользкий от выблуди изнывающий похотник. Неотрывно следя за сосущими член русалками я чувствовала, как мое собственное лицо пылает от творимого бесстыдства. Всецело поглощенная непотребной сценой я даже не заметила, как начала тихонько тереться соском о кору дерева — между ног аж защемило, дыхание сбилось, я едва сдержалась, чтобы не сунуть пальцы глубже в еще не тронутый мужчиной передок. Скорее, больше не могу... Закусив кулак, я стала тереть секиль без остановки быстро-быстро, до тех пор, пока изможденное похотью нутро наконец не схлопнулось в мощном сладком спазме — я едва не вскрикнула, успев зажать ладонью рот. Содрогаясь всем телом и мгновенно обессилев, я осела под деревом на влажную землю; русалки тем временем, толкаясь и повизгивая, ловили блудливыми язычками изливающееся семя.

Нужно убираться отсюда!... Бежать, пока не поздно!... Осторожно, стараясь не шуметь, я выбралась из укрытия и, пригибаясь как можно ниже к земле, устремилась прочь от озера.

Темнело. Нужно было подумать о ночлеге. В сгущающихся сумерках маятник вел меня узкой оленьей тропой по краю глубокого оврага. Как я не гнала воспоминания, а образ ублажаемого русалками лесного красавца стоял перед глазами. Что за напасть! Никогда со мной такого еще не было, что б из-за мужика голову терять! Да я!..

— ААААА!!! — грунт под ногами вдруг обвалился, и я с воплем рухнула на дно оврага. Удар — боль по всему телу — темнота и забытье...

3.

Дура... про елдак облизанный грезила, нет бы под ноги смотреть... Темно вокруг, хоть глаз выколи, видно долго провалялась. Обоняние щекочет запах земли и более навязчивый — растительного сока. Помню, что сорвалась в овраг... Прислушиваюсь к телу: вроде все цело, хоть и немного онемело от неподвижности. Кожа странно зудит...

Маятник! Меня будто пронзило: неужели я его потеряла?! Как же я Друида найду?!!

Я попыталась пошевелиться и поняла, что намертво запуталась в каком-то растении. Дернулась и тотчас взвыла — в кожу будто разом тысячи крошечных коготков впились. Внутри все сжалось от страха — что это?!!

— Это чертова повилика, — будто прочтя мои мысли, низко прошелестел за спиной чей-то хриплый голос, — будешь так дергаться, шкуру с себя спустишь... — Я от ужаса забыла как дышать. Кто это?! — А ты в сорочке родилась, — с усмешкой проговорил голос, — в мандрагору сверзиться и от ее визга с ума не сойти, это какую удачу иметь надо. Видно от удара отключилась прежде, чем вой поднялся...

Меня затрясло, ком подкатил к горлу, в глазах защипало. Кем бы он ни был, нужно попытаться. Судорожно вдохнув, я собрала остатки храбрости и пролепетала:

— П... пожалуйста... помоги мне...

— Может и помогу, — ухмыльнулся голос, — если правду скажешь. Зачем в мой лес явилась?..

Сердце вмиг оборвалось — Лешак! Так глупо попалась, точно муха в паутину угодила!... От осознания собственного бессилия захотелось плакать.

— Я... я Друида ищу, — просипела я, внезапно севшим голосом, — того, что в Заповедной Чаще обитает...

— Вот как? — хрипло хохотнул Лешак. — И зачем ты его ищешь?

— Х... хочу спросить, — внезапно я поняла, что мне почему-то очень стыдно назвать причину, — к... как...

— Как?... — эхом откликнулись за спиной.

— ... как жениха заполучить, — сгорая со стыда, выдавила я.

— Хех, надо же, с первого раза правду сказала, — хмыкнул Лешак. — Так и быть, я с тобой тоже честен буду. Повилика из жертвы силу жизненную тянет, и пока не иссушит, из пут когтистых не выпустит. Думаешь, почему мандрагора тут благоденствует — все благодаря товарке своей: повилика для нее жертвы в силках своих душит, пока семя не прольется, — сама насыщается и подружку потчует, а та ее в своих листьях прячет. И силой из ее плена не вырвешься: стебли оборвешь — она из тебя не только жизнь, но и соки враз выжмет, чтобы плети отрастить заново...

— Хочешь сказать, я умру? — всхлипнула я. Попыталась повернуть голову, чтобы хоть краем глаза усмотреть Лешака, и тотчас плети повилики у меня на шее начали медленно затягиваться. — Мама!... — вскрикнула я. — Она меня душит!..

— Жаждешь выбраться — дай ей, что она хочет, — хрипло мурлыкнул Лешак, — насытится тварь и путы ослабит.

— К... как?!! — в панике заскулила я. — Сам же сказал, будет держать пока душа не отлетит!..

— А разве агония смерти, единственный способ вознестись на небеса? — вкрадчивый голос Лешака стал ближе, мне почудилось, что я слышу его дыхание. Ан, нет, не почудилось — Лешак и впрямь склонился надо мной, ехидно прошелестев в самое ухо: — Чувствую, что не трогал никто, да вот только выблудью от тебя больно сладко пахнет... Ну-ка, поведай мне, краса, что в моем лесу делала, пока в овраг не свалилась? Врать не смей, коли жить хочешь...

Мне бы сквозь землю сейчас провалиться, да повилика оплела накрепко!... Пришлось, сгорая со стыда, признаваться во всем, что натворила... Будто измываясь, он тянул из меня подробности, заставляя в деталях озвучивать, что я видела, чувствовала, о чем думала, что и как делала. Я будто заново переживала все, что со мной произошло — кошмар, да и только.

— По сердцу мне твоя искренность, — хрипло мурлыкнул Лешак, точно довольный котяра. — Нечего сказать, потешила ты меня, девка. Так и быть, помогу тебе из пут выбраться. Только, видишь ли в чем беда, больно сильно повилика разрослась, с такой рукоблудием не управиться. Пойдешь ли на то, чтобы Лешак твой цвет девичий сорвал?

«Будь то зрелый муж, либо юноша — сгинет мороком одурманенный; баба ли, девка забредет — чести лишит, да иссушит до смерти»...

— Я на все согласна, только в живых оставь! — всхлипнула я, чувствуя, как повилика все туже начала затягивать свои силки, будто почуяв, что добыча может улизнуть.

— Будь по-твоему, — прошелестел хриплый шепот у самого уха, пробирая до мурашек. — Теплые большие ладони легли на мои бока, прошлись вверх по телу, словно изучая свою добычу через ткань рубахи, потом также неспешно опустились на ягодицы и бедра. — Отдайся мне, — шею обожгло дыхание, мужские пальцы скользнули между ягодиц, — не противься, тогда узнаешь истинную сладость...

Мне ничего не оставалось, как принять его ласки: по-хозяйски гуляющий по обнаженной шее горячий язык; рот, по-звериному перемежающий обжигающие поцелуи с крепкими укусами; уверенные руки, проникшие сквозь путы повилики под одежду и сжимающие упругие холмики грудей. Продолжая нежить тело, Лешак прижался к моему заду, давая ощутить всю твердость своих намерений. Ох, крепкий какой... ко мне еще никто так не жался. И без того неспокойное сердце снова тяжело заухало в груди, разливая по жилам жар. Голова шла кругом от того, что не могу пошевелиться, и полностью подчинена грозному лесному стражу.

Пальцы Лешака без труда распустили мой пояс и потащили холщовые штаны, заголяя округлый девичий тыл, насколько позволяли опутавшие мне ноги силки повилики. Едва он вновь притиснулся ко мне, горячая мужская плоть скользнула промеж разведенных бедер, ластясь шагреневым древком к припухшим лепесткам срамных губ. порно рассказы Он неторопливо терся об меня, отчего между ног снова заныло в сладком предвкушении. Истома и нега разлились по телу, мне стало так хорошо, как никогда еще не было, а Лешак все больше дразнил, разжигая в девичьем теле блудливое пламя. Упругое навершие щекотало растревоженный секиль, а после соскальзывало по мокрой от сока щелке вверх, игривыми толчками дразнить еще нетронутую норку. Он растлевал меня, будто смакуя каждый миг, постепенно погружая трепещущее в его руках тело в горнило всепоглощающей жажды.

Когда в очередной раз он ткнулся в хлюпающее преддверие, я неосознанно подалась ему навстречу, отставляя попку. Он надавил чуть сильнее, проникая глубже. Тотчас сжавшись, я ощутила твердость его восставшей плоти, и вдруг поняла, что хочу заполучить его всего, без остатка — немедленно, сейчас же!... Ослабив хватку, я подалась назад, и его древко тотчас вломилось в меня, заполняя целиком. Резкая боль смешалась с похотливым зудом — наконец-то пытка кончилась, он весь внутри, так сладко быть прижатой его телом. Крепко облапив, Лешак стал долбить узкую щелочку. Под его тараном все нутро ходило ходуном, истекая по бедрам розоватым соком точно переспевшая груша. Будто охочая сука, я подставлялась под его удары, упиваясь эйфорией жаркой ебли. Как же хорошо, век бы ему давала!... Прости меня, бабушка, не уберегла я чести девичьей — да вот только не жалко ни капельки. Сладко ебет Лешак окаянный — так хорошо, что сердце заходится, до самого донышка елдаком достает, все нутро себе подчинил супостат лесной.

Мужские пальцы проскользнули мне под живот и принялись легко подрачивать секиль. Остатки рассудка развеялись дымкой. Все мои желания сошлись вокруг его окаменевшей плоти, ритмично бьющейся у меня между ног. Не помня себя, я расщипелившись терла похотник о скользкие пальцы, пытаясь одновременно ерзать на пронзившем меня члене. Я извивалась и стонала безудержно, точно безумная, наслаждаясь каждой секундой соития, пока в один момент мое нутро не раздалось под ним и тотчас сжалось, швырнув пылающее тело конвульсивно биться от любовных судорог.

Захлебнувшись в крике, я кончила и рухнула без сил; в тот же миг силки проклятой повилики, как по волшебству, опали, обернувшись безвольными плетьми. Лешак достал меня из пут, вытащил из оврага, напоследок указав едва приметную в темноте тропку.

— По ней иди, не сворачивай, да ртом не зевай о мужиках грезя, — ухмыльнулся лесной страж и будто растворился в темноте. Так я его и не разглядела.

4.

На дрожащих ногах я брела по тропинке сквозь объятый ночным мраком Древний Лес. Бабушкин маятник потеряла, Лешаку попалась. Хоть Друида найду, столько лет о нем грезила.

Вдоль тропки в траве стали то и дело попадаться огоньки светляков. Мне это показалось добрым знаком. Воспрянув духом, я ускорила шаг. Светлячков становилось все больше — они мерцали в траве, кружились в воздухе. Тропинка вывела меня на залитую лунным светом поляну, на окраине которой стояло гигантское древо, в чреве своем вместившее дом. Меж могучих выпирающих из-под земли корней высилось резное крыльцо, на верхней ступени которого сидел Светлый Друид. Одетый лишь в штаны свободного кроя и в белой меховой накидке на обнаженных плечах, он курил трубку с длинным изящно изогнутым мундштуком, привалившись спиной к витому столбику перил.

Осторожно приблизившись к дому и рассмотрев хозяина, я обмерла — на крыльце сидел тот самый длинноволосый красавец с озера. Сейчас часть белокурых волос была сколота на затылке гребнем, открывая заостренные кончики ушей — верный признак Дивного рода. Теперь ясно, почему маятник меня к озеру вывел.

Кроме курения, Друид развлекал себя тем, что кормил душистым медом трио лесных фей. Светящаяся мелюзга со стрекозьими крылышками всячески ластилась и льнула к его руке крошечными нагими тельцами, слизывая с точеных длинных пальцев сладкие капли.

« С давних пор, когда еще праотцы наши не ступили на эту благословенную землю, живет в самом сердце Заповедной Чащи Светлый Друид из племени Дивных»... Сколько ночей провела я в детских грезах о том, как отправлюсь лес, чтоб его отыскать... Нашла. Теперь стою и не могу поверить...

— В лесу заблудилась, или с делом явилась? — глубокий бархатный голос Друида выдернул меня из оцепенения, но язык как будто отнялся — и полслова не выдавить.

Едва заметным мановением руки, он отослал фей и они, ревниво зыркая в мою сторону, вспорхнули, растворившись в кроне древа. Друид поманил меня к себе. Нетвердо ступая, я поднялась по ступеням и опустилась у его ног. Зачерпнув новую порцию меда из небольшой плошки, он поднес руку к моему лицу и коснулся пальцами приоткрытых губ. Душистая сладость просочилась в рот, растекаясь по языку. Утомленный разум будто заволокло волшебной пеленой. Я принялась самозабвенно лизать и посасывать ласкающие мой рот пальцы.

— Язык-то у тебя на месте, как я погляжу, проглотить не успела, — ухмыльнулся он. — Чего тогда молчишь? Дар речи потеряла? — Отняв руку от моего рта, Друид поймал меня за подбородок, заглянув прямо в глаза. Не выдержав, я опустила взгляд и тут заметила на его шее медальон — тот самый, бабушкин маятник, что я в овраге с повиликой потеряла! Тело будто молния прошила:

— Так ты что — Лешак?! — пискнула я, обмирая от страха.

— Для кого-то Лешак окаянный, а кому-то Друид Светлый, — ухмыльнулся он, продолжая разглядывать мое лицо, — одно другому не мешает. Тебе-то, краса, сейчас кто из двоих больше нужен?

— Сейчас? — Я вдруг как никогда четко поняла, чего хочу. — Мне нужны оба...]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=169 Mon, 01 Jun 2015 12:58:39 GMT
<![CDATA[Всем горячих телочек!!!]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=168 Tue, 10 Mar 2015 17:52:55 GMT
<![CDATA[Имя Розы]]> Влада гнулась и текла в руках Андрея горячей ртутью. Она пыталась рассказывать ему сквозь стон, как мечтала о нем в Израиле, как мысленно целовалась и трахалась с ним, пока не кончила на полуслове, и ее не стало гнуть и ломать под ним на части, — и тогда уже и сам Андрей разбрызнулся в ней и повалился на выгнутое, как пружина, тело... — Не догонишь, не догонишь!

— Ииии!..

— У тебя... ноги длинные... пока повернутся... а у меня — раз-раз-раз...

— Рассуждаем, да? А вот тебе!..

— Не догонишь, не догонишь...

«А ведь и мы когда-то так... с Владой», — думал Андрей. — «Так странно смотреть со стороны...»

Он стоял в отдалении — так, что его вроде и не было видно — и наблюдал, как пацаненок лет восьми и молодая девушка гоняются друг за дружкой, визжа, как целый выводок поросят.

Все вокруг было голубым и лиловым, как бывает в апреле. Солнце с неба тоже вопило и визжало, и густое небо вместе с ним, и скучные дома, с которых будто стерли пыль.

Девушка была черноглазой и красивой. А если красивые девушки дурачатся, как дети, и щеки их розовеют, иглаза горят, как фонари — это вообще невозможно выдержать. Андрей смотрел и думал:

«Надо же, как сестра любит братишку... Как ей идет быть ребенком... И у меня были бы сын и дочка, и так же игрались бы вместе... Вот у этих наверняка есть счастливый папаша. Живет себе и не понимает своего счастья... Урод. Ненавижу его, хоть и глупо, конечно. Просто зависть. Зависть, зависть, зависть...»

—... А чего он там на нас смотрит?

— Ну, Дюшка, не столько на нас, сколько на меня. Потому что он думает, что его не видно.

— Тю! Кто ж так прячется?

— А давай мы его научим? Эй, дядя! Который стоит за кустами! Идите к нам! Мы вас научим прятаться... и побегаем. Эгегей!

Поразмыслив, что лучше — убежать или выйти из укрытия, — Андрей все-таки решил выйти.

— Не бойтесь! Мы не кусаемся!

— Ррррр... ргав! — гавкнул пацаненок.

Девушка была вся розовая, от носа до ушей, и это все улыбалось и смеялось, и даже уши смеялись сквозь волосы.

«Надо что-то им сказать, — думал Андрей. — Что-то педагогичное. Дети, как-никак. А то я получаюсь совсем идиотом».

— Ну, и кто быстрее бегает? — спросил он у мальчика. — Ты или сестренка?

Мальчик с сестрой переглянулись и прыснули от хохота. Андрея пробрал озноб.

— А... что я такого сказал?

— Да ничего, — смеялась девушка.

Она была на кого-то ужасно похожа, хоть Андрей и не мог понять, на кого. «Да на брата своего и похожа», вдруг понял он, но не успокоился. Все казалось каким-то дежавю, будто он попал в старый сон.

— Ох... А это хорошо, что вы отвлекли нас. Моему... брату, — она снова переглянулась с пацаненком, и они снова рассмеялись, — моему брату пора в школу.

— Нееее! Не гони, сеструха! — начал было братец, но девушка нахмурилась, и он притих.

— Школу никто не отменял. А вас, случайно, не Андреем зовут? — вдруг спросила она у Андрея.

Тот опешил.

— Не хотите — не говорите... Так, Дюшка, чеши-ка домой, переодевайся — вон мокрый весь!... Завтрак знаешь где, да? И давай, а то первый у тебя русский, и... можно не продолжать, да?

— А бонус будет?

— Будет. Слово сестры. Давай!

— Когда ты придешь?

— Скоро.

Она нагнулась к братишке, чмокнула его, и тот побежал к домам.

— Бонус? — спросил Андрей, совсем сбитый с толку.

— Ага. У нас с ним заведено: как только меня опять принимают за его сестру — это значит, что у него лучшая в мире мама, а лучшие в мире мамы всегда дарят детям трансформеры. Надо будет зайти в киоск...

— Мама?!

— Ну да. Это сын мой, Дюшка. Андрюшка... Так. А ну-ка посмотри на меня. Внимательно.

Девушка подошла вплотную к Андрею, взяла его за руки (их кольнуло током) и уперлась взглядом ему в глаза.

Взгляд горел таким же теплом, как и розовые щеки, и вся она. Остолбеневший Андрей чувствовал, как это тепло проникает в него, покалывая мурашками под кожей.

— Не узнаешь?

И, когда теплые руки уже отпустили его, а глаза потухли, он вдруг ахнул:

— Влада?

***

— Как ты меня узнала?

— Не знаю. Как-то узнала, и все.

Они с Андреем сидели на диване в ее квартире и хлебали наскоро сваренный чай.

— Я сильно изменился?

— Да нет. Такой же сморчок, гороховый стручок. Шутка! Ыыыы, уже и надулся, обижака! А я? Я сильно изменилась?

— Ты? Сильно. До сих пор не верю, что это ты.

— Ну конечно, это не я. Это Чоррррный Демон Мармадюк в моем обличье...

— Вот теперь верю. Теперь точно ты.

Они рассмеялись.

— Ну а все-таки? В чем я так изменилась, что ты меня не узнал?

— Ну... Во-первых, волосы. Когда я тебя последний раз видел, они у тебя были короткие и лиловые. А сейчас длинные и настоящие. Когда, кстати, ты уехала? Сколько мы не виделись?

— Одиннадц... нет, подожди... Двенадцать лет, во! Я уехала — мне было шестнадцать.

— А сейчас сколько?

— Считать умеешь? Двадцать восемь.

— Двадцать восемь?!

— А что?

— Вот потому я тебя и не узнал. Все твои ровесницы уже давно тетки, а ты выглядишь совсем девчонкой. Тебе на вид лет восемнадцать, не больше.

— Что же мне, старухой быть? Двадцать восемь — не шестьдесят вроде бы?

— Это точно... Ты чего не отвечала на мои письма?

— Я?... Это ты чего мне не писал?!

— Я? Писал. Знаешь сколько писал... Что, ничего не дошло?

— Наверно, нет. И мои тоже не дошли, да?

— Стало быть... Вот лажа, а?

— Охренеть просто. Писала, писала ему, всю душу вкладывала... блин, был бы у тебя Интернет, не жил бы в каменном веке... Небось до сих пор компа нет?

— Да ладно тебе. Лучше расскажи, как там, в Израиле? Ты сюда так приехала, или насовсем?

— Я здесь уже пять лет как. Ты же слышал: Дюшка тут в школу ходит.

— А муж?

— Что муж? Чей муж?

— Твой. Он тоже тут?

— Нет у меня никакого мужа. С чего ты взял?

— Ну... а...

— Что «а»? Дюшка — это Дюшка, а муж — это муж.

— А он был?

— Не было никогда. Дюшка был, а мужа не было, ясно тебе?

— Ясно... А сестра твоя мелкая где? Роза... кажется, так ее звали?

— Роза, Роза. В Израиле сидит, — махнула рукой Влада. — Чего ты ее вспомнил?

— Да так. Интересно же... Влада, а ты знаешь, что я в тебя тогда влюблен был?

— Знаю, конечно.

— Откуда?!

— Ты такой странный. Будто это не видно было.

— Значит, видно?

— Конечно. Я тоже в тебя была тааак влюблена...

— Что?!

— Не замечал, да? А я, блин, все терзалась, все мучилась: он тупой, или я не нравлюсь ему, или?..

— Даааа...

Они переглянулись и снова рассмеялись.

— Я, как ты уехала, все время представлял тебя, — говорил Андрей. — Мысленно общался с тобой, рассказывал всякие штуки... Блин, смешно вспомнить даже, будто и не со мной было. Ты сейчас совершенно другая. Полностью незнакомый мне человек. И я тоже совсем другой... Я уже плохо помню, каким я был тогда. Помню, жалел, что не поцеловались ни разу...

— И я жалела... Слушай, а кто нам мешает?

— Что?

— Не чтокай, а иди сюда.

Она вытянулась навстречу Андрею, зажмурив глаза — совсем по-детски, по-девчоночьи, — и Андрей, холодея, чмокнул ее в горячие губы.

Потом, решившись, прильнул крепче. Лизнул языком, окунул его глубже, в запретную кислинку рта — и отпрянул, будто обжегся.

Влада заулыбалась, а потом и рассмеялась. Рассмеялся и Андрей.

— Лучше поздно, чем никогда, а?

— Угу... Ты такой колючий. Так и думала, что будешь колючий. Тебе неприятно?

— Почему?!

— Так быстро отскочил, будто я точно старуха.

— Ты что! Ты...

Второй поцелуй был гораздо крепче. Решившись, Андрей и Влада изучали друг друга губами и языками так, как только что изучали глазами. Язык Андрея много раз сплетался и расплетался с ее языком, истаивающе-сладким, как барбарис...

— Прикольно. Ты на вкус пробуешь меня, будто я конфета, — сказала Влада, когда они наконец разлепились.

— Ты кисленькая. Барбариска, или дюшес. Помнишь, такие раньше продавали?

— Ага... Дааа, Андрюха....

.. Знаешь, как я делала, когда уехала?

— Как?

— Ээээ... Не скажу.

— Чего?

— Того. Все, забудь. Забудь!

— Ну скажи!

— Не. Давай лучше так. Ты в орлянку давно играл?

— Ээээ... С тобой последний раз и играл.

— Ну, вот давай обновим. Смотри, я бросаю — и... Если решка — я рассказываю, что я... В общем, рассказываю. А если орел — то ты.

— Что мне рассказывать?

— Ну... ну расскажи, что тебе больше всего хотелось от меня тогда, ладно? Только по-честному, ладно?

— Ладно.

Влада, зажмурившись, бросила монетку.

— Орел! Агааааа! Ну все, Андрюх. Правду, только правду и ничего, кроме правды!

— Правду?

Андрей вздохнул. Помолчал.

— Мне хотелось... хотелось увидеть твои... ну, сиськи. И вообще — голой. Увидеть тебя, в смысле.

— Таааак. А я-то думала — у нас такая чистая дружба... Подростковые гормоны играли?

— Типа того.

— А сейчас хочешь увидешь?

— Что?

— Ну Андрюх, ну разве можно так безбожно тупить? Ну нельзя же так.

— Ээээ... Хочу.

Влада выпрямилась, вдохнула, выдохнула, зажмурилась, рассмеялась... и стянула с себя гольф.

Под ним ничего не было.

— Вау, — сказал Андрей, не зная, что сказать.

— Дальше показывать?

Андрей молчал. Но его взгляд был так красноречив, что Влада, розовая, как снегирь, встала, повернулась к нему спиной и сняла джинсы с трусами.

Потом, не оборачиваясь, сказала:

— Маленькая проблема.

— Какая?

— Не могу повернуться. Стесняюсь.

— Ээээ... — мычал Андрей, глядя на ее упругие, как два мячика, ягодицы. Потом встал и осторожно зашел спереди.

Влада стояла с закрытыми глазами. Потом вдруг зашлась истерическим смехом.

— Ты чего? — спросил Андрей.

— Ахахахаха... Ничего. Не обращай внимания.

— Не, ну чего?

— Ахаха... Мне еще никогда не было так стыдно. Даже когда девственности лишали.

— Ну... ну чего? — повторял Андрей, как попугай, глядя на ее соски. Пухлые, вкусные, они колыхались от смеха, как ягодки на желейных пудингах.

Влада открыла влажные глаза и тоже смотрела на свою грудь.

— С тех пор так и не выросла, — сказала она, будто извинялась.

— Мне снилось тогда, как я их в рот беру. Вот сейчас вспомнил, — тихо сказал Андрей.

Влада молчала.

Молчал и он. Потом медленно нагнулся — и робко, будто боялся обжечься, прильнул ртом к ее соску.

Он был горячий и соленый. Он жег своей солью Андреев язык. Подержав его во рту, Андрей глянул снизу на Владу.

Та дышала быстро-быстро, будто ее гнали, как волка. Маленькие ее грудки ходили ходуном, бодая Андрея прямо в лицо.

— А еще я мечтал посмотреть туда, — так же тихо говорил он, опускаясь на корточки. — Посмотреть... потрогать... и все-все там увидеть, — продолжал он, трогая розовый бутончик.

Он не вмещался в створки половых губ, будто хотел расти оттуда большим цветком. Влада застыла, — а Андрей бережно изучал влажные лепестки, перебирая их пальцами, как ботаник. Они набухали влагой под его руками, раскрывались ему навстречу, распускались на глазах...

Медленно-медленно, будто боялся спугнуть это чудо, Андрей придвинулся ближе, натянул бутон и лизнул прямо в середку.

Потом глянул наверх, в глаза Владе, обжегся о них — и лизнул снова. Потом снова, снова и снова...

— Ыыыыыыхххх! — Влада вдруг взвыла басом, качнулась и больно вцепилась Андрею в волосы. Отпрянув, тот смотрел, как из нализанного бутончика брызгают маленькие гейзеры. — Ыыыы... Оооо... оо... Оооооох!

Она рухнула на диван и засмеялась, прикрыв лицо руками. Оторопевший Андрей продолжал сидеть на корточках, глядя на нее.

— Ты чего? — наконец спросил он.

— Ахахахаха! — смеялась та. — Ахахааа... аааоооууу... Я еще никогда так не возбуждалась. Ни-ког-даааа...

— Серьезно?

— Ты там щупал меня, щупал... и я реально почувствовала, что нам с тобой по шестнадцать лет. Андрюш, — жалобно сказала она. — Ну и что нам делать?

— Не знаю, — сказал Андрей.

— Только познакомились, считай... Это же неправильно, да?

— Не знаю, — повторил Андрей, расстегивая брюки.

... Он вплыл в нее, как в оплавленное масло. Влада стыдливо подмахивала ему.

— Я себе совсем по-другому представлял это, — говорил он, плавно скользя в ней. — Тогда, когда ты уехала... Я думал... думал...

— Ааа? — стонала Влада.

— Думал... Неважно. Я... я люблю тебя. У меня все это время даже девушки нормальной не было... Все пытался заглушить тебя... Ааа... Ааааа...

Секс становился все жарче, и было все труднее говорить, хоть и очень хотелось.

Влада гнулась и текла в руках Андрея горячей ртутью. Она пыталась рассказывать ему сквозь стон, как мечтала о нем в Израиле, как мысленно целовалась и трахалась с ним, пока не кончила на полуслове, и ее не стало гнуть и ломать под ним на части, — и тогда уже и сам Андрей разбрызнулся в ней и повалился на выгнутое, как пружина, тело...

***

Когда он ушел, Влада села на диван и долго сидела, глядя прямо перед собой.

Потом начала говорить:

— Андрюша. Я хочу сказать тебе кое-что... Я обманула тебя. Влада умерла много лет назад, почти сразу, как приехала в Израиль. Ее убило снарядом. Я не Влада. Помнишь Розу, которую ты обозвал «мелкой»? Крутилась такая под ногами, помнишь? Четырнадцать лет, ни рожи-ни кожи, одни прыщи... Ты не видел, как она смотрела на тебя, я знаю. Ты ничего не видел, кроме своей Влады. А Влада не видела тебя. У нее своих мальчиков было выше крыши. А я все видела... Потом Влады не стало. А я получала твои письма. Открывала, читала и ревела, ревела от любви и зависти к мертвой сестре. Все это было давно, очень давно. Я думала, что все прошло, но оказалось — нет. В восемнадцать я отдалась первому пацану, который меня захотел, и у меня получился Дюшка. Андрюшка. Андрей... Нет, я не смогу. Не смогу ему рассказать!..

Роза заплакала и повалилась на диван.

Когда Дюшка пришел из школы, она сказала ему:

— Сынуль, я хочу поменять имя.

— Как это? А так можно?

— Можно. Мне новый паспорт сделают. Теперь меня зовут Влада. Запомни, ладно?

]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=167 Tue, 10 Mar 2015 17:45:59 GMT
<![CDATA[Приключения студенток]]> Она уложила Костю на спину, села сверху и с размахом насадилась своей мокрой похотливой кишкой на его вздыбленный член. Она охнула и стала раскачиваться на мужчине. Сдавленные стоны девушки становились все громче. Она просунула руку между ног и стала быстро массировать свой клитор указательным пальцем. Костя не выдержал, сватил ее за талию и, насадив до упора на свой член стал кончать. Лиза и Ольга — студентки горного института. Лиза — невысокая миловидная брюнетка, у нее красивый полный бюст 3-го размера с маленькими черными сосками, узкие бедра и маленькая попка. Она носит короткую стрижку «под мальчика», и если бы не большие груди, худощавая Лиза и впрямь была бы похожа на мальчика. Ее подруга Ольга представляет собой практически полный идеал женственности. Ольга — высокая блондинка с длинными светлыми волосами. У Ольги красивое крупное тело: полные ягодицы, широкие бедра, длинные ухоженные ноги. Единственный недостаток: у девушки очень маленькие груди, точнее грудей не наблюдалось вовсе, вместо них были высокие твердые розовые соски с большими ареолами. Оля втайне завидовала бюсту подруги, поэтому всегда старалась надевать такие маечки, чтобы они туго обтягивали соски. Надо сказать, что эта тактика приносила успех: мужчины обращали внимание на длинноногую девушку с торчащими сосками не меньше, чем на ее грудастую подружку.

Ольга всегда была заводилой: она водила более скромную Лизу по разным тусовкам, первая знакомилась с парнями... Именно Оля уговорила Лизу расстаться с девственностью, найдя ей подходящего опытного парня. Летом Оля вытащила подругу на нудистский пляж, загорать голышом. Но на пляже под пристальными мужскими взглядами Лиза все-таки не смогла перебороть скромность и загорать полностью обнаженной как ее подруга. У девушки был «слитный» купальник, который она приспустила до пояса, оставшись «топлесс».

Еще летом они вместе со всем курсом отправились на практику в район Кавказских гор. Геологический лагерь, куда были направлены девушки, находился высоко в горах в зоне вечного снега. Девушки долго добирались туда сначала на автобусе, потом на попутке до промежуточного лагеря. Последние 30 километров нужно было пройти пешком. Ходить по заснеженным горам в одиночку девушкам естественно не разрешили, а дали проводника: молодого человека Костю. Костя недавно закончил институт и все лето проводил здесь в лагере, поэтому знал эти места достаточно хорошо.

Молодые люди вышли рано утром, но дорога была очень сложной, поэтому к вечеру они едва прошли половину пути.

— Здесь неподалеку сторожка — сказал Костя — нужно найти ее до наступления темноты, там и переночуем.

Опыт проводника не подвел: вскоре они вышли к небольшому бревенчатому домику, который использовался геологами и местными жителями как перевалочный пункт.

Девушки едва успели войти внутрь и снять рюкзаки, как в горах раздался страшный гул.

— Что это? — испуганно спросила Лиза.

— Лавина сходит — ответил Костя — хорошо, что мы успели добраться до сторожки.

Грохот лавин повторялся несколько раз за ночь, и девушки не могли спать от страха. На утро Костя отправился на разведку и, вернувшись, объявил, что ночной сход лавин был очень крупным и все пути наглухо заблокированы.

— Хорошо еще, что остались живы — сказал молодой человек.

— Что же снами будет? Как нами выбраться отсюда? — захныкала Оля — Нас будут спасать?

— Конечно, будут, но придется подождать. Похоже, лавины сошли на большой территории. У спасателей много работы: нужно расчищать дороги, искать пострадавших... Пока вспомнят про нас, может пройти некоторой время.

К счастью все условия для жилья в домике имелись: в погребе девушки нашли достаточное количество продуктов, чтобы продержаться несколько месяцев, теплые вещи у них были, к тому же сам домик обогревался добротной каменной печкой.

Прошло несколько дней, стресс улегся, и перед ними встала новая проблема: в условиях относительного комфорта и отсутствия всякой работы всем молодым людям захотелось одного — а именно секса. Ничего не поделаешь: природа брала свое. Лиза все чаще стала замечать пристальные взгляды Кости на своей груди, а когда Оля нагибалась «раком», выставляя свою немаленьких размеров попу, то Лизе казалось, что Костя сейчас просто набросится на девушку. Иногда ночью, когда все спали, Лиза тайком засовывала руку в трусики и быстро-быстро натирала двумя пальцами влагалище, а потом, стиснув зубы, тихо дергалась в оргазме. Но полного удовлетворения мастурбация не приносила, наоборот только разжигала страсть. Девушка подозревала, что ее подруга делает то же самое, но как-то стеснялась спросить.

... на этот раз (впрочем, как и всегда) заводилой оказалась Ольга. Как-то ночью Лиза проснулась от стонов и характерного причмокивания. Она зажгла фонарик и увидела Ольгу, которая склонилась над Костей и брала в рот его член. Олина ночная рубашка была задрана до пояса, снятые трусики валялись рядом, а мужская рука ритмично двигалась у нее между ягодиц. Лицо девушки все блестело: видимо один раз Костя уже кончил, спустив ей на лицо.

Лиза вскрикнула от неожиданности, бросила фонарик и выбежала из комнаты. Ей было ужасно стыдно застать других людей занимающихся сексом. Следом за ней вышла Оля и стала успокаивать подругу.

— Ну что ты стесняешься, Костя классный парень. Если уж мы заперты здесь то надо что-то делать, другой альтернативы нет. Хочешь, присоединяйся к нам!

— Нет!!! Что ты!!! Я не могу! — Лиза покраснела до корней волос.

— Да ладно, подруга, не строй из себя недотрогу — Оля хитро улыбнулась — я же видела, что ты делаешь ночью под одеялом, и Костя знает.

Лиза залилась краской еще больше.

— Ну, если не хочешь вместе иди сейчас одна. Я уже кончила один раз, а Костя будет рад доставить удовольствие и тебе. Он говорил, что ему очень хочется потрогать твою грудь.

Лиза постояла, подумала, а потом решительно тряхнула головой и вошла к Косте, на ходу стягивая футболку... через некоторое время к ним присоединилась Оля. Косте очень хотелось поиметь девушек во влагалище и кончить туда, как и положено. Но на беду ни у кого из молодых людей не оказалось с собой презервативов, и это очень затрудняло занятия сексом. Приходилось обходиться так: девушки сосали Косте член, а он надрачивал им клиторы и ласкал влагалища пальцами. Для разнообразия придумывали различные игры: Лиза и Оля соревновались, кто быстрее доведет Костю до оргазма ртом или руками, а он ставил их «раком» рядом друг с другом и ласкал девушкам клиторы. Они громко кричали от удовольствия, но изо-всех сил сдерживались, чтобы не кончить, потому что первая, кто кончит, считалась проигравшей и должна была выполнить какое-нибудь задание.

Молодому человеку очень нравилось ласкать большую Лизину грудь и мять ее соски, наблюдая, как они твердеют и увеличиваются в размере. А та научилась брать его член между своих грудей и двигать им в получившейся узкой щели. Единственное что не нравилось Лизе, это когда Костя спускал ей в рот. Тогда в качестве компенсации молодой человек стал ласкать ей клитор языком и довел до такого сильного оргазма, что после этого Лиза стала с удовольствием глотать его сперму. Обычно они делали это в позе 69 и старались достичь оргазма одновременно.

Однажды, проснувшись и предвкушая новую порцию удовольствия, Костя увидел, как голая Лиза потягивается, встав на четвереньки задом к нему. Между ее раскрывшихся маленьких ягодиц он увидел темный кружок анального отверстия и тут же понял, что хочет именно туда.

— Девушки, а вы когда-нибудь делали это в попу? В смысле пробовали анальный секс?

Но оказалось, что обе девушки девственны со стороны зада и не горят желанием принять Костин член в свои задние проходы.

— Ну конечно — фыркнула Лиза — это тебе хорошо, а как мне потом с порванной попкой ходить. Помню на первом курсе у нас был медосмотр, и гинеколог осматривал меня пальцами через попу. Было очень больно, некоторые девчонки даже плакали.

Она отодвинулась от Кости и прикрылась одеялом, понимая, что именно ее откровенно выставленная попа вызвала такое желание.

— Зачем через попу? Я думал у гинеколога женщина садится в это кресло и ей во влагалище вставляют такую штуку... через нее все видно...
— Да, но я тогда была еще девственницей. К твоему сведению, девственниц осматривают через прямую кишку, чтобы не нарушить им плеву. Знаешь, как было неприятно: врач поставил меня на четвереньки и засунул два пальца в задний проход, а потом оттуда стал прощупывать мою матку. Бррр... Ужас...

— Но я же не врач, я хочу сделать тебе приятное. Говорят, в первый раз девушкам бывает больно, а потом если расслабиться, то можно получать удовольствие.

Лиза с сомнением посмотрела на Костин член и на всякий случай натянула трусы. Девушке тоже очень хотелось, чтобы мужчина ввел в нее свой член, но не через попу же!

— А я вот хочу попробовать! — объявила вдруг Ольга, игриво приподняв пышную ягодицу и показывая свою анальную дырочку.

— Хочешь меня в попку, а?

Молодой человек конечно хотел. Готовились к аналу тщательно: Лиза умело приводила Костиного бойца в рабочее состояние с помощью рта и водила сосками своих грудей по головке члена. Оля села на корточки и сосредоточенно смазывалась кремом. Она аккуратно погружала в себя пальчик, стараясь размазать крем по стенкам заднего прохода. То, что она анальная девственница, было не совсем правда: однажды на студенческой вечеринке подвыпившую Ольгу уложили лицом на кровать и чуть не изнасиловали в задний проход. Ее спасло только то, что у ребят не было смазки. Толстый член пытался пробиться через сжатый сфинктер, причиняя девушке сильную боль, но ничего не получалось. Оля заплакала и стала кричать, тогда студенты согласились, чтобы она просто по разу у всех отсосала.

Но теперь Ольга сама хотела принять член в свою прямую кишку и поэтому обильно наносила смазку между раздвинутых пышных ягодиц, кроме этого она густо намазала головку Костиного члена. Девушка встала на четвереньки, упираясь лицом в подушку, и сама раздвинула руками ягодицы, пытаясь облегчить вхождение. Костя приставил головку к сморщенному сфинктеру и надавил всем телом. Лиза с испугом смотрела на это, ей казалось, что член ни за что не войдет в такую маленькую дырочку. Костя надавил сильнее, и Оля громко вскрикнула, опустив руки, но дело сделано — головка уже внутри.

— Ай, ай, ай подожди, мне больно!

Но Костя не слышал девушку и сильным толчком загнал член на всю длину. Оля пронзительно закричала, от боли на ее глазах выступили слезы. Но как ни странно девушка была счастлива от чувства того, что ее весь зад заполнен твердым мужским членом. Теперь она поняла, что значит отдаваться мужчине по настоящему и это доставляло ей огромное удовольствие, не смотря на сильную боль. Костя сильно сжал ее пухлые ягодицы и резкими толчками стал осваивать тесноту прямой кишки. Оля стонала в такт толчкам, стиснув зубами подушку, чтобы не заорать во весь голос.

— У тебя там гораздо уже чем обычно во влагалище — проговорил, задыхаясь, Костя.

— Дааа... — промычала Оля сквозь зубы — кончай быстрее.

Но Косте и не требовалось говорить это. От тесноты, творившейся в ее прямой кишке, он совершенно перестал себя контролировать. Костя мертвой хваткой вцепился в ее ягодицы и, почти не контролируя себя, вгонял свой член в ее попку. От боли Оля стала громко выть, зарывшись в подушку. Она чувствовала, что Костя скоро кончит и боялась прерывать его, хотя для нее эта пытка становилась невыносимой. Наконец, молодой человек задергался, а потом Оля почувствовала, как он спускает ей в кишку и что-то горячее течет внутрь. Всадив еще несколько раз член, Костя замер и отпустил девушку.

— Это было здорово, спасибо Олечка! Я никогда еще не имел девушек в такую узкую дырочку. Это просто класс!

Вынув член, он удовлетворенно шлепнул девушку по ягодице и пошел курить наружу. Обессиленная Ольга упала на пол и облегченно застонала. Лиза смотрела как пульсирует, пытаясь закрыться истерзанный покрасневший сфинктер своей подруги, а из него вытекает тонкая струйка густой белой спермы.

— Оля тебе очень больно?

— Да, это было больно. Но знаешь, Лизка, это потрясающее чувство, когда мужчина наполняет до отказа твой задний проход своим членом, а потом кончает туда... Ради такого удовольствия можно и потерпеть.

Оля твердо знала, что теперь она будет давать в попу еще не раз.

Кряхтя, Оля встала на корточки и тут же густая белая струйка спермы потекла из ее заднего прохода прямо на пол.

— Ого, сколько он в тебя закачал!

Вылив всю сперму, девушка протерла анус влажной салфеткой и встала на четвереньки, широко раздвинув ноги.

— Лиза, посмотри, крови там нет.

Лиза раздвинула ягодица подруги и осторожно прикоснулась пальчиком к сфинктеру.

— Нет, крови там я не вижу, но все красное и натертое. Знаешь, попа у тебя так до конца и не закрылась, из нее что-то сочится.

— Ну, это понятно, что течет. Ладно, смажь мне там кремом.

Лиза нанесла крем на палец и осторожно стала размазывать его по воспаленному анусу.

— Да, так. А теперь смажь изнутри.

— А тебе не будет больно?

— Да нет, Костя так расширил мой задний проход своей штукой, что один палец я даже не почувствую.

Лиза набрала еще крема, и ее пальчик легко проскользнул в Олин зад. Она начала аккуратно размазывать смазку по прямой кишке. Девушка почувствовала, как пульсирует и дрожит горячая кишка еще не пришедшая в себя после анального вторжения.

— Да, да так хорошо. Спасибо.

Лиза вспомнила, как стояла у гинеколога в такой же позе, а он пальцами ощупывал ее внутренние органы через заднепроходное отверстие.

— Интересно, что же можно обследовать у женщины таким образом — подумала Лиза и ввела палец на всю длину, а потом надавила вниз.

— Ты чего Лиз?

— Ой, а я что-то нащупала. Наверное, это твоя матка.

— Прекрати, мне неприятно.

— Ладно, извини. Лиза вынула палец. А тебя разве никогда не проверяли через зад?

— Нет, я стала женщиной еще в школе, не то, что некоторые скромницы...

Оля надела трусики и короткую маечку.

— Ну, теперь твоя очередь подставлять попку.

— Нет, ни за что!!! Я не хочу так мучаться непонятно зачем. По-моему, для женщины использовать свой анус для секса совершенно не естественно. Для этого есть другое отверстие.

Тут вернулся Костя, он был в приподнятом настроении и расточал комплименты. Молодой человек подсел к Лизе, запустил руку ей в трусы и недвусмысленно склонять к анальному сексу. Лиза наотрез отказалась, и тогда Костя шутливо сказал, что если девушка не хочет удовлетворить его своей попкой, то и он не будет заниматься с ней любовью.

И действительно вечером все легли спать без обычного минета. Расстроенная Лиза уснула, а через некоторое время была разбужена шорохами и стонами. Она открыла глаза и увидела, что голая Оля лежит на животе и стонет в подушку, а Костя находится на ней и активно двигает задом.

Рядом валяется тюбик с кремом. Это могло означать только одно — Оля опять занимается с Костей анальным сексом! Костя перевернул девушку на спину, высоко закинул ее длинные ноги, положив их себе на плечи. Лиза увидела выпученное кольцо ануса, красное от раздражения. Костя тем временем ввел в анус сразу два пальца и начал свободно массировать задний проход, под громкие стоны девушки. Поиграв с женским анусом, он, наконец, ввел свой длинный твердый член в ее горячую и размягченную кишку и начал быстро двигаться пышной заднице стонущей Ольги.

Лиза поняла, что ее подруге теперь совершенно не больно, и она получает огромное наслаждение, когда ее имеют в попу.

— Подожди, я хочу сама кончить —прошептала Оля.

Она уложила Костю на спину, села сверху и с размахом насадилась своей мокрой похотливой кишкой на его вздыбленный член. Она охнула и стала раскачиваться на мужчине. Сдавленные стоны девушки становились все громче. Она просунула руку между ног и стала быстро массировать свой клитор указательным пальцем. Костя не выдержал, сватил ее за талию и, насадив до упора на свой член стал кончать.

— Аааааа!!! — закричала Ольга и задергалась, принимая в свою прямую кишку потоки горячей спермы.

— Да она же кончает попой! — изумилась Лиза, и испытала острую зависть к подруге, которая может вот так сходу сношаться в анус и получать от этого удовольствие.

Лиза чуть не заплакала от обиды, глядя как тяжело дышат счастливые любовники, лежа в обнимку. Костин член уменьшился в размерах и выскользнул из расширенного женского ануса, но Оля так и лежала на молодом человеке не обращая внимания на ручеек спермы, вытекающий из ее кишечника. Стиснув зубы, Лиза отвернулась к стене, и снова стала мастурбировать себя рукой, чтобы хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей. В конце концов, она тоже женщина и не менее привлекательная, чем Оля, и у нее тоже есть задний проход, которым она может удовлетворять мужчин. Только вот как решиться на такой шаг...

Утром Лиза проснулась и увидела, что Костя с Олей уже давно не спят. Ольга сидела на Косте, повернувшись к нему своим большим задом и неторопливо, «со вкусом» сосала ему, а молодой человек растянул тугие Олины ягодицы и также неторопливо массировал ей кишку двумя пальцами.

— Они опять будут заниматься анальным сексом — подумала Лиза — ну уж нет, я так просто не сдамся.

Она громко зевнула, привлекая к себе внимание и картинно выгнулась, так, чтобы ее крупные груди вылезли из маечки. Затем Лиза встала, стянула трусики, прошлась по комнате покачивая бедрами и сделала вид, что ищет что-то в рюкзаке. При этом она естественно встала задом к Косте, красиво прогнулась и чуть раздвинула ноги выставляя напоказ свои все интимные органы.

Костя тут же отвлекся от Оли и уставился на Лизу.

— Ну, что Костенька, хочешь лишить девственности мою узкую попку — Лиза похотливо улыбнулась и тихонько ввела пальчик себе в анус.

Молодой человек тут же вскочил и буквально бросился на Лизу. Он прижал бедную девушку к стене всем своим телом, задрал ее маечку вверх и изо-всех сил сжал ее груди. Лиза почувствовала, как к ее ягодицам прижимается горячий и очень твердый член. Девушка уже стала сожалеть о своем поступке, но отступать было некуда. Сейчас ее безжалостно поимеют в попу и это наверное будет очень больно.

— Костенька! Только ты смажь меня там — умоляющим голосом сказала Лиза.

Костя взял из Олиных рук тюбик с кремом, воткнул его в Лизин сфинктер и выдавил солидную часть смазки в анальные внутренности. Он густо намазал свою большую красную головку и приставил его к заднему входу бедной девушки.

Лиза задрожала всем телом, когда почувствовала, как что-то вторгается в ее кишку.

— Прошу тебя помедленней...

Костя нетерпеливо схватился за бедра и в буквальном смысле стал натягивать маленькую Лизину попку на свой член.

— Аааааа — заорала Лиза от жуткой боли. Ей казалось, что ее маленький девственный сфинктер сейчас треснет и попа разорвется на две половинки.

— Потерпи, потерпи, Лизочка, сейчас головка пройдет — успокаивала Оля стонущую девушку. Дальше будет легче.

Медленно член вошел до конца, но легче почему-то не стало. Лизина кишка буквально разрывалась от боли, но девушка понимала, что это только начало. Говорить Косте, что она передумала бесполезно, сейчас будет сношать ее через задний проход, пока не кончит. Лиза стояла прижатая к стене мужским телом тихо плакала, пока молодой человек не сдерживаясь долбил ее в зад. По-видимому, Лизин анус был еще более узким, чем Олин, поэтому очень скоро Костя задергался и с утробным рыком стал выплескивать свою сперму в Лизин кишечник. Спускал он долго и Лиза снова стала кричать от мучительной боли в порванном анусе. Вылив всю сперму, Костя лег, а Лиза в изнеможении сползла на пол и свернулась клубочком. Ее анус слегка кровоточил, поэтому вытекающая сперма имела розовый цвет.

Так Лиза начала заниматься анальным сексом. Несмотря на боль, она больше не отказывала Косте. Чтобы дать отдых своим попкам девушки установили график: утром Лиза сосала у Кости, а потом он сношал Олю через заднепроходное отверстие. Вечером — наоборот. Иногда Оля занималась аналом два раза в день и получала от этого большое удовлетворение. Лиза же никак не могла привыкнуть к члену в своей кишке и каждый раз мучалась от сильной боли. Но она не отступала и хотела удовлетворять мужчину наравне с подругой.

Так прошел месяц и спасатели, наконец, добрались до хижины, где сидели молодые люди. Ни о какой практике больше речь идти не могла и девушки отправились домой в Москву. Приключение закончилось. Приехав домой, Лиза первым делом решила сходить к гинекологу. Девушка привыкла следить за своим интимным здоровьем и волновалась, почему она испытывает такие боли во время анального полового акта.

Лиза всегда ходила к одному и тому же гинекологу. Это была женщина, которая регулярно ее осматривала и Лиза ей доверяла.

— Недавно я попробовала анальный секс — сказала девушка, краснея — и мне было очень больно, я боюсь, нет ли у меня повреждений.

Врач изумленно вскинула брови.

— Ну, естественно, задний проход у женщины совершенно не предназначен для полового акта. Мускулы вашего сфинктера не могут эффективно расслабляться и пропускать половой член. Естественно вы испытывали боль. Я вообще удивляюсь, как такая молодая красивая девушка как вы могла согласиться на сношение в прямую кишку.

— Да, но... Лиза хотела сказать, что ее подруга Ольга давала в попу с удовольствием, но вовремя остановилась: врач, похоже, была консервативных взглядов.

— Вы хоть использовали смазку?

— Да, конечно, но это не помогало, поначалу у меня даже кровь из попы текла. Правда, совсем немного.

— Да, это серьезно. А как часто вы занимались анальным сексом?

— Раз в день в течение примерно двух недель.

Глаза женщины расширились от изумления. Она не понимала, почему эта девушка так много давала сношать себя через задний проход! Это же насилие над собственным организмом!!!

— Снимайте одежду ниже пояса, я вас осмотрю.

Лиза зашла за ширму и сняла юбку с трусиками. Из одежды на ней оставались только блузка, бюстгальтер и черные чулки на резинках.

— Сейчас я проведу пальцевое ректальное исследование, пожалуйста, примите коленно-локтевую позу.

Лиза встала «раком» на кушетке и раздвинула ноги. Врач надела перчатку и подошла к девушке. Одной рукой она раздвинула ей ягодицы, а указательный палец другой руки стала медленно вводить в Лизин анус.

— Если будет больно, скажите мне.

Лиза почувствовала, как врач стала ощупывать стенки анального канала.

— Ну что же... Сфинктер заднего прохода достаточно эластичный, тонус в норме, состояние слизистой оболочки тоже нормальное.

— Теперь я буду вводить палец в прямую кишку.

Лиза ощутила, как палец продвигается дальше вглубь ее попы. Врач ввела палец и стала обстоятельно прощупывать стенки прямой кишки на всем доступном протяжении.

— Болей не чувствуете?

— Нет, просто немного неприятно.

— Сейчас я проверю состояние прямокишечно-влагалищной перегородки — сказала врач.

Она надела новую перчатку и ввела в Лизу теперь уже два пальца: большой палец в анус, а указательный во влагалище. Внутри девушки пальцы соединились и стали ощупывать тонкую перегородку между прямой кишкой и влагалищем.

— Аааа!!! Мне больно — Лиза задергала попкой.

— Так, значит у вас там что-то есть, правда пока не могу понять что. Теперь необходимо осмотреть вас аноскопом.

Лиза увидела, как врач смазывает вазелином толстую трубку длиной около 10 сантиметров и толщиной примерно 3 сантиметра.

— Она, что хочет засунуть мне это в попу? — испугалась девушка.

— Может не надо — пролепетала она, прикрывая промежность ладошкой — у меня там все болит.

— Ничего, придется потерпеть — строго сказала женщина. Вы же принимали в свою кишку половой член, значит и аноскоп должен войти.

Но Лизин анус сжался от страха и никак не хотел впускать инородный предмет. Девушка громко стонала, когда металлическая трубка с натугой вкручивалась в ее тесный задний проход.

Наконец инструмент был введен в заднепроходное отверстие по самую рукоятку. Врач взяла фонарик и стала вертеть аноскопом в разные стороны, тщательно осматривая анальные внутренности стонущей девушки.

— Девушка! Да у вас трещина в прямой кишке. Поэтому вы испытывали боли во время анального сношения.

— Это серьезно? — испугалась Лиза.

— Нет, я выпишу вам ректальные свечи и через месяц все пройдет. Но все же я хочу посоветовать вам не заниматься анальным сексом так часто.

Врач закончила осмотр и, вынув аноскоп, разрешила Лизе одеться.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=166 Thu, 11 Dec 2014 05:43:01 GMT
<![CDATA[Двадцатилетие студенток]]> — А ты сегодня кончишь от моего язычка. У нас как раз есть полчаса, сказала Лена, отложив фаллоимитатор в сторону. И припала к моей киске. Я чувствовала её возбужденное горячее дыхание своей кожей, а спустя мгновение ее язычок сразу ворвался между моих губок, проник насколько возможно глубоко, потом вылетел полностью и снова в меня. Она как будто трахала меня своим язычком как членом. Руками она теребила мою грудь и сосочки. Я металась и стонала под своей подругой. Ее руки не останавливались ни на секунду, как и язычок, который теперь извивался вокруг моего клитора. Проснулась, потянулась ммм... как же хорошо — суббота всего 2 пары и те с одиннадцати. А самое главное сегодня 18 апреля — у меня день рождения. 20 лет. Погода теплая, почти летняя. Денек будет жарким, и он так просто не закончится. Пошла в душ. Освежилась, помылась — в общем, привела себя в порядок. Одела беленькие стринги, легкий летний лифчик, светлую кофточку, голубые джинсы и в институт. В институте скромно поздравили, да и ходило-то по субботам человек семь. Тут Ленка, моя подружка, предложила все это отметить вечером, как положено за столом и пригласила всех ко мне к шести. Идея всем понравилась, и обещали не опаздывать. Немного о Лене: симпатичное личико, цвет волос русый, рост пониже меня, но не намного, ножки стройные, грудь маленькая, зато попка просто шикарная — кругленькая, как яблочко. Мы с ней иногда балуемся под одеялком, ведь ни один парень не доведет до оргазма язычком как девушка)))))) Одета она была в белую юбочку-клеш чуть выше середины бедра и белый топ.

— Ты обалдела, что ли? Я никого не собиралась приглашать, набросилась я на нее.

— Да, ладно тебе. 20 лет надо отметить по серьезному. Ты же с братом живешь, а он уехал. Приготовить я тебе помогу. Спиртное с гостей. Все будет супер! Даже не парься.

И, правда! Чего это я. Никогда не заморачивалась с днями рождения. Все как-то само собой получалось. Вот и сейчас так же — все складывается как нельзя лучше. Двоюродный брат уехал по работе, трехкомнатная квартира свободна — можно повеселиться. Домой мы с Ленкой добирались через супермаркет и попали только около двух часов. На все про все у нас осталось 4 часа. Нарезали салатов, накрыли на стол, осталось только мясо, но оно будет готово через час, как раз к приходу гостей. Торт со взбитых сливок поставили в холодильник. Навели небольшой порядок в квартире. Теперь можно и передохнуть. Я присела на диван, включила музыкальный канал и немного расслабилась.

— Кать, я чего это ты ничего не прячешь? выходит Ленка из моей спальни, держа в руках вибратор и фаллоимитатор одинакового размера 20х4, 5 см.

— А от кого мне прятаться? Брат уехал, да и не лазил никогда в моих вещах.

— Можно я тебя первая поздравлю с днем рождения, сказала Лена, подошла ко мне и поцеловала. Ее язычок просто ворвался ко мне в рот и начал там свою безумную пляску. Он порхал во рту словно бабочка. Надо будет попробовать тоже, и я стала ей отвечать — ласкала ее язычок своим, сосала его. Мои руки легли к ней на бедра. Какая у нее нежная и кожа. Руки поползли вверх, задирая юбочку. А вот и упругая попка — не зря она в спортзал ходит. Когда мы насладились поцелуем, срочно избавились от лишней одежды, т. е. от всего. Лена засунула к себе в рот вибратор, а затем вогнала его к себе же в киску и включила. Судя по ее реакции, она включила если не на максимум, то близко к этому.

— А ты сегодня кончишь от моего язычка. У нас как раз есть полчаса, сказала Лена, отложив фаллоимитатор в сторону. И припала к моей киске. Я чувствовала её возбужденное горячее дыхание своей кожей, а спустя мгновение ее язычок сразу ворвался между моих губок, проник насколько возможно глубоко, потом вылетел полностью и снова в меня. Она как будто трахала меня своим язычком как членом. Руками она теребила мою грудь и сосочки. Я металась и стонала под своей подругой. Ее руки не останавливались ни на секунду, как и язычок, который теперь извивался вокруг моего клитора. Потом Лена взяла клитор в рот и начала посасывать его, от чего я аж взвыла. Тут Ленка задрожала, испытывая оргазм от вибратора, и стала еще сильнее сосать мой клитор и даже слегка прикусила, а руками сжала мои груди. И это стало последней каплей и у меня — я тоже испытала оргазм. Лена оторвалась от моей киски, подтянулась ко мне и впилась в мои губы. Я ощутила вкус своей киски. Тут она резко отстранилась.

— Все пора приводить себя в порядок — уже без двадцати шесть.

Она вытащила вибратор, собрала одежду и пошла в ванную. Я же хоть и получила весьма неслабый оргазм, была не удовлетворена. Ленка выскочила с ванной, предоставляя ее мне.

— Это только начало... Главный сюрприз впереди, — ей одного взгляда было достаточно, чтобы понять — я не удовлетворена. Интересно, что она задумала? Главное поскорее, как же хочется полного удовлетворения! Приведя себя в порядок, я надела красное белье, такую же юбочку, как у Ленки, только кремового цвета, и цветную кофточку, с открытыми плечами.

А вот и гости, услышала я звонок в дверь. Иду открывать — Ого как мило!!! За дверью букет роз и гости. Несмотря на то, что приглашали всех, собралась только наша компания — Андрей, Костя, Сережа, Ромка и Дэн. Мы общались по институту, помогали друг другу по предметам, вместе отмечали студенческие праздники, но были просто друзьями. У парней были свои девушки, некоторых мы даже знали и общались с ними. Еще парни принесли пару бутылок шампанского, 2 литра хорошего коньяка и 2 бутылки красного, полу сладкого вина нам, девочкам. Через пару минут подошли еще одногруппники, подарили открытку, мягкую игрушку — медвежонка, но оставаться не стали. Подождав еще минут 20, мы сели за стол всемером. Все накинулись на еду. Андрей открыл шампанское, выпили за меня, потом мальчишки пили коньяк, мы, с Ленкой, пили вино. Тосты и поздравления лились рекой. Все захмелели, а застолье прерывалось танцами, шутками, различными веселыми конкурсами. Тут Ленка, поддерживая беседу с кем-то из парней, говорит, что у всех присутствующих парней в штанах не больше 13 см. Естественно все стали возмущаться, спорить, но Ленка не унималась — меньше и все тут, или докажите прямо сейчас. Тут я и поняла, что возможно не случайно остались только парни и мне ее затея понравилась. Я-то весь вечер провела в недотраханном состоянии. Тут Сережа с Андреем встали изо стола расстегнули ширинки и показали свои, пока еще висячие, члены. Костик, Ромка и Денис захихикали, но сами выставлять на показ не торопились.

Тут уже я не выдержала,

— Лен, давай за чистоту эксперимента — они должны стоять. Я подошла к Сереге и стала гладить его член рукой. Встала на коленки, спустила с него джинсы с трусами и жадно накинулась. Теперь дело пошло лучше, Серегин член просто взлетел к потолку.

— А это премия за смелость, сказала Лена, подходя к Андрею. Боковым зрением я увидела, что она не церемонясь стянула с него штаны и заглотила член полностью. Судя по звукам сзади, ребята перебрались поближе и откровенно завидовали смельчакам. Похоже, они так и будут сидеть и смотреть, надо их расшевелить. Я насаживаясь ртом на член Сергея, одной рукой лаская его яйца, второй задрала свою юбочку, выставляя на показ свою попку в красных стрингах. Тут уже они не выдержали — через мгновение несколько рук стали гладить мою попку и дырочки. Судя по Ленкиному довольному мычанию, кто-то уделил внимание и ей. Руки ребят, такие горячие и ласковые, уже побывали везде. Задрали кофточку, исследовали мою грудь, пытались залезть под лифчик, не получилось — неудобно. Приспустили до колен уже влажные трусики, и чьи-то пальцы, раздвинув мои влажные губки, проникли в пещерку. Тут Сережа, отстранив меня от члена, снял с меня кофточку, расстегнул лифчик, освободив мою грудь. Пока он меня раздевал, я смогла оценить обстановку: Лена уже голая стояла раком, отперевшись на кресло, и сосала у Кости, сзади ее трахал Андрей, а Ромка ласкал ее грудь; значит рука, ласкавшая мою киску, принадлежит Денису. Сергей потянул меня к верху, и когда я встала, припал губами к моей груди — ласкал язычком и руками соски, сосал их, оттягивал, щипал и прикусывал. Ммм... видать, эти руки ласкают далеко не первую грудь — он делал это так ловко и умело. Денис же в это время избавил меня от остатков одежды, и я тоже предстала во всей красе перед друзьями, а теперь уже и любовниками. Да, вот это день рождения пронеслось у меня в голове!!!

Денис потянул меня на диван, поставил на четвереньки, сам встал на колени на диване и поднес свой член к моему рту. Ножки расставила пошире, а попку выпятила что было сил, призывая Сергея, чем он и воспользовался — погладив головкой члена мою промежность вошел в меня полностью и стал не очень быстро ебать меня. Тут где-то сзади Лена обратилась к ребятам: сегодня день рождения у Кати, ребята остановились выслушать Катю, не вынимая членов из меня, — сделайте ей праздничный коктейль — кончайте вон в тот бокал. Не знаю как парням, а мне идея понравилась. Ленка сегодня в ударе! Интересно, что она еще приготовила? От этих мыслей меня отвлекли вновь задвигавшиеся члены, стоны, охи, ухи, пыхтения и прочие звуки, сопровождающие хорошую еблю. Через какое-то время ребята меня перевернули. Я все так же стояла на четвереньках, только теперь Ден трахал меня сзади, а Сергею, севшему на диван, я снова сосала. Благодаря такой позе я смогла видеть всех, кто в ней находился. Теперь Ромка сидел в кресле, а Ленка скакала на его члене, лаская языком член и яйца, сидевшего на спинке кресла, Кости. Андрей же стоял возле стола с бокалом в руке, наверное, только что кончил. Поставив его на стол, он отправился к Ленке, остановив ее скачку, он начал вставлять член ей в попку. У меня аж захватило дух от такого зрелища и я кончила уже, наверное, раз четвертый за этот день. Вошел он в нее быстро, и они продолжили.

Соскользнув ртом с члена Сереги я просто простонала, хочу так же. Ребята не заставили меня просить их дважды — Сергей лег на диван, меня с еще содрогающимся от оргазма влагалищем посадили на его член, а в мою попку стал проникать Дениска. Моя попка приняла его быстро, и буквально после трех-четырех их одновременных движений во мне, меня просто затрясло от нахлынувшего на меня очередного оргазма. Я потеряла все ощущения пространства и времени, перед глазами замерцали миллионы звезд и красок. Пришла я в себя лежа на диване, а парни возле стола спускали в бокал. Ромка с Костиком сидели за столом и выпивали. Ленка стояла на полу на коленях, опершись на кресло, а сзади, просто с бешеной скоростью, ее долбил Андрей. Судя по крикам Ленки, она вот-вот должна была кончить.

— Не останавливайся, прохрипела Лена Андрей, наверное, тот тоже был на грани.

Вот Ленка повалилась на кресло и только хватала ртом воздух, а Андрей еще пару минут продолжал в том же темпе и потом повалился сверху, придавив ее. Через некоторое время они зашевелились. Андрей пошел в ванную, а Ленка попросила бокал, подставила его под киску, из которой стали вытекать сперма Андрея вперемежку с ее соками. После такого марафона все по очереди помылись и снова расселись за столом. А ребята молодцы, или это мы с Ленкой так на них действуем, их члены снова смотрели в потолок.

— А сейчас еще раз поздравляем именинницу!!! Все дружно прокричали троекратное ура! А Лена протянула мне бокал с «коктейлем». Ребята постарались неплохо — в нем было около двухсот грамм. И под крики «пей до дна» я опустошила бокал. Его содержимое было таким вкусным... Слегка скривилась, подавляя рвотный рефлекс — все таки не каждый день сперму стаканами пью))) Запила соком, и не успела сесть как Ленок выдвинула новую идею.

— А теперь торт!!! Ребята дружно убрали со стола все, а Ленка достала торт. Разрезав его на 4 части, две она убрала, со словами чай попьем. Она опять что-то придумала. Попросила меня лечь на стол и одной из оставшихся частей измазала меня везде.

— Ребята, едим торт без рук, сказала она и прильнула к моей густо намазанной киске. И вот 5 друзей и лучшая подруга слизывают с меня торт. Очень советую попробовать. Ощущения просто супер!!!

— А почему именинницу тортом не угощают, заголосила Лена. Взяла кого-то из ребят, макнув его член во второй кусок торта, подвела его ко мне и ткнула его член ко мне в рот. Так я еще торт не ела, но мне понравилось. Тут же образовалась очередь из обвалянных в торте членов. Ленка стала мне помогать. Очистив все члены, мы с Леной отправились в ванную отмываться от сладкого. Ребята разложили диван и получился громадный траходром. Как только вышли, нас сразу усадили на члены Ромы и Кости, Денис с Андреем пристроились к нашим попкам, а Серега встал между нами и мы вдвоем ласкали его член ротиками. Парни раз за разом менялись, но кончали по желанию Лены, только на меня или в меня. А Лена потом слизывала с меня и из меня. Ребята трахали нас часов до трех утра. Пока не стали засыпать прямо на диване. Сколько было оргазмов я не знаю, но не меньше 20. Все дырочки болели от таких нагрузок, но это была какая-то приятная боль. Андрей, трахавший меня на боку в попу обнял меня и заснул не вынимая. А перед моим лицом Костя ебал Лену то в попу то в киску, а потом, повернувшись ко мне кончил на лицо. Но уже не так бурно. У меня же не было сил даже привстать, чтобы взять его член в рот. Ленка слизала с меня его сперму и поцеловала меня в губы. Я ощутила на губах вкус Костиной спермы, не впервые за сегодня.

— С днем рождения, подруга, прошептала Лена и закрыв глаза, уснула рядом со мной.

Спасибо за внимание!!! Не забываем оценивать.
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=165 Thu, 11 Dec 2014 05:40:22 GMT
<![CDATA[Сливки]]> За окном серое туманное утро ржаво-багряно кирпичное марево осеннего парка. От созерцания сего пейзажа сладко постанывая, подтягиваюсь, зарываюсь в белоснежное с вышивкой покрывало. Голое бронзовое тело напрягается от скольжения ткани по промежности, заставляя меня очередной раз выгибаться. Кончики пальцев инстинктивно заскользили по щеке, обогнули изгибы пухлого чувственного ротика, заскользили внутрь, увлажнились, поиграли с язычком. Спустились к шее, оставляя влажный след, левая рука нежно гладила небольшие упругие груди, заставляя бедра выгибаться навстречу невидимому партнеру.
За окном серое туманное утро ржаво-багряно кирпичное марево осеннего парка. От созерцания сего пейзажа сладко постанывая, подтягиваюсь, зарываюсь в белоснежное с вышивкой покрывало. Голое бронзовое тело напрягается от скольжения ткани по промежности, заставляя меня очередной раз выгибаться. Кончики пальцев инстинктивно заскользили по щеке, обогнули изгибы пухлого чувственного ротика, заскользили внутрь, увлажнились, поиграли с язычком. Спустились к шее, оставляя влажный след, левая рука нежно гладила небольшие упругие груди, заставляя бедра выгибаться навстречу невидимому партнеру. Промежность увлажнилась, ныла, искала сладости наслаждений, нежности или может быть грубости. Натешившись с грудями блудливые руки переместили свои ласки на живот, бедра, доводя свою хозяйку до слез неутоленного желания. Нахлынувшее возбуждение влажными ручейками растекалось по внутренней поверхности бедер. Слезы хлынули из глаз, на красное измученное страстью лицо. Ладошка заскользила по мокрой, горячей поверхности клитора и входа в пещерку влагалища, мгновения и пальчики погрузились в неутомимое лоно похоти. Стон сорвался с губ, прощу глубже, больше еще и еще. Шепот в пустоту, ммм рука вырвалась из влажного плена, потянулась к губам. Вкусно, пряно, дерзко.

— Влад, я тебя хочу — вдруг вырвалось, нет, слетело с губ, имя будущего любовника. Достав всегда лежащий у изголовья кровати вибратор, установив мягкий режим, я начала головкой сиреневого чуда ласкать клитор, как можно шире раздвигая ноги. Перекатившись на бок и направив ствол вибратора во влажное пульсирующее влагалище. Задыхаясь от возбуждения, увеличивая амплитуду движений. Вспышка, яркая вспышка всегда заставляющая поскуливать метаться сжимать ноги сильнее. Влад, Влад, метясь, кричала я, пока не затихла с жужжащим внутри вибратором, погрузилась в крепкий сон.

Двенадцать, да, мне было столько лет, когда я испытала свой первый оргазм от мастурбации. Первое возбуждение, от игр в дочки матери, с подругой лет в семь. Чувственный мир ласки от прикосновений в купе с запретами и грехом.

Когда родителей не было дома, как любая девочка надевала мамину одежду обувь, подростком, примеряя мамино кружевное белье к которым примешивались впечатления от просмотра первого порно фильма «Красная шапочка». И всегда ярко, остро вспышкой.

В 30 лет чувственность достигла пика, вот и сейчас покрывало по коже плюс ожидания встречи, новых ощущений заставили меня вспыхнуть.

Проспав полтора часа, я начала собираться на встречу с очередным кандидатом в полюбовники, готовым мне показать острые грани БДСМ. Встреча назначена в маленьком кафе «FLY» в три часа дня. Распущенные черные волосы, минимум косметики, майка, рубашка в клетку, балетки идеально, чтобы не выделятся.

Как всегда болезненно пунктуально подошла минута в минуту, зазвенел телефон.

— Здравствуйте. Да. Слушаю, Вас?

— О привет. Ты уже слушаешься меня?

Проигнорировав собеседника, но оценив юмор.

— Владимир, вы уже подъехали?

— Да, сейчас, уже захожу.

Приятный мужчина, подтянутый, с безукоризненной улыбкой, сидел напротив меня и излучал позитивную энергию, с оговоркой на то, что он в теме БДСМ.

— Итак, Диана, не ожидал, увидеть такую симпатичную девушку, чем Вам интересна эта тема?

— Спасибо, за комплимент. Просто любопытно попробовать себя в чем-то новом, это возбуждает.

— Что конкретно хочешь попробовать?

— Ну, не знаю, я первый раз мне трудно, рассуждать на тему того чтобы мне хотелось.

— Думаю, мне понравятся связывания, удары плетью, зажимы.

— О классика, жанра. Есть еще много чего, что я могу тебе показать.

— Хорошо пока не испытаю на себе я не смогу определится в своих желаниях.

— Да верно, так ты согласна стать моей рабыней?

— Да, думаю, да. Я ведь за этим сюда пришла.

— В целях просвещения так сказать, я могу бросить ссылки на твой почтовый ящик.

— Да, пожалуй, это будет интересно, знать загодя, что ждет.

— Не обольщайся на этот счет, там больше постановочное видео, любительского мало.

— А как ты пришел к этой теме?

— Перестал удовлетворять простой секс, захотелось большего.

— И как давно это у Вас это началось? — издеваясь, сказала я.

— Да, лет десять назад, поверь, у меня большой опыт.

Мы заказали кофе, продолжая дальше, болтать обо всем и не о чем. Находя занимательным общество друг друга.

— Давай встретимся вечером в среду?

— Почему именно в среду?

— Просто это любимый день недели.

— Ладно.

Мы вышли из кафе, Владимир предложил поседеть у него в машине.

— Можно я тебя поцелую?

— О, разве это приемлемо в БДСМ?

— Я господин, ты рабыня, здесь я думаю, что приемлемо, а что нет. Вообще мне доставляет удовольствие видеть, что тебе что-то не нравится.

Он поцеловал меня, просто без чувства, без искры, мое возбуждение не проснулось, было холодно, с моей стороны. Он задрал мою майку, оголил грудь, я застыла, мне неприятно, слишком быстро, нагло. Взяв мою руку и положив себе на пах, он вцепился в мои волосы, заведя голову назад.

— Так хочется плюнуть тебе в лицо. Но не буду портить твое красивое личико. Ну не будь холодной поласкай мой член.

Владимир расстегнул спортивные брюки и извлек короткий, но крепкий и толстый член.

— Ты прям как, девочка, робкая и стеснительная, ты же умеешь, делать минет, милая возьми его в ротик.

Я склонилась, ощущая робкий всплеск возбуждения, от предвкушения начинающегося приключения. Лизнув выступившую капельку и прикрыв от удовольствия глаза, губками и язычком охаживая набрякшую головку, нанизываясь ротиком все глубже до основания.

— Да у тебя неплохо получается, но тебе не хватает раскованности. Почему такая зажатая? Ладно, не старайся, я сегодня кончал уже.

А мимо по своим делам шли люди, но тонировка машины скрывала мое очередное падение... в пустоту.

Среда. Октябрь. Восемнадцать.

— Привет — сопровождаясь жужжанием, выплыло сообщение на экране телефона.

— Ты уже встала? Сегодня все в силе?

— Да. Только дай поспать — поспешно набрала сообщение я. Где встретимся?

— Жду тебя у автовокзала в 16—00. В место поедем на моей машине.

— Ок.

Теперь мне не до сна, плетусь на кухню, ставлю чайник, по пути заскакиваю в ванну, влезаю под контрастные струи душа, привожу мысли в порядок. В голове клубятся мысли. рассказы эротические Моя совесть или внутреннее я, в общем, что-то внутри меня вело со мной диалог. И куда ты в очередной раз впуталась? Тебе нужны приключения на вторые девяносто? Дина ты когда-нибудь доиграешься. Кто-то другой за меня оправдывался, изворачивался, лгал и приводил доводы, сменяя их выводами.

Приняв душ, включив плейлист проигрывателя в телефоне наугад, из динамика вырвалась крики In Waves Trivium призывающие кричать. Кричи не кричи, подруга поздравляю, ты вляпалась в очередное, поздравила саму себя я. Кофе с молоком совместно с музыкальной подборкой подбодрили и успокоили, демонов моей души.

Сделав ярко красный маникюр в салоне, посетив солярий, собираюсь на экзотическое свидание с садистом. Загорелая брюнетка в красном платье с губами и лаком под цвет своей красной машины.

Подъехав к вокзалу, пересев в машину к своему господину, я испытывала волнение. Как это будет, может ну его, стоп позняк метаться, доводи начатое до конца. Припарковавшись у неприметной гостиницы, поднявшись в небольшой номер охристого цвета с санузлом, небольшим диванчиком и большой кроватью за перегородкой. Мне коротко приказано раздеться и принять душ. Подчиняюсь, улыбаясь, за что позже получаю увесистую оплеуху.

— Что смешного? Рабыня, здесь я закон.

Получаю удар по второй щеке. Дико смотрю в серые глаза обидчика, пытаясь испепелить зеленым огнем глаз. Влад взял меня за волосы и потянул в сторону дивана, приказав встать на колени и завести руки за спину.

— Опусти голову и не смей больше смотреть так дерзко мне в глаза — с этими словами обрушив на спину удар ремнем, предварительно связав руки за спиной — сказал Влад.

— Согни спину и голову к полу.

Сначала ремень, а потом его руки заскользили по коже спины и ягодицам, разминая, поглаживая, нанося удар за ударом. Мне не больно совсем никак нет чувств, возбуждения боли, обиды, желания, только пустота, которое вскоре сменяется желанием подчинить себе господина, завладеть его душой, мои дьяволы аплодируют стоя.

Схватив за волосы, резко дернул вверх, вглядываясь в мои дерзкие хитрые глаза, плюнул мне в лицо, и снова от пережитого нет чувств пустота и реакция подчинить этого удивительного мужчину.

Уложив меня на пол, со связанными руками, спиною вниз. Сам же сел на край дивана, раздвинув ноги, приказал раскрыть широко рот, закрыть глаза. Теплая, соленая струя потекла в мой рот, на мое удивление я не дернулась, закончив изливаться в мой рот, он встал и отошел к столику.

— Не глотай, держи во рту, расплескаешь, сделаю больно. Раздвинь ноги.

Владимир, наклонился к промежности надел перчатки, смазал их крем смазкой и принялся медленно вводить пальцы во влагалище, один за одним, растягивая эластичные стенки, исследуя глубину влагалища, погружая и вытаскивая, до тех пор, пока кулак не стал входить полностью. Мне было больно, жестко неприятно, я боялась захлебнуться уриной, которая уже струилась по лицу, насилие кулаком казалось продолжалось бесконечно, руки и ноги загнутые за спину затекли, промежность саднила.

— Умница, можешь проглотить, заслужила. Встань на колени, руки развяжу, — принялся массировать затекшие запястья освобожденных рук. Он взял мое забрызганное лицо за подбородок и опять смачно плюнул, рукой размазывая свое творение.

— Люблю когда лицо рабыни липкое, забрызганное. Проникнув в мой рот двумя пальцами, он стал пытаться вызвать рвотные спазмы. Но безрезультатно я не поддавалась, рвотный рефлекс не проявлялся.

— Почему ты так смотришь на меня, по-прежнему дерзко?

На меня обрушился шквал ощутимых ударов по щекам, что только еще больше разжигало внутренний огонь бунтарства, упрямства и непокоренности, слез не было, я не доставлю ему такого удовольствия.

Вытащив анальный стимулятор из спортивной сумки, Владимир, надел на него презерватив, присоской закрепив на полу.

— Встань раком, облокотись на диван, раздвинь руками ягодицы. Я хочу позабавиться с твоей попкой, такой тугой анус, надо это исправить.

Не скажу что анальный секс, мне нравился, но когда партнер предлагал им заняться, я обычно не отказывала, удовольствия не приносил и боли тоже.

Разработав пальцами мой анус, приказал насадится на стимулятор, что я без возражений сделала, вибрирующий аппарат дарил иные наслаждения, острые темные зажигающие страстью. Ох, как же мне понравилось насаживаться до основания, глубоко, резким движением бедер вырывая из себя и вновь погружая, исполняя бешенную, волнующую скачку, нарастающая вспышка натянула, обострила и тело и чувство. Я была на грани, секунда и вот мое тело содрогается в конвульсиях наступившего оргазма с тут же обрушившимися ударами ремня по спине, в купе с этим даруя неизгладимые впечатления освобождения, обрушив мое ослабленное тело на пол.

Он сел на край дивана, откинувшись на спинку дивана.

— Встань на колени, поработай ротиком и горлышком, сучка.

Уставшая, добравшись до дивана, я нехотя принялась сначала языком вылизывать его яйца, колечко ануса, проникая языком, насколько позволяет его длина, затем приняв член в рот сразу на всю длину. Моя голова зафиксировалась его рукой остановившей всякое движение, вжимая в кожу, перекрывая доступ воздуха, до тех пор, пока слезы не побежали из глаз и я не начала задыхаться. Еще несколько подобных попыток и мое красное лицо для его удовольствия, превратилось в сюжет из соплей, слюней и слез. Продолжая сидеть на диване, Влад приказал лечь на спину головой к дивану и широко открыть рот. Новый поток дождя хлынул в рот, сказав: «Не глотай» — он принялся плевать в открытый рот, проникая пальцами смешивая и размазывая по лицу, смотря жестко в глубину моих глаз, мастурбируя свой член, явно наслаждаясь картиной моего унижения, прибавляя к смеси во рту густую пену сливок спермы.

Теперь можешь глотать, СУЧКА.
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=164 Mon, 24 Nov 2014 06:44:26 GMT
<![CDATA[Три цвета жизни]]> 1. Розовый — Пошли ебаться! — Тише! Ну что ты меня позоришь... — Пошлииии, — счастливо тянула Лю, вцепившись в Шмыгин рукав. — Куда мы пойдем? — Куда-нибудь! В хату твою пошли! — Ну пошли. Ты только, эта... Не матюкайся. — А кто меня научил? Ты и научил! — Ну не на людях же, бля...
Шмыга брел за Лю, прыгавшей, как синичка.
Она была счастлива. Три недели назад она стала женщиной, и с тех пор купалась
1. Розовый

— Пошли ебаться!

— Тише! Ну что ты меня позоришь...

— Пошлииии, — счастливо тянула Лю, вцепившись в Шмыгин рукав.

— Куда мы пойдем?

— Куда-нибудь! В хату твою пошли!

— Ну пошли. Ты только, эта... Не матюкайся.

— А кто меня научил? Ты и научил!

— Ну не на людях же, бля...

Шмыга брел за Лю, прыгавшей, как синичка.

Она была счастлива. Три недели назад она стала женщиной, и с тех пор купалась в том, что называла «любовью»: в пьянящем молодом бесстыдстве, когда все, что стыдно и нельзя, вдруг стало можно. Она говорила Шмыге «любимый», «пусенька» и растекалась от этого сладкой лужей; она повторяла за ним — «выеби меня» и «я твоя сучка», — такие слова драли ее жестокими мурашками, и она старалась говорить их как можно чаще.

— Вылижешь мне пизду?

— Ты, эта, потише, — бормотал Шмыга, открывая дверь.

— Вылижи мне... пизденочку... сладкую... она так любит твой язычочек... — шептала Лю ему в ухо, умирая от того, что говорит такие слова.

Она млела, когда на бедрах не оставалось ни клочка одежды, и голую стыдобу холодили Шмыгины взгляды; она обожала трясти грудями, розовыми, молодыми, и шлепать ими Шмыгу по лицу — от этого соски наполнялись щекотным соком, и казалось, что они вот-вот лопнут. Маленькими липкими фонтанчиками сгущенки или ликера...

— Ииииыы, — подвывала она и гнулась для него кошкой, краснея от восторга.

Бесстыдничать было невыносимо сладко и стыдно, а когда Шмыга проникал внутрь — Лю кричала, закатывая глаза.

«Меня ебут», думала она, — «ебут, ебут, ебут, ебут, ебут...»

Это заклинание наполняло ее томным ужасом. Ужас отладывался в теле, и иногда (не всегда, но иногда) вдруг взрывал Лю, как динамит, и тогда она пускала фонтан до потолка, царапая ногтями Шмыгу.

Она не знала, от чего взрывается — от удовольствия, от своих фантазий или от мантры «меня ебут», и не хотела этого знать.

— Ты охуительный. Мне было просто охуезно, — шептала она после очередного фонтана, и Шмыга морщил небритые щеки.

Он был старше ее на двенадцать лет. Когда-то, в прошлой жизни, когда он только-только продырявил Лю, та была вежливой девочкой с косами и бледными беспомадными губами. Одурев от того, что с ней сделали, Лю отрезала гриву, выкрасив остаток в розовый цвет, проколола бровь, стала густо чернить веки и носить лосины в розовую полоску. Ее переполнял такой восторг, что она просто не могла остаться прежней: нужно было перекорежить всю себя, чтобы стать совсем новой Лю — охуительно сексуальной и взрослой, как Шмыга.

Тот ругался матом, но не оставил ее, и Лю раз и навсегда убедилась, что он любит ее пуще жизни.

— Ты меня очень сильно любишь, да? — мурлыкала она, запрокинув голову.

— Угу, — бубнил Шмыга.

Тысячи сладких ручейков втекали из-под его языка в масляный бутончик Лю, и та стонала, сверкая улыбкой в потолок.

За окном грохотало, и даже побрякивали стекла, но она не обращала внимания: в ее теле разгоралась щекотка, приторная, как сон на рассвете, и Лю изо всех своих молодых сил распахивалась навстречу, чтобы истаять в ней, как горсть снега...

Грохотнуло где-то совсем рядом. Шмыга приподнялся и глянул в окно.

— Ууууэээ, — капризно взвыла Лю, и тот поспешно нырнул обратно.

Минуты две или три раздавалось старательное чавканье. Потом Лю вдруг подскочила.

— Не получается, — виновато сказала она. — Писять хочу.

— Здрасьте. Не могла сказать? Я тут, эта, стараюсь...

— Ну прости. Я щас, мигом...

— Помнишь, где сортир?

— Йееехоооуу! — крикнула Лю, вылетая, как была, голышом во двор.

Шмыга жил в частном секторе, и удобства были за домом, в бурьянах.

Пробежав пару шагов, она метнулась обратно — «не, нельзя босиком в говно... надо обуться... « — натянула кроссовки прямо на босу ногу и рванула к сортиру, холодея от стыдной наготы в бедрах, хоть на нее никто и не смотрел.

Прикрыв дверь, Лю села над вонючей ямой и зажмурилась, представляя, как сейчас вернется и подставится Шмыгиному язычку, и захлебнется в оргазме, как в вине, и будет орать и дрыгать ногами, и хрюкать, и пускать слюни, потому что когда кончаешь — можно все, даже то, чего нельзя нигде и никогда...

Она не слышала свиста, нараставшего за дверью, — или, может быть, он слился с ее мечтами, трескучими, как фейерверк.

Она не успела увидеть, как снаряд, прочертив воздух, влетел в Шмыгину хату и разнес ее огненным смерчем.

Все, что было рядом, смялось и отшырнулось прочь — и машина, и доски, и забор, и зеленая коробка сортира вместе с Лю, вылетевшей в бесцветное ничто.

2. Стальной

— ... Специально для вас — репортаж из войны для лагеропле... извините, из лагеря для военнопленных. Только что, буквально пять минут назад, поступила информация, что женщина-снайпер, известная как Стальная Змея, особо опасная... эээ... особо опасный враг, на чьей совести — десятки жизней наших доблестных воинов, эээ... что она взята живьем и сейчас находится здесь, в плегере для военнолаг... ой, прошу прощения! И вот вы видите ее, эту женщину, молодую женщину, эээ, девушку, бросившую мирную жизнь, учебу, семью ради того, чтобы убивать, убивать, убивать... Убивать своих братьев... Скажите, эээ, какова была ваша мотивация?

Журналистка ткнула микрофон девушке в наручниках.

У той были короткие волосы серо-стального цвета. Их можно было принять за седину, если бы не молодое лицо с пухлыми щеками.

— Вы меня слышите? Какова была ваша мотивация? Почему вы стреляли в живых людей? Почему вы...

— Я плохо слышу, — сказала девушка. — Был взрыв. А слуховой аппарат отобрали.

Журналистка, запнувшись на миг, нагнулась к ее уху:

— КАКОВА БЫЛА ВАША МОТИВАЦИЯ? ПОЧЕМУ ВЫ...

— Мой жених погиб в собственном доме. Два года назад. Его убило снарядом. Вашим снарядом. Вы его убили. И я...

— Вы слышите? Вы слышите? Похоже, она действительно верит, что мы убили ее жениха. Девушка! Мы не обстреливаем жилые кварталы! За все годы великой войны Бобра с Ослом наши снаряды ни разу не попали... то есть...

Журналистка кричала ей в ухо, потом в микрофон, потом снова в ухо. Девушка больше ничего не говорила.

— ... как и миллионы ее соотечественников... но это ее выбор, и мы... Так, судя по всему, пришел конвой, и сейчас пленных, эээ, уведут, и...

Девушка смотрела на одного из конвоиров. Тот — на нее.

Их взгляды пульсировали застывшими огнями. Казалось, они излучают радиацию.

Вскоре все в комнате умолкли...

— Эй, че такое? Работаем, работаем, — второй конвоир толкнул первого и подошел к пленной. — Давай-давай. Пошла... Убери камеру! Убрал камеру, я сказал, блядь! — насел он на оператора, выталкивая девушку за порог.

— Почему ты жив? — крикнула она другому.

— Я... У меня в доме, эта, подвал был... — бормотал тот. — И я как раз туда нырнул... за водкой...

— Вы знакомы? — ухмыльнулся второй. — Пошла, пошла. Наговоритесь еще, — он толкнул пленную в раскрытую дверь.

Девушка все оглядывалась на первого. (Как видно, она ничего не слышала.)

Тот продолжал стоять, как истукан.

3. Золотой

— Встать, — он навел на нее автомат.

Девушка не шелохнулась.

— Встааааать!!! Стрелять буду, бляяя!!! — визгливо закричал военный, тыкая автоматом в пустоту.

Она подняла голову. Посмотрела на него. Медленно встала, сутулясь, как старуха.

— На выход. На выхааааад!!! — снова крикнул тот, потому что девушка не двигалась, и толкнул ее дулом в спину.

Так они и шли: она то и дело останавливалась, а он толкал ее в спину. На третьем-четвертом шаге она застывала, и все повторялось сначала.

Пройдя коридор, они вышли наружу.

Воздух лип к коже туманом, плававшим в ночи, как чернильный кисель. Натянув балаклаву, военный толкнул девушку к воротам — Так страшнее, да? — скривилась та.

— Молчи... Слава Бобру! — крикнул военный охране, вскинув руку.

— Навеки слава, — сонно отозвались из будки. — Куда?

— На допрос. К Бате.

Заскрипели ворота. Военный включил фонарь, прорезавший ночь золотой иглой, и вытолкнул девушку вперед, в туман.

Какое-то время они молча шли. Потом, когда последнее здание осталось позади, и они вышли в поле, бездонное, как ваккуум, девушка оглянулась.

— Пошлаааа, — зашипел военный, снова толкая ее.

— Без суда? — одними губами спросила та.

Они шли долго, долго, пока огни за спиной не расплылись в золотые кляксы. Военный ослабил фонарь до минимума, и тот едва освещал вымокший асфальт.

— Стой, — вдруг сказал он, оглянувшись.

Девушка, не слышав, прошла пару шагов вперед. Потом оглянулась.

— Здесь?..

— Что «здесь», «здесь»?! — снова психанул военный. — Задолбала! Вот!..

Он снял снял автомат и положил на землю. Рядом пристроил фонарь. Потом отошел назад.

Девушка секунду или две смотрела на него. Потом кинулась к автомату, схватила его, направила на военного...

Тот стоял, скрестив руки.

— Я, эта... чесать буду отсюда. Хочешь — вали к своим. А хочешь — давай с мной. Вместе веселей.

Девушка стояла, глядя в темноту. Потом сказала:

— Я не слышу...

— На, держи. Да не вздумай стрелять, — военный подошел к ней, протягивая какую-то штуку.

Девушка вскинула дуло, но тут же опустила.

Дрожа от напряжения, она дала ему подойти и сунуть ей в ухо слуховой аппарат.

— Сейчас слышишь?... Я говорю: давай со мной. Я отсюда делаю ноги, и ты со мной... хочешь? Давай вместе. Слышишь меня?

— Слышу. Ты... хочешь бежать к нашим?

— Нахер мне твои ваши! Я просто хочу бежать. От этой долбаной войны, ясно тебе?

— Я... если убегу, я продолжу свое дело. Пока враг ходит по моей земле... Почему ты с ними?

— Я же говорил тебе... Эээх, да ты же плевалась только, вон в глаз мне попала, до сих пор чешется... Я же тебе столько объяснял... Когда по моей хате шарахнули ослисты...

— И ты в это веришь?

— ... Не перебивай! Когда по моей хате шарахнули, и ты умерла... Ну, я так думал, что ты умерла, я же не знал тогда... До того я к тебе не очень... так, гормончики и все такое... но после — меня как прошибло. Ради тебя я прорвался тогда в Боброполь, вступил в добровольческий батальон... Это все ради тебя, ради твоей памяти... Я хотел отомстить за тебя, понимаешь? И вдруг — ты жива. Ты...

Шмыга замолчал.

Молчала и Лю.

Фонарь светил в ночь золотым пучком, и в нем плавали искорки влаги...

— Ты седая или покрасилась? — спросил Шмыга.

— Седая.

Лю снова замолкла. Потом продолжила:

— Как начали отрастать — оказалось, что седые. Розовое я остригла нахрен...

Они опять замолчали.

Потом Лю сняла автомат, бережно, как ребенка, положила его на асфальт и подошла вплотную к Шмыге.

— А сейчас они у тебя золотые, — сказал он ей.

— Золотые? Почему?

— Фонарь... А на волосах у тебя капельки... Светятся...

Осторожно, будто боялся обжечься, он провел рукой по ее волосам.

Лю стояла, не шелохнувшись.

Потом начала тихо всхлипывать.

Шмыга гладил ее по голове, а она плакала все громче, клонясь к нему.

Вскоре они целовались, намертво всосавшись друг в друга ртами, как пиявки. Туман окутал их золотой шалью, мерцающей в фонарном луче.

Потом Шмыга, задыхаясь, стал сдергивать мокрые брюки с Лю и с себя. Она неуклюже помогала ему...

— Аааай! Больно...

— Что это?

На бедре у нее темнел то ли шрам, то ли кровоподтек размером с блюдце.

— Татуировка была... Великого Ослана. Соскребли пемзой... я орала, а они скребли...

— Тебя насиловали?

— Не хочу об этом...

Шмыга долго целовал ей бедра и живот. Потом с энного раза проник в нее, и они снова выпрямились, раскачиваясь в тумане, будто танцевали медляк.

— Не знала, что можно трахаться вот так... не трахаясь...

Она уже не плакала. Шмыга сопел и слизывал с ее лица золотые капельки — то ли дождя, то ли слез...

Их так и не нашли, хоть и объявили в розыск.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=163 Thu, 20 Nov 2014 09:13:39 GMT
<![CDATA[мама учит дочку, качественный HD ролик от brazzers]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=162 Thu, 20 Nov 2014 08:57:24 GMT
<![CDATA[Подборка лучших молодых порнозвезд]]> Подборка новых молодых звезд порнофильмов, находящихся в расцвете своей формы и на пике своей карьеры.
Молодые порнозвезды

Подборка новых молодых звезд порнофильмов, находящихся в расцвете своей формы и на пике своей карьеры.

-------------------------------

Kagney Linn Carter

Одна из лучших актрис, потому что умеет всё. Работа “All About Kagney Linn Karter” - абсолютная классика.
Молодые порнозвезды



-------------------------------

Shyla Stylez

В Канаде прекрасные порноактрисы, и Шила - не исключение. Она может похвастаться огромными сиськами и коллекцией из более чем трехсот фильмов. Вам будет сложно выбрать любимый.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Shazia Sahari

Юность, свежесть и экзотический шарм - все при ней. Прорывным для Шазии стал фильм “Fresh Meat 29”. С тех пор она на верхних позициях в индустрии.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Sasha Cane

Свой образ Саша построила на милости и невинности. Но видели бы вы, что она вытворяет! Да, хардкором она не брезгует. И правильно делает. Но и для любителей ванильки у этой девочки есть немало сюрпризов.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Tanner Mayes

Настоящая девчонка из соседнего подъезда. Простая, но такая желанная. К тому же, она совершенно универсальна - играет и милашек, и гадких стерв.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Sienna West

Сиенна относится к категории MILF, но даст фору любой малолетке! Не верите? Посмотрите “Manuel Ferrara is a MILF Whore”.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Katie Kox

Одна из самых впечатляющих юных актрис. За совсем небольшой промежуток времени провела невероятную работу над телом и приобрела значительный опыт съемок. Звездная роль - в фильме “Strawberry Milk Juggs”.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Alanah Rae

Этой девушке лучше всего удается жанр порнопародий. Если не верите, убедитесь, посмотрев ее версию “Семейки Аддамс” и “Supergirl XXX”.
Молодые порнозвезды




-------------------------------

Andy San Dimas

Стоит только начать, и уже невозможно остановиться! Ну, подумаешь, трусики сняла - но для Энди “всего одна” эротическая фотосессия стала роковой. Она пришла в порнобизнес всерьез и надолго и время от времени получает профессиональные премии.
Молодые порнозвезды


]]>
Новости, Девушки, Картинки http://plusda.ru?id=161 Mon, 17 Nov 2014 06:12:58 GMT
<![CDATA[голые и смешные]]>
]]>
Видео http://plusda.ru?id=160 Sat, 15 Nov 2014 10:45:29 GMT
<![CDATA[Гормональная терапия]]> Идея жены, конечно, была совершенно безумной. Но, как ни крути, она была права. Оставалось только уговорить дочку. Добившись от меня подтверждения согласия, Лариса сразу пошла к Насте. Не знаю, как она ее убеждала, но заняло это часа полтора. Все это время я лежал в своей кровати и с замиранием сердца ждал результатов. Наконец, тихая, как тень и с порозовевшим от смущения лицом, в спальню вошла Настя.
Мы с женой в страшном волнении зашли в кабинет.

— Присаживайтесь, — пожилой доктор взглянул на нас поверх очков и указал рукой на стулья вдоль стены.

Я по его глазам пытался понять, насколько все серьезно, а жена спросила сразу:

— Что с нашей дочерью?

— Успокойтесь. Ничего такого, что нельзя было бы вылечить.

— Да не тяните же!, — воскликнула Лариса, нервно заламывая руки.

— У Анастасии очень редкое заболевание. Поэтому диагностика заняла так много времени...

— И стоила таких денег, видимо!, — вставил я, вспомнив, что на это ушли все наши сбережения.

— Ты можешь замолчать?!, — накинулась жена, — При чем тут деньги, если это — наша единственная дочь!!!

Эскулап выдержал паузу и, поняв, что на этом короткая семейная перепалка завершилась, продолжил:

— Я, лично, с подобным сталкиваюсь впервые. И если бы не помощь моего старого приятеля, который сейчас работает в одной из лучших клиник Израиля, не знаю: получилось бы вообще поставить верный диагноз. Так вот... В организме Анастасии не хватает одного гормона. Название у него очень сложное, и ничего вам не скажет. В любом случае — все записано вот здесь, — он показал нам заполненный бланк, лежащий на столе.

— И что делать?, — торопливо выпалила Лариса.

— Восполнить его запасы, но... тут есть одна проблема. Синтез этого гормона чрезвычайно сложен. Этот процесс налажен лишь в одной единственной лаборатории в США и больше нигде в мире. Поэтому и лекарство очень дорогое.

— Сколько?, — обреченно поинтересовался я.

— Блистер на 10 капсул стоит около полутора тысяч. Его хватает на 5 дней. А курс лечения необходимо продолжать... в общем постоянно.

— Это... 50 тысяч рублей в месяц?, — быстро подсчитала жена и облегченно вздохнула, — Думаю, что мы сможем себе это позволить. Мы хорошо зарабатываем, хотя и придется сильно ужаться в расходах.

Доктор почесал нос и виновато ответил:

— Я не сказал? Полторы тысячи долларов.

Лариса уронила голову на колени, а я вслух выматерился. Но потом взял себя в руки.

— В обычный полис, как я думаю, эта болезнь не входит, так?

— Нет.

— Но должны же быть какие-то госпрограммы для такого диагноза?!

— Увы. Этого заболевания даже нет в реестре Минздрава.

— То есть... выхода нет? Потому что мы при всем желании не сможем поднять такие расходы.

— Я это понимаю. Потому и пригласил вас обоих. Выход есть. Но проблема тут очень деликатная.

— Говорите! Мы на все согласны!!! , — оживилась супруга.

— Скажите, у вашей Анастасии есть молодой человек?

— Пока нет... Но какое это имеет значение?

— Прямое. Я сейчас буду говорить очень неприятные для вашего уха вещи. Они могут даже показаться вам дикими. Но прошу понять меня правильно.

— Мы слушаем.

— Дело в том, что этот гормон содержится в некоторых физиологических жидкостях любого человека. В незначительных количествах он есть в моче. Но наибольшая его концентрация — в мужском эякуляте.

— Это в сперме что ли?, — уточнила жена.

— Именно. Поэтому я и спросил про молодого человека. Если бы у Анастасии была возможность делать ему минет 2—3 раза в день, она смогла бы получать этот гормон в необходимом для совершенно нормальной жизни количестве.

— А почему обязательно минет?, — покраснев поинтересовалась супруга, — Разве нельзя... ну в стаканчик там или еще как?

— В том-то и дело! Гормон в семени очень нестойкий. От соприкосновения с кислородом он распадается за считанные секунды. И сохранить его в изначальном виде любым другим способом, увы, невозможно. В той лаборатории, про которую я говорил, материал у доноров берут в специальной стерильной камере, наполненной инертным газом. А перед сдачей, кроме того, доноры проходят очень сложную процедуру: чтобы ни на руках, ни на теле, ни на пенисе, ни даже внутри мочевыводящего канала пениса не было никаких посторонних примесей. Потому и цена столь высокая.

— А моча?, — спросил я, — Там он тоже нестойкий?

— В урине его слишком мало. Придется выпивать не менее 10 литров в день. А это, согласитесь, практически неосуществимо. К тому же повлечет за собой другие, не менее серьезные, проблемы со здоровьем. Соляной раствор — сами понимаете. Начнут образовываться камни в почках и так далее...

— Черт! Ну где мы выкопаем этого бойфренда?! Не на панель же ей идти ради лекарства?!

— Я не знаю. Но решать проблему вам нужно очень быстро. Сейчас я ввел Анастасии поддерживающий курс других лекарств, но их действие закончится максимум через неделю. Потом они уже не помогут, и начнется ухудшение состояния.

* * *

Из клиники мы уходили в совершенно подавленном состоянии. Позже, дома, жена впала в состояние полного отчаяния. Она рыдала и колотила подушку минут 40, а затем вдруг умолкла и подняла на меня зареванное лицо:

— Леш... А если ты?

— Что я?

— Станешь донором? На первое время? Пока у нее кто-нибудь не появится?

— С ума сошла? Она моя дочь!

— И что? Есть такие вещи, на которые ты не готов ради дочери?!

— Нет, но... как ты себе это представляешь?

— Настю я беру на себя. Главное — ты согласен?

— А у меня есть выбор?

— Вообще-то нет, Леш, и ты это знаешь не хуже меня.

— Нет, погоди... Но я не смогу! А если я тебе в рот кончу, а ты потом ей сплюнешь?

— Ты забыл? Доктор сказал, кончать нужно в горло и сразу сглатывать. Во рту, потому что, тоже кислород. Я не успею до нее ничего донести за 2 секунды. Гормон распадется.

Идея жены, конечно, была совершенно безумной. Но, как ни крути, она была права. Оставалось только уговорить дочку. Добившись от меня подтверждения согласия, Лариса сразу пошла к Насте. Не знаю, как она ее убеждала, но заняло это часа полтора. Все это время я лежал в своей кровати и с замиранием сердца ждал результатов. Наконец, тихая, как тень и с порозовевшим от смущения лицом, в спальню вошла Настя.

— Дочка?, — только и смог выдавить из себя я

— Не надо ничего говорить, пап... Мама мне все объяснила. Я готова.

Она подошла ближе и присела на краешек кровати.

— Ты... когда-нибудь делала это раньше?

— Один раз, — покраснев еще сильнее ответила она и тут же поспешно добавила, — Но не до конца. Просто... языком немного, ну и... внутрь чуть-чуть.

— Думаю, мы справимся. Ты же понимаешь, зачем...

— Пап! Не надо! Я правда все понимаю. И понимаю, как тебе нелегко. Так что давай лучше начнем.

— Да уж... нелегко. Думаю, что и тебе совсем не просто.

— Папа!!! , — с упреком крикнула она.

— Все, все. Молчу. Ну-у... , — я трясущимися руками спустил трусы до колен, — Вот, собственно...

— Только ты закрой глаза, ладно?

— Конечно, Насть.

Я смежил веки и попытался расслабиться. Сначала моих бедер коснулись волосы дочери, а затем ее губы обхватили головку моего члена. Но случилось непредвиденное. Видимо стресс, перенесенный мною из-за всей этой ситуевины, сыграл злую шутку. Мой инструмент никак не хотел оживать. Я чувствовал, как старается дочка, как она всасывает его в себя на всю длину, но делу это не помогало. Член оставался вялым.

— Прости!, — не выдержал я и открыл глаза, — Но я не могу! Ничего не выйдет. Он не встанет.

Дочка оторвалась от своего занятия, подняла голову и посмотрела на меня. Причем во взгляде ее явно чувствовалась благодарность.

— Пап, не расстраивайся. Я даже рада, что так вышло. Было бы по-другому, я начала бы всякое себе придумывать... А так я вижу, что ты не хочешь этого и делаешь только из необходимости, чтобы мне помочь.

— Но помочь-то не могу!!!

— Может... маму позвать?

Лариса, судя по всему, подслушивала под дверью. Потому что едва Настя ее упомянула, как она тут же вошла в комнату. Сразу оценила обстановку и тяжко вздохнула.

— Ох, горя вы мои луковые. Ничего без меня не можете. Отвернись дочка!

Настя послушно уставилась в окно, а моим членом завладела супруга. В этом деле толк она знала, потому что минет любила лишь чуточку меньше, чем традиционный секс. Ларисе удалось привести его в боевое состояние секунд за 30, после чего она вновь уступила место дочери. Но сама не ушла, а начала помогать ей советами:
— Так, посильнее губами обхватывай... Ага! И рукой немного помогай... Вот так!... Двигай ручкой навстречу губкам... Да не так сильно сжимай!... Во-от!... А еще можешь орешками поиграть немножко, только очень нежно...

Под руководством Ларисы дело пошло гораздо лучше. Настя старательно выполняла все рекомендации матери, и вскоре я ощутил приближение конца. В последний миг я положил руку на голову Насти и надавил вниз. Первая струя с силой ударила ей прямо в горло. Для дочки это стало полной неожиданностью, и она, преодолев сопротивление моей руки, инстинктивно отпрянула назад. Член выскочил наружу и начал забрызгивать драгоценным лекарством лицо и волосы Насти, пока она судорожно откашливалась после первой дозы.

Когда все закончилось, дочка выглядела очень виноватой и чуть не плакала...

— Я... я не смогла... Простите...

Лариса тут же села рядом и обняла ее за плечи.

— Не расстраивайся. Это я виновата. Забыла, как это непросто с непривычки. Я покажу тебе. На учебу завтра не пойдешь. Будем дома учиться.

Тем же вечером жена съездила в круглосуточный секс-шоп и приобрела фаллоимитатор, максимально схожий с моим членом по геометрическим параметрам. Весь следующий день они, закрывшись в Настиной комнате, практиковались на тренажере. Как я понял, по намекам Ларисы за обедом, она учила дочку заглатывать член максимально глубоко, не испытывая при этом рвотных позывов. А вечером она привела дочку ко мне для сдачи «экзамена». Но у меня снова не встал. Лариса была рядом и немедленно пришла на помощь. Только на этот раз она уже не просила Настю отвернуться, так как хотела наглядно продемонстрировать правильную технику уже на одушевленном объекте. Пока она увлеченно давала урок, я украдкой посмотрел на сидящую рядом Настю. Увиденное меня шокировало. Мало того, что дочка смотрела на все происходящее шальными глазами, так еще и ее рука проделывала непотребные вещи! Я не был уверен на все 100% (она сидела боком ко мне в своем домашнем халатике), но выглядело все так, что Настя забралась в трусики и вовсю ласкала себя там! Неужели ее возбуждает наблюдение за тем, как ее мать делает минет отцу?! Хотя, почему это не должно ее возбуждать? Любого бы, наверное, возбудило. Из раздумий на эту тему меня вывел голос жены:

— Настен, теперь ты...

Они живо поменялись местами, но к делу дочка приступила не сразу, а сперва попросила:

— Пап, только ты не дави мне на голову, ладно? Просто положи мне руку на затылок, а я дальше сама.

Едва мой член очутился во рту у Насти, как я понял — старания Ларисы не пропали даром. Конечно, дочка немного уступала жене в профессионализме, но все равно — сосала она отменно! И брала поглубже, когда надо, и зубками иногда слегка прикусывала, и ручкой помогала, и про яички мои не забывала. Неудивительно поэтому, что развязка наступила очень быстро. Я едва успел подать условленный знак дочери. Почувствовав его, она закинула голову назад, а затем резко опустила ее вниз, приняв в себя мое немаленькое достоинство до самого основания. Головка члена вошла в узкую теснину ее глотки, и я сразу начал изливаться. Дочке стала пунцовой от напряжения, втянула щеки и начала судорожно сглатывать мою сперму. Ей было определенно нелегко, но она справилась и выдержала испытание до конца, пока мой поток не иссяк. Лишь после этого она отстранилась. Член вышел наружу, увлекая за собой несколько мостиков тягучей слюны. Они начали провисать, истончаться, пока не лопнули и не собрались на губах Насти и на головке члена маленькими, поблескивающими в электрическом свете капельками.

— Ты как, доченька?, — с тревогой спросила жена.

— Нормально, мам.

— У тебя все получилось. Умница.

— Да. Только можно я в следующий раз одна все сделаю? Мне не очень удобно при тебе.

— Конечно, Насть. Я понимаю.

Дочка вышла, а Лариса первым делом поинтересовалась у меня:

— Тебе, похоже, понравилось?

— Есть немного... И это самое противное. Думаешь приятно осознавать, что тебе делает минет родная дочь, а ты от этого удовольствие получаешь? Хоть и чисто физиологическое?

— Но мы должны...

— Я должен, Лариса! И буду это делать. Но обсуждать это с тобой мне неприятно. Так что давай воздержимся от расспросов на тему: нравится мне это или нет. И, кстати, если тебя при этом не будет рядом, мне тоже будет гораздо проще.

— А если опять не встанет?

— Встанет. Ты... хорошо ее научила.

На этом тема была закрыта и больше мы к ней не возвращались. Каждое утро и каждый вечер я заходил в комнату дочери и давал ей «лекарство». А жена старательно делала вид, что ничего не происходит. Такое положение вещей устраивало всех. Но у меня возникли другие проблемы. Целых три. Во-первых, оральный секс с Настей начал по-настоящему возбуждать меня. Я входило к ней уже во всеоружии, предвкушая очередной сеанс гормональной терапии. Во-вторых, это начало возбуждать и Настю. Я неоднократно замечал, что она тайком ласкает себя между ног, пока сосет мне. Наконец, в-третьих, Лариса все чаще начала проявлять недовольство, так как я гораздо реже, чем раньше, начал уделять ей внимание, а попросту — почти перестал ее трахать. Тому, конечно, было логическое объяснение: непросто было перестроиться на секс с супругой сразу после того, как ты кончил в ротик общей дочери. Но от этого ни мне, ни Ларисе, было не легче. Поэтому жена вновь сходила к доктору, и тот заверил, что если раз в неделю пропускать прием «лекарства», то ничего страшного не случится, хотя это и нежелательно.

После этого мы на семейном совете решили, что Суббота станет нашим с Ларисой днем. В первый же такой день дочка тактично с самого утра ушла к подруге, предоставив квартиру в полное наше распоряжение. Стоило ей уйти, как Лариса буквально слетела с катушек. Она практически изнасиловала меня прямо в прихожей. Через пару часов заставила меня овладеть ею на кухне, во время приготовления обеда. А остаток дня до вечера, мы провели кувыркаясь в постели. В итоге, я кончил в нее 5 раз, и на следующее утро Настене досталось совсем мало моей спермы. Но это было не самое страшное...

Когда я вошел утром в ее спальню, она чуть ли не набросилась на мой член, и сосала его с такой жадностью, что я окончательно понял: ежедневные процедуры стали для нее не вынужденной необходимостью, а желанной потребностью! Она настолько пристрастилась к ним, что даже однодневный перерыв стал для дочки тяжелым испытанием. Кроме того, тем же утром она практически открыто мастурбировала, обрабатывая ротиком мой инструмент. А затем продолжила более активно, когда я вышел. Задержавшись за ее дверью, я отчетливо слышал ее сладстрастные стоны, чуть не перешедшие в крик, когда она кончила.

Сделанное мною открытие подтолкнуло меня к серьезному самокопанию. И в конце концов, я вынужден был признаться себе, что я тоже хочу большего, чем просто минет. С женой, разумеется, я делиться не стал. Но для очистки совести дал себе клятву, что сам никогда не сделаю первого шага в направлении изменения моих сексуальных отношений с дочерью.

Первый шаг она сделала сама: вечером следующего дня. Обычно все происходило так: я заходил в Настину спальню, снимал трусы и ложился поперек ее кровати, спустив ноги на пол. Дочка была в домашнем халате. Она садилась на корточки промеж моих ног и бралась за дело. Но в тот день халата на ней не было: лишь белые трусики и маечка, сквозь которую отчетливо проступали ее островерхие грудки с торчащими от возбуждения сосками. Я обнажился ниже пояса и лег, как всегда, поперек.

— Пап, мне кажется, тебе так неудобно. Ноги затекают. Ляг вдоль.

Я мысленно соврал себе, что она права, мол, так действительно

удобнее, и выполнил ее просьбу. Настя заняла позицию сверху, валетом и обхватила мою головку губами. Ее попка была прямо напротив моего лица. порно рассказы Я видел натянутую на ее промежности ткань трусиков, с неглубокими складочками. Видел проступившее наружу мокрое пятнышко. А нюх будоражил волнующий и подзабытый запах возбужденной юной, свежей девичьей плоти. Боже, как же мне хотелось сдвинуть перекрывающую обзор белую полоску в сторону и припасть к Настиной киске губами! Я сдерживался из последних сил! Я начал думать, какая она на вкус? Наверняка столь же приятная, как и запах. Эти мысли так подхлестнули меня, что очень скоро я начал кончать. Мне уже не нужно было подавать дочке никакие знаки: она так поднаторела, что сама заранее угадывала приближение моего оргазма. Так было и сейчас. Настя заглотила мой член до основания и приняла в себя все, что я ей мог дать. Но на этот раз она не выпустила меня, а продолжила сосать. Более того, она приподняла попку и сунула руку в трусики, начав себя ласкать! Ее копошашиеся под тканью пальчики были всего в нескольких сантиметрах от моих глаз. Выглядело это чертовски развратно и неправильно. Мой пенис, не успев до конца обмякнуть, вновь начал твердеть. Настя почувствовала это и удвоила свои усилия. Эмоции и ощущения, испытываемые мною, были столь сильными, что я совершенно потерял контроль. Я ухватился за верхнюю резинку трусиков дочери и потянул их вниз, пока они не уперлись в Настину ручку. Она тотчас убрала ее, но лишь для того, чтобы снова просунуть между ног, но уже поверх белья. Теперь ее щелка, поросшая светлыми вьющимися волосиками, бесстыдно была полностью открыта моему нескромному взору. Я видел, как два мокрых от смазки пальчика нырнули промеж приоткрытых припухших губок в сокровенную дырочку, окруженную нежно-розовой плотью и принялись сновать в ней туда-сюда.
Я кончил еще раз, и сразу после этого начала кончать и Настя. Ох, что это было за зрелище! Несмотря на довольно богатый опыт, я впервые воочию видел (и к тому же в упор), как ритмично сокращаются ее интимные мышцы, а маленький зев вагины плотно обхватывает введенные в него пальчики. И всем своим телом ощущал конвульсии, прокатывающиеся по телу дочери...

После всего Настя не слезла с меня, а обессиленно скатилась на бок и повернулась ко мне спиной. Я понял, что говорить сейчас ничего не нужно, поэтому просто встал, натянул трусы и тихо вышел из комнаты.

Утренний минет был вполне традиционным, но я заметил, что на уме у Насти творится что-то неладное. Она была задумчива и рассеяна. Не знаю, что за мысли вертелись у нее в голове, но вечером я понял, что они явно не были связаны с тем, чтобы дать задний ход в наших экспериментах. Дочку я застал под одеялом. Едва я закрыл за собой дверь, как она отбросила его, и я ошеломленно замер. Настя была совершенно обнажена! Увидев мой офигевший взгляд, она пояснила:

— Но ты же голый, пап. Я подумала, что будет честно, если я тоже... разденусь.

Спорить я не стал, не мог. Мы легли, как и вчера, но на этот раз дочка сразу начала мастурбировать перед моими глазами. И кончили мы снова вместе. И снова я не решился распустить руки или попытаться поцеловать Настину киску. Я сделал это на следующий день. Просто убрал мешающую руку дочери, и припал лицом к ее раковине. Я ласкал ее губами и языком так ожесточенно, что она позабыла о минете и полностью отдалась мне, пока не кончила. И лишь после этого, отдохнув немного, помогла кончить мне.

С тех пор так у нас и повелось. Сначала я доводил ее до оргазма, затем она меня. Это был чисто оральный секс. Я ни разу даже не касался ее груди, не говоря уж о традиционных поцелуях и объятиях. Но чем дольше это продолжалось, тем отчетливей становилось понятно, что рано или поздно мы нарушим границу, и у нас будет все. Я знал, что хочу этого, и видел, что Настя тоже хочет. Лариса ничего не знала, но определенно догадывалась. Однажды она с грустью сказала мне, когда я вечером вернулся от дочери:

— Ты пахнешь ею... весь...

— У нас не было секса. Я бы не стал, — только и смог ответить я

— Не хочу знать, что там у вас происходит. Никогда! Ты меня понял?, — очень серьезно сказала она и отвернулась.

Больше она на эту тему не заикалась, а я начал принимать душ после общения с дочерью. Где-то через месяц я совершенно успокоился. Жизнь размеренно шла своим чередом, пока однажды в нашу дверь не позвонили. Открывать пошел я и очень удивился, увидев на пороге полицейского. Он представился, показал свои документы и потребовал предъявить мои. Сверив паспортные данные с записями в своем блокноте, он под роспись вручил мне повестку к следователю. На все мои расспросы полицейский лишь уклончиво отвечал: «Там Вам все расскажут». Чтобы не тревожить раньше времени семью, я соврал им, что приходили опрашивать общественное мнение насчет работы ЖКХ. Мне поверили. Семья была спокойна, а вот я не находил себе места.

На следующий день строго в назначенное время я сидел в кабинете следователя Охрименко. Сначала, для порядка, он задал мне несколько дежурных протокольных вопросов: ФИО, дата рождения, адрес проживания и так далее. А затем, отложив ручку в сторону, приступил непосредственно к делу:

— Алексей Викторович, дело в том, что в данный момент мы ведем следствие по одному очень щекотливому делу одного доктора, — следователь назвал фамилию и имя, — На сегодня у нас есть 3 заявления, но мы уверены, что потерпевших значительно больше. Просто дело настолько деликатное, что мало кто добровольно согласится пойти с ним в полицию. Поэтому мы опрашиваем всех пациентов подозреваемого за последние полгода.

— Почему полгода?

— Именно столько, чуть меньше, он работает в нашем городе. Так вот... Среди пациентов была и Ваша дочь, Анастасия Алексеевна, 18 лет. Но вызвал я именно Вас, так как установлено, что после назначения лечения Ваша дочь ни разу не была на приеме у подозреваемого. А вот Вы трижды после этого записывались к нему на индивидуальную консультацию.

Я тут же припомнил, что оба раза записывался действительно я, но первый раз ходил на консультацию с женой, а во второй и третий разы Лариса пошла туда без меня. Однако, говорить об этом следователю я не стал, а просто коротко ответил «да».

— Хорошо. Анастасию Алексеевну я пока решил не привлекать, чтобы лишний раз не травмировать ее психику.

— Спасибо.

— Эксперты проанализировали историю болезни Вашей дочери и пришли к заключению, что диагноз ей был поставлен верно, в отличие от других. И курс препаратов, назначенный подозреваемым, также был совершенно правильным. При соблюдении условий приема должен был полностью решить проблему. Но скажите, Алексей Викторович, подозреваемый рекомендовал лично вам какие-либо другие, нетрадиционные методы лечения заболевания Вашей дочери?

— Что Вы имеете в виду?, — осторожно поинтересовался я

— Считаю, что не раскрою Вам тайну следствия, если отвечу, без фамилий само собой. К примеру, одному мужчине подозреваемый диагностировал редкую форму геморроя и порекомендовал ежедневный анальный секс, чем побудил больного вступить в гомосексуальную связь со своим братом. У другой женщины он определил гормональный дисбаланс и назначил уринотерапию. Причем моча должна была быть ближайшей родственницы женского пола. В данном случае — родной дочери. Про третий случай я даже говорить не стану: это вообще за все рамки выходит. И я повторю вопрос: был ли в Вашем случае рекомендован какой-либо нестандартный метод лечения?

— Нет. Прописал лекарства и все., — как можно увереннее ответил я

— Ну что ж... Так и запишем.

Пока следак писал, я поинтересовался:

— А сам доктор ни в чем не сознается?

— Он далеко не глупый человек. И занял единственно правильную в его положении позицию: «Вам надо, вы и доказывайте». В любом случае, чистосердечки мы тут не дождемся. Он ведь понимает, что никакого особенного вреда, кроме морального ущерба, он потерпевшим своими действиями не причинил.

Я подписал протокол и с тяжелым сердцем вышел из райотдела. Передо мной стояла дилемма: рассказывать все Насте с Ларисой или нет. Если расскажу — травма для обеих будет еще та! А если умолчу, и они узнают о докторе-извращенце из других источников — удар будет не меньше. Но ведь тогда получается, что в обоих случаях исход будет одинаковым. Только в первом — сразу, а во втором — позже... А если они НЕ узнают вообще?! Такое возможно. Дело действительно очень деликатное, чтобы о нем трубили в СМИ. Значит, возможно, они навсегда останутся в неведении! А если все-таки инфа всплывет, я запросто могу сказать, что для меня это такая же новость, как и для них. Таким образом, решение было принято, и я с легким сердцем направился домой. Пусть все будет, как было! А потом она найдет себе жениха, и будет радовать его. И все у всех будет хорошо, безо всяких там психических травм!

По пути я зашел в бар, где на радостях (и чтоб снять стресс) выпил. Причем, чуть больше, чем следовало. Ларисы дома не было. Она уже давно вступила в какой-то чайный клуб и регулярно, раз в неделю, посещала проводимые им мероприятия. Типа, чайные церемонии. Сегодня был именно такой день. Вернуться она должна была не раньше 11, и я сразу, как был навеселе, направился в комнату дочери, раздеваясь на ходу.

Она не ждала меня так рано и потому была одета.

— Пап, ты пьян?!, — с упреком спросила она

— Немного дочка... Давай сейчас это сделаем? Я пораньше лечь хочу.

Я подошел к ней с покачивающимся параллельно полу членом, приобнял за плечи и подтолкнул в сторону кровати.

— Нет, пап. Ты забыл? В состоянии опьянения этот гормон не вырабатывается.

— С чего ты взяла?, — недоуменно спросил я, так как слышал об этом впервые.

— Доктор говорил.

— Когда?

— Да не помню уже точно. Недели через две после того, как мы с тобой начали, я была у него на повторном приеме.

Я точно знал после разговора со следователем, что это неправда. Но никак не мог взять в толк, зачем Настя мне врет? Рассерженой из-за моего состояния она совсем не выглядела. Наоборот, в ее глазах горел какой-то шальной огонек. Не будь она моей дочерью, я бы сказал блядский огонек. Разгадки ждать пришлось недолго.

— Но я вижу, ты уже настроился?, — она нежно обхватила мой член рукой, — Если хочешь, я могу помочь тебе... другим способом.

— Ты... ты о чем?

Вместо ответа она медленно скинула с себя халатик, а затем лифчик. Подошла ко мне вплотную и тихо прошептала:

— Хочешь потрогать мою грудь?

— А... можно?

Она сама взяла мою руку и положила ладонью на свой упругий холмик.

— Дочка, ты... правда этого хочешь?

— Пап, зачем себя обманывать? Мы ОБА этого хотим...

Ее губы коснулись моих, и это поцелуй был столь сладок, что у меня закружилась голова. Я обнял ее и прижал к себе всем телом, чувствуя ее тепло. Она вся трепетала, когда я ласкал ее гладкую бархатистую кожу, и целовал. Целовал везде: губы, грудь, маленькие тугие сосочки, мягкий живот. Я не заметил, когда она успела снять трусики и понял это только тогда, когда мои губы, спускаясь от живота вниз, коснулись начала ее расщелинки, не встретив по пути никаких препятствий. Погрузив язык в ее киску, я обхватил ее за бедра, поднял и перенес на кровать. А затем овладел ею. Сразу, без прелюдий, вонзившись в скользкую горячую дырочку. Настя не была девственницей. Я лишь отметил это про себя и тут же забыл, начав медленно, с большой амплитудой, таранить ее любовное отверстие. Она обхватила меня ножками и отдалась мне вся. Я смотрел на ее счастливое лицо и жадно брал ее, постепенно увеличивая темп, подзадориваемый стонами, которые срывались с ее губ при каждом толчке. Мне хотелось только одного: доставить ей, как можно больше удовольствия. Эта цель настолько овладела мною, что на каком-то этапе мое собственное возбуждение перестало нарастать, и я почувствовал в себе силы продержаться только, сколько нужно. Но стоило Насте забиться подо мной в оргазме, как эта внутренняя преграда была сломлена, и я очень быстро достиг кульминации:

— Дочка... я... сейчас... !!!

— В меня, пап! Кончи в меня!! Наполни меня всю!!! Не думай ни о чем. Сегодня можно!

Да я и не мог думать...

— Что мы наделали?, — спросил я, сидя на четвереньках перед распластанной передо мной дочерью.

Ее ножки были раскинуты в стороны, дырочка еще не успела сомкнуться после моего вторжения, а из нее белесой струйкой по промежности сбегала вниз на покрывало моя сперма.

— Ничего, чего бы нам не хотелось.

— Ты ведь соврала про доктора и алкоголь?

— А как еще я могла добиться того, чего так давно хочу больше жизни? Признайся, что сам бы ты еще долго не решился. Или никогда.

— Да. И ты права: я тоже давно хотел этого.

— Теперь мы можем делать это каждый день, пап.

— А твое «лекарство»?

— Я ведь знаю, ты можешь два раза подряд. С моей помощью, правда, — она хихикнула, — Так что сначала ты кончишь мне в ротик, а потом мы сможем уже по-настоящему.

— Мне ведь уже не 20, Настя. Таким темпом ты выжмешь меня, как лимон.

— Мы можем делать это через день. Ладно?

Через день у нас получалось редко. Дочка была ненасытной. Но, с другой стороны, и во мне раскрылись какие-то скрытые доселе резервы организма. Поэтому иногда я удовлетворял ее (и себя) дважды в день: утром и вечером. Лариса не могла не заметить, что мои визиты к дочери стали неприлично продолжительными. Но, к моему удивлению, она никак на это не реагировала. Неужели не догадывалась, что тут дело нечистое? Однако, вскоре у нас с Настей появилась возможность уединяться еще на более долгий срок и не вызывать подозрений Ларисы.

Жена записалась в фитнес-клуб и теперь отсутствовала дома уже 4 вечера в неделю. Это были наши с дочкой дни, и мы пользовались свободой на полную катушку. Презервативом не пользовались. Настя скрупулезно вела свой календарик и в опасные дни я либо вынимал из нее перед тем, как излиться, или брал ее в попу. Да, да! Очень скоро мы дошли и до анального секса. Причем, Насте это даже стало самой нравиться! Но, как вы знаете, все хорошее рано или поздно заканчивается. Закончилась и наша сказка. Однажды, лежа в постели, жена спросила меня:

— Ты занимаешься сексом с Настей?

По ее тону я понял, она обо всем догадалась. Поэтому врать я не стал:

— Да. Так получилось...

— Понятно, — вздохнула она и больше ни слова.

Изведенный до предела ее молчанием, я не выдержал:

— И что ты думаешь делать? Разводиться? В полицию? Не молчи!!

— Я думаю, что решать надо тебе, Леша. Но прежде, чем ты решишь, ты должен знать... Я изменяю тебе. Правда, смотря с какой точки зрения смотреть. Вот так...

— С кем?

— Это неважно. С мужчиной. И у него та же группа крови, что и у меня.

— Причем тут это?

— Притом... После Насти я тоже решила провериться на гормоны. Пошла к Настиному доктору. Помнишь? Ты еще записывался по своим именем? Сдала анализы. Потом еще раз сходила к нему на консультацию, когда результаты пришли. У меня обнаружилась проблема. Небольшая, но для любой женщины существенная. Могло начаться преждевременное старение. Лекарства дорогие, и врач посоветовал мне почти то же, что и Насте. Я должна была пить сперму мужчины, с той же группой крови, что и у меня. А у тебя другая. Поэтому я ничего тебе не сказала, а решила найти донора сама. И нашла. А потом у нас вышло, как и у вас с Настей. Понятно?

— Мда... Значит, весь твой фитнес и чайный клуб это...

— Все верно.

Непонятно только, как ты про нас с Настей узнала?

— Непонятно? Я слепая по-твоему?! К тому же, Леш, я тоже была у следователя. Сразу после тебя.

— И ты ничего не сказала? И не порвала с тем... донором отношения?!

— А ты порвал? Или сказал? Так что, милый, грех тебе меня в чем-то упрекать.

В спальне повисла долгая тишина.

— Знаешь, Ларис, — наконец, решился я, — мы можем все прекратить. И жить потом вечно с чувством вины. И, возможно, сделать несчастной нашу дочь. И черт знает что еще. Или... Мы можем оставить все как есть, а жизнь... она сама все расставит по местам. Как ты думаешь? Или ты хочешь уйти к этому донору?

— Нет. Мне хорошо с ним, врать не буду, но это только секс, честное слово! А люблю я тебя. Хочешь верь, хочешь нет.

— Я тоже тебя люблю. И... ? Пусть все остается так?

— Пусть. Думаю, это лучший выход. Пусть жизнь все сама расставит, как ты сказал.

— Но доступ к своему телу-то ты мне не перекроешь? Из-за донора?

— О-о, — хихикнула жена, — Я столько новых штучек узнала! Закачаешься.

— А может тогда и Настю научишь? Как с минетом?, — вконец обнаглел я

— Да почему нет? Она вообще могла бы иногда спать с нами.

— Ну ты и штучка, Лар! Ты меня поражаешь!, — рассмеялся я

— Ты еще далеко не все обо мне знаешь, милый!

— Да ладно?! И что?

— Не сейчас. Всему свое время. Но обещаю: поражен будешь не меньше!

На этом сказка действительно закончилась. Но началась совсем другая сказка...
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=159 Fri, 14 Nov 2014 17:11:47 GMT
<![CDATA[Братишка]]> Меня зовут Света, мне 21 год. Я уже замужем, живу с мужем в отдельной квартире. Есть у меня еще младший брат, Димка, ему 18 и он живет с родителями. Я часто хожу в гости к ним, а точнее к брату. Так получилось, что у нас с ним бывает секс. Нам обоим нравится, но об этом никто не знает. До свадьбы я встречалась со многими парнями, спала правда не со всеми, но секса мне, можно сказать, не хватало. Я иногда в ванной пыталась себя поласкать, но этого было недостаточно. Меня зовут Света, мне 21 год. Я уже замужем, живу с мужем в отдельной квартире. Есть у меня еще младший брат, Димка, ему 18 и он живет с родителями. Я часто хожу в гости к ним, а точнее к брату. Так получилось, что у нас с ним бывает секс. Нам обоим нравится, но об этом никто не знает. До свадьбы я встречалась со многими парнями, спала правда не со всеми, но секса мне, можно сказать, не хватало. Я иногда в ванной пыталась себя поласкать, но этого было недостаточно.
Однажды я, как обычно, была дома с Димкой, родители были на работе, делать было нечего и мне захотелось секса. Я еще лежала в кровати и мне захотелось своего брата Диму. Сразу предложить ему это я побоялась, поэтому я решила сделать все постепенно. Он сидел за компом и играл в какую-то игру, а я пошла в ванную. Кстати сказать, я особо не стеснялась своего брата, могла при нем переодеться, но в последнее время стала замечать, что он как-то по другому стал на меня смотреть.

Однажды я заметила, что он подглядывал за мной в ванной, но я сделала вид, что ничего не видела. Я вошла в ванну, дверь оставив немного прикрытой так, чтобы из комнаты брату было видно меня полностью. Ванна заполнилась водой с пеной, я скинула халатик, погрузилась туда целиком и расслабилась. Краем глаза я заметила, что Дима за мной наблюдает, и я решила позвать его к себе. Он подошел к двери ванной и спросил:
— Чего тебе?
— Зайди сюда, не бойся. Поговори со мной, а то мне скучно. Он немного засмущался, но вошел. Я спросила, есть ли у него девушка, и он ответил, что пока нет.
— А какие девушки тебе нравятся? — поинтересовалась я.
— Ну, стройные, не худые, где-то как ты.
— А я красивая?
— Конечно!

От этих слов я начала немного возбуждаться, тем более я лежала абсолютно голая перед братом, скрываясь только за плавающей в воде пеной. Я намочила голову и попросила его подать мне шампунь и начала ее намыливать. Я села так, что грудь моя оказалась над водой, но из-за пены сосков почти не было видно.
— Дим, включи душ и полей мне на голову. — снова попросила я.
— Что-то раньше ты сама все делала, а сегодня просишь помочь? С чего бы это?
— Просто хочется, чтобы кто-то поухаживал за мной, или тебе неохото?
— Да нет, помогу если надо. И он начал смывать шампунь с моей головы и вместе с тем пену с груди, полностью оголив мои торчащие сосочки. Я не стала прятать грудь и намылив мочалку, попросила потереть мне спинку. Брат, конечно, немного смутился, но стал тереть мне спину.

— Спасибо, дальше я сама. — и взяв у него мочалку стала намыливать себе грудь.
— Ну, все, я пошел? — отвернувшись спросил Дима.
— Да ладно, посиди со мной, не бойся, а то мне скучно. Можешь смотреть, я не стесняюсь. Мне пришлось встать во весь рост, чтобы намылить ту часть туловища, что была в воде. Я уже так возбудилась, что мочалкой скорее ласкала свое тело, чем мылила. От вида моего обнаженного мокрого тела у Димки в шортах появился бугорок, который он пытался прикрыть положив ногу на ногу.
— Ой, а что это там у тебя? — радостно спросила я.
— Ничего. — покраснев ответил он.
— Покажи, мне его, пожалуйста, а я тебе тоже кое-что покажу.
— Да я и так все вижу, ты же совсем голая.
— Ну покажи, пожалуйста. — умоляла я его.
— Ладно, смотри. — оттянув резинку шорт с трусами, он показал член наполовину.
— Вау! Какой классный! Покажи его целиком. Димка приспустил немного шорты, полностью оголив яйца.
— Да сними ты трусы, не бойся, я ведь тоже голая. И он скинул с себя всю одежду, встав передо мной со стоящим членом.
— Какой ты красивый, — сказала я глядя на нагого брата. — Совсем как Аполлон. — А можно я его потрогаю?
— Да, а я твои сиськи. — осмелев немного, ответил он.

— Да трогай меня где хочешь. Я взяла в руку его член, он был такой горячий и твердый, а Димка обеими руками припал к моим грудям.
— Они у тебя классные. — сказал он, зажав между пальцами мои затвердевшие соски.
— А тебе так приятно? — сделав пару движений рукой по члену туда-сюда, поинтересовалась я.
— Да не то слово! — выдавил из себя он и начал кончать на меня.

Я уже вся горела от возбуждения, мне хотелось, чтобы он потрогал меня везде, особенно между ног. Но Дима, кончив, немного засмущался и пытался отойти от меня.
— Подожди, Дим, ты же кончил, а я то нет. Я тоже хочу. Хочешь, я покажу тебе то, чего ты еще не видел? — Ну, покажи. Я повернулась к нему спиной и нагнулась так, что выставила напоказ ему свои дырочки.
— Ничего себе! — еле выговорил Димка.
— Потрогай меня там, не бойся. Он начал одной рукой гладить мне попу, постепенно приближаясь к промежности. Потом стал обеими руками мять ягодицы, отчего я замлела. Член Димкин начал потихоньку приподниматься после небольшого перерыва. И вот, наконец, он дотронулся до моей киски и начал ее поглаживать, мять пальцами, от чего я совсем поплыла. Его член уже стоял как кол и мне захотелось почувствовать его в себе.

— Залезай ко мне в ванну и стой так. — скомандовала я ему. Нагнувшись опять также, я приблизилась попой к его члену и, взяв его в руку, стала вставлять в себя. Дима, поняв, что надо делать, вдавил его до конца в меня. Я не сдержалась и испустила протяжный стон.
— Тебе больно? — испугался Димка.
— Нет, наоборот, классно. Подвигай им туда-сюда, и возьми меня за сиськи. Он так и сделал. Начал потихоньку, потом вошел в азарт и стал уже долбить. Я себя не контролировала, волна оргазма накрыла меня и я чуть не упала. Димка меня удержал и я села перед ним так, что его член оказался напротив моего лица.
— Теперь я кончила, а ты нет.
— Ага, но я еще хочу.
— Сейчас я тебе помогу, но сначала надо помыть твой член.

Димка включил воду и я помыла его. Немножко подрочив ему, я дотронулась до него язычком, потом обхватила губами головку. Облизала ее и стала ему сосать. Димка закряхтел от кайфа и начал двигать членом, вернее трахать меня в голову. Я стала гладить ему попу и пальцами искать его анус. Как только я его нащупала и стала пальчиком надавливать, Димка начал кончать, вытащив член из моего рта и забрызгав мне грудь. Полежав немного в ванной, мы помыли друг друга. Потом вышли оттуда оба голые и стали одеваться, т. к. родители должны были вот-вот прийти. Нам очень это понравилось и мы теперь часто ходим в гости друг к другу.
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=158 Sat, 19 Jul 2014 17:13:43 GMT
<![CDATA[Поездка к сестре на выходные. Часть 2]]> Потрахавшись с пол часика, я сказала им, что их ожидает новогодний сюрприз. И в комнату вошла Юля, в коротеньком пеньюаре темного цвета. «Алешка, а ну быстренько помоги тетке раздеться, чего застыл, как статуя» — приказала я командирским голосом. «А это и есть мой сюрприз» — обратилась я к Андрею, тоже опешившего от удивления. Алешка раздел тетку, и взяв её за руку, подвел к кровати. После того, как мы побывали в гостях у сестры, я теперь не могу сказать, что у нас обычная, ничем не примечательная семья. Теперь меня трахал не только мой муженёк, но и сынишка. Вот было бы здорово, если бы они меня вместе, сразу в две дырочки попробовали, как сделали это мой Алешка с племянником на речке. Но пока, это были всего лишь мои мечты. Естественно, муж не знал, что меня поебывает наш сынок, и как его подготовить к этому, пока даже не представляла себе. Постепенно стал созревать план моих действий. Решила, после очередного бурного секса, когда у Андрея после этого, всегда приподнятое настроение, поговорить с ним на эту темку. Ждать пришлось не долго, так как почти каждый вечер, мы не ложились спать, пока не потрахаемся. В этот раз, я постаралась на славу. Сперва взяла в ротик член и стала засасывать его почти на всю длину, чувствуя, как тот, проснувшись ото сна, стал увеличиваться в размерах. Ни одна клеточка хуя не осталась без ласки моего язычка. Андрей, просто озверев от этого, стал вгонять его по самые яйца. Мы поменяли позу, я лежала на спине, широко расставив ноги и согнув их в коленях.
Муж приставил свой член к моей, уже мокрой дырочке и медленно стал погружаться в неё, пока не уперся своей головкой в мою матку, я издала протяжный стон. Андрей всё быстрее ускорял темп, и мы вскоре, бурно и одновременно кончили. Во время передышки, я и завела свой разговор: «Вот было бы здорово, что бы сразу два члена побывали в моих дырочках». — «А ты у меня оказывается, еще та шлюшка» — ответил, улыбаясь Андрей. — «И что, у тебя уже есть, кто-то на примете»?» «Ну, не знаю» — ответила я. «А не пора ли подготовить нашего сынишку к вступлению во взрослую жизнь? Я заметила, что ты не сильно с ним разговариваешь на эти темы. Ему уже давно пора всё объяснить, как себя вести с девчонками, я уверена, что ему такие беседы пойдут только на пользу». «Ты, что предлагаешь, чтобы Алешка присоединился к нам? Ну не знаю, не знаю, надо подумать. И как ты собираешься ему это сказать?» — «Давай я сама решу эту проблему, главное, что ты не против, а сейчас милый, хочу, что бы ты меня трахнул в попку. Я так возбудилась от нашего разговора». — «Да я и сам уже завелся не на шутку, быстренько подставляй свою задницу».

Всё, первый шаг был сделан. Теперь предстояло только поговорить с сыном. Хотя, я уже догадывалась, что он ответит. И не ошиблась, получив незамедлительно его согласие. По этому поводу, на выходные, решила устроить нашу семейную пирушку и накрыла шикарный стол. — «Ну, что мои любимые мужчины, раз вы уже всё знаете, предлагаю поднять бокалы за нашу дружную семейку». Андрей разлил шампанское и мы выпили. — «Папа, а давай теперь выпьем за нашу мамульку». У нас с мужем открылись рты, от такого неожиданного тоста, нашего сыночка. — «Вот теперь я действительно вижу, что ты у нас стал настоящим мужчиной. Осталось только проверить это в кроватке» — сказал муж, и мы все дружно засмеялись.

— «Сколько я прошу тебя, Андрюша, когда ты уже купишь нам кондиционер, и так жара стоит страшная, а тут еще от спиртного вся мокрая. Вот полюбуйтесь на свою мамочку, всё платье пристало к телу, а ну помогите мне снять его». Моих мальчиков упрашивать долго не пришлось, через две секунды я уже стояла в одном нижнем белье. Я специально одела сегодня самое прозрачное, которое у меня было. Мои ребята залюбовались моей фигуркой, — «И долго вы будете так на меня пялиться, а ну быстренько раздевайтесь, и поставьте какую-нибудь весёленькую музыку. Ваша мамочка хочет танцевать». Они обняли меня с двух сторон, и мы медленно стали кружиться. Я почувствовала, как на мою попку и киску стали давить, их давно уже вставшие, внушительных размеров два приборчика. Алеша расстегнул замочек на моём лифчике, а Андрей стянул с меня трусики. Сынок стал мять мои сосочки, которые стали твердеть в его пальчиках, а муж ладошкой поглаживал мою сочившуюся киску. Настал тот долгожданный момент, которого я так ждала.

Перебравшись к нам в большую комнату, где мы спали с мужем, они на руках отнесли меня, и нежно положили на нашу просторную кровать. Что мы только не перепробовали в эту ночь, кувыркаясь до самого утра. Сперва, как истинные джентльмены, они ублажали мои дырочки и сиськи своими губками и язычками. От таких ласк я сразу же кончила. Потом пососала им обоим. Стала раком и продолжила сосать у мужа, а мой восемнадцатилетний сынок пристроился к моей киске и без прелюдий засандалил мне по самые яйца, от толчка, я подалась вперед и от этого хуй Андрея влетел мне аж по самые гланды. Долго они меня сношали в этой позе, периодически меняясь друг с другом. «Всё мальчики, я уже устала, совсем загоняли свою мамульку, давайте немного передохнём и пойдем, чего-нибудь выпьем».

Через пол часика, сполоснувшись под душем, мы продолжили. Теперь муж лег на спину, я уселась своей киской ему на член, а сыночку сказала, чтобы пристраивался у меня сзади и трахнул меня в попку. «Ну мальчики, оттрахайте мои дырочки, и хочу, чтобы вы кончили в них». Только под утро, мы все измочаленные, уснули глубоким сном.

Наступила зима. Посоветовавшись с Андреем, решили пригласить мою сестру Юльку, с её семейством, отпраздновать Новый Год у нас. Созвонившись с ними и получив добро, стали ожидать их приезда. И вот 31 декабря, после обеда, приехали наши долгожданные родственники. Под вечер, в часиков десять, накрыли стол и уселись провести старый год. Ровно в полночь, у всех были подняты бокалы с шампанским, и в свои права вступил Новый Год! Веселились до часов пяти утра, изрядно выпившие и уставшие, решили идти отдыхать. Я сказала Юльке, что постелила им с Николаем в комнате сына, и там же разложили кресло-кровать для Ромки. А мы втроем ляжем у нас в спальне. «Так у вас же там только одна кровать» — удивилась сестра. «Что, ляжете втроем?» «Я тебе и не сказала, мы уже почти пол года трахаемся втроем». «Ну ты даешь, Светка» — с восторгом ответила Юлька. «Да, было у кого научиться, ведь с тебя все и началось. Вспомни за речку». «Я бы с удовольствием присоединилась к вам» — промурлыкала сестра. «Вот и приходи, когда твои уснут». « Всё, договорились, буду», и мы разошлись по комнатам.

Мои ребята уже лежали голенькие по бокам кровати и ждали меня, раздевшись, я прыгнула к ним. Потрахавшись с пол часика, я сказала им, что их ожидает новогодний сюрприз. И в комнату вошла Юля, в коротеньком пеньюаре темного цвета. «Алешка, а ну быстренько помоги тетке раздеться, чего застыл, как статуя» — приказала я командирским голосом. «А это и есть мой сюрприз» — обратилась я к Андрею, тоже опешившего от удивления. Алешка раздел тетку, и взяв её за руку, подвел к кровати.
«Не робей, Юлька, ложись к нам. Вон у Андрея, какой стояк, займись его богатырём. «Сеструха наклонилась над членом, выставив вверх свою массивную задницу, и стала снизу до верху водить по нему своим язычком. Я всунула свою голову у неё между ног и стала вылизывать её дырочки. Сынок раздвинул мои ножки и вошел в меня. Уже совсем освоившись, моя сестренка прыгала на двух хуях моих мальчиков. Я сказала, что оставлю их и пойду к Николаю: «Хватит ему дрыхнуть, успеет ещё».

Накинув халатик на голое тело, пошла в другую комнату. Приоткрыв дверь, увидела, что Юлькины мальчики уже давно видят второй сон. Прыгнув под одеяло к Николаю, залезла своей рукой в его трусы и нащупала его член. Стала тихонько надрачивать его, и тот проснулся вместе со своим хозяином. «А где Юлька»? — спросил Коля. «Не волнуйся, она в надежных руках, кувыркается в спальне с моими. Чем задавать вопросы, лучше бы занялся мной, бери пример со своего хуя, смотри, как он уже стоит», и взяла его в рот. Наверное от наших стонов, и скрипа кровати, проснулся Ромка, и без слов присоединился к нам. Я проснулась первая, наверное, аж к обеду и вышла посмотреть, как там мои мальчики и сестренка. Зашла в спальню и увидела такую картину, в серединке спала Юлька, а по бокам обнимая её дрыхли мои ребята. Не зря говорят люди, как встретишь новый год, так его и проведёшь!]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=157 Sat, 24 May 2014 15:18:18 GMT
<![CDATA[Поездка к сестре на выходные]]> Я даже от возбуждения раздвинула свои ножки, забыв, о том, какой вид открылся у меня между ног. Я и не ожидала от своего сыночка таких стараний, которые он стал проявлять, растирая крем у меня по внутренней стороне моих бедер. Я почувствовала его пальцы на моей, мокрой киске. И сказала своему Алешке: « Сынок, сними мои трусики, от них все равно нет никакого толку, они только мешаю тебе». Через секунду, они уже лежали рядом со мной. И только после этого, вспомнила, что мы не одни, совсем забыв о присутствии моей сестры и племянника... Меня зовут Светлана, с мужем живем уже семнадцать лет, его зовут Андрей. Воспитываем сына Лешку, которому скоро исполниться 16! В общем обычная, ни чем не привлекательная семья. У меня есть родная сестра Юлька, которая старше меня на три года. Она замужем и у них тоже есть сын, ровесник нашему. Вот к ней мы и собирались поехать на выходные, живем мы в одной области, только вот езды на машине к ним часа три. Договорились с мужем не задерживаться с работы, и выехать в пятницу. Я прибежала часов в пять, накормила сына и мы стали собираться. Я попросила Лешку помочь мне собрать кое какие вещи, которые возьмем с собой на отдых и заметила, что он постоянно пялится на мою грудь, которая при каждом моём нагибании, старается вывалиться из под халатика. Не придав, этому особого внимания, мы продолжили собираться. Вскоре и Андрей приехал с работы, мы погрузили все в машину, я по быстрому переоделась, в маечку и коротенькие шортики и мы тронули в путь.
Проехав большую часть дороги, мне захотелось в туалет, наверное от очень много выпитого кваса, которым мы все постоянно пытались утолить жажду из за страшной жары. Муж остановился на обочине дороги, и я командным голосом выкрикнула: «Мальчики в одну сторону, девочки в другую», и побежала в сторону посадки. Нашла укромное местечко, быстро спустила шортики вместе с трусиками и присела, закрыв глаза от блаженства. Тишину нарушил треск сухой ветки, раздавшийся совсем близко от меня. Я повернула голову и увидела, прячущегося за большим деревом моего сыночка, который подсматривал за мной и явно надрачивал свой член. Не подав виду, что я его заметила, стала думать, что же делать дальше."Если поднимусь, то он точно увидит меня голой, не могу же я так сидеть вечно, и светить своей голой задницей перед ним». От таких мыслей, я почувствовала, что начинаю возбуждаться и решила; « Пускай смотрит». Приподнялась и специально стала медленно натягивать свои трусики. Краем глаза посмотрела в его сторону, за деревом никого уже не было. Одела шортики и направилась в сторону нашей машины. Мои мужички уже сидели и ждали меня. Как ни в чем не бывало, я села на переднее сидение и мы продолжили нашу поездку. Прикрыв глаза, у меня не выходила из головы сцена, случившаяся со мной в посадке, с этими мыслями я и задремала.

Меня разбудил голос мужа: «Всё соня приехали». Мы остановились у небольшого двухэтажного дома моей сестрёнки. Она вышла со своим семейством встречать нас. Обнявшись и расцеловавшись, мы прошли в дом, а наши мужчины взяли вещи из машины и последовали за нами. Юля накрыла стол в гостинной, я помогала ей, а наши ребята сидели во дворе в беседке и о чем то разговаривали, мужчины дожаривали шашлык на мангале. Всё уже было готово и мы уселись отметить наш приезд. За полночь отправили детей спать, а сами еще остались посидеть и поболтать, так как почти целый год не виделись. Андрей и муж Юльки, Николай, изрядно набравшись, пошли отдыхать на второй этаж, а я осталась помочь убрать со стола.

Проснувшись утром, все уселись завтракать. Решено было отправиться на речку и скупаться, наши мужья отказались идти, у них еще со вчерашнего осталось что выпить, и поэтому идти с нами отказались наотрез. Переодевшись, мы ушли, и уже через минут двадцать показалась речка. Юлька хорошо знала эти места и привела нас в безлюдное место. Не успели мы с сестрой расстелить подстилки, как наши мальчишки уже купались в речке. Я сняла свой халатик и хотела удивить Юльку своим микро, откровенным, купальником бикини. Однако удивляться пришлось мне, она сняла свой халатик и осталась совершенно голой. От увиденного у меня глаза полезли на лоб, я задала ей вопрос: «Ты, что, собираешься так остаться, дети же сейчас вылезут и всё увидят?» — «А ты думаешь, они не видели голых теток, сейчас в интернете этого добра хватает. Ты бы тоже сняла всё и загар будет равномернее ложиться» — последовал её ответ. Она стала меня уламывать, и я все же решилась снять с себя только верх, оставшись в одних трусиках, которые едва прикрывали мои большие половые губки спереди, а сзади остался лишь один шнурочек, который спрятался в моей попке. Видок у меня был еще тот.

Увидев, что Алешка с Ромкой вышли из речки, я села на подстилку, согнув ноги в коленях, и обняв их своими руками, прикрыв таким образом, свою грудь третьего размера. Юлька лежала на животе и листала какой то журнальчик. Повернувшись к ним лицом, она спросила: «Ну как водичка, накупались уже, а теперь давайте займитесь делом. Сынок, возьми в сумке крем от загара и натри мне спинку, и ты Алеша тоже натри своей мамке, а то вон уже плечи у неё начинают краснеть». Ромка достал две баночки и одну протянул моему сыну. Я быстро перевернулась на живот и почувствовала у себя на спине его холодные руки. Он стал медленно растирать мои плечи и спину, и даже стал прикасаться к моей попке. Я услышала, как его стала напутствовать моя сестренка: « Давай, Алешка и попку мамочке натри, не стесняйся, ты же не хочешь, что бы её сладкие булочки сгорели на солнце!» Покраснев, как рак, он опустился руками ниже моей поясницы, вот тут то моя киска и потекла, мне стали до того приятны его прикосновения. Ведь моя попка была совершенно голая, из за того, что шнурочек полностью спрятался в ней.

Я даже от возбуждения раздвинула свои ножки, забыв, о том, какой вид открылся у меня между ног. Я и не ожидала от своего сыночка таких стараний, которые он стал проявлять, растирая крем у меня по внутренней стороне моих бедер. Я почувствовала его пальцы на моей, мокрой киске. И сказала своему Алешке: « Сынок, сними мои трусики, от них все равно нет никакого толку, они только мешаю тебе». Через секунду, они уже лежали рядом со мной. И только после этого, вспомнила, что мы не одни, совсем забыв о присутствии моей сестры и племянника. Повернувшись к ним, я чуть не подавилась своей слюной, Ромка лежал сверху своей мамочки и во всю, трахал её. Я даже потеряла дар речи. Со ступора меня вывела моя сестренка, сильно охавшая под своим чадом,: « Светка, ты что издеваешься над Алешкой, посмотри, как у него стоит хуй, вот — вот лопнет, какие уж тут стеснения, сними у парня напряжение». « Да, и действительно», — подумала я, — « Еще точно лопнет, вон как стоит его дубинка, внушительных размеров, очень длинная и толстая». Я взяла его в свою руку и медленно оголила его красную головку. Сынок замурлыкал, а я стала надрачивать его член всё быстрее, ускоряя темп. Больше не было никаких сил сдерживать себя, и его головка уже оказалась у меня во рту. Наверное, я еще так не сосала никому на свете, погружая его по самые яички. Не долго пришлось мне поработать ротиком, сынок так сильно стрельнул мне прямо в глотку, что я едва не подавилась и сильно закашлялась. Вытащив хуй изо рта, получила еще одну струю на свое лицо. Это было настоящее извержение Везувия.

В четвертом мы побежали сполоснуться в речке, долго там баловались, брызгали друг на друга. Ромчик подплыл ко мне и спросил: «Тетя Света, а можно вы мне тоже, как Алешке?» Я приобняла его и крепко поцеловала в засос: «Конечно можно, ты ж мой самый любимый племяшка, пошли, пока наши еще не вылезли из воды». Когда подошла сестра с моим сыном, я уже во всю отсасывала у Ромки. «Вот это молодцы» — сказала Юлька. « Давай сестрёнка, научи своего племянничка, как надо правильно обращаться с женщинами. А может устроим групповушку»? Я уже перестала удивляться своей сестренки, и ждала любых сюрпризов от неё. Этот был очень заманчивым. Юлька во всю стала командовать нами. — « А ну Алешка ложись на спину, а ты Светка сверху на него и садись своей киской на его член». Мы так и сделали, и я стала прыгать на нем, всё глубже погружая его дубинку в своё влагалище.

Юлька снова взяла инициативу в свои руки и надавила на мои плечи, прижимая меня к груди сына. Моя задница приподнялась вверх, и Ромка по указу матери стал пристраивать свою головку члена к моему анусу. Я и охнуть не успела, как он надавил на него и чуть вошел в мою дырочку, хорошо разработанную с годами, моим мужем, поэтому боли совсем не почувствовала. Через пару минут, я уже была полностью насажена на два здоровенных хуя. Не осталась без внимания и моя грудь, Юлька присосалась к моим соскам своими губками, стоя на коленях. Не знаю, сколько времени это продолжалось и в каких позах мы еще кувыркались в вчетвером, но пришло время собираться домой. Мы привели себя в порядок и покинули наше гнездышко разврата. Всю дорогу Юлька наставляла наших ребят, говоря им — « Всё что было на речке, должно остаться только нашей тайной, и не вздумайте проболтаться своим папашам». Вот так я провела выходные со своей семейкой у моей сестрёнки. В воскресенье, после обеда мы уехали от них, и я уже не могу дождаться, когда же мы снова, на следующий год приедем к ним в гости!
]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=156 Tue, 20 May 2014 16:03:22 GMT
<![CDATA[Откровенные девушки - 2]]> Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
]]>
Девушки http://plusda.ru?id=155 Mon, 10 Mar 2014 13:40:05 GMT
<![CDATA[Откровенные девушки]]> Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
Откровенные девушки
]]>
Девушки http://plusda.ru?id=154 Mon, 24 Feb 2014 16:20:52 GMT
<![CDATA[Рыжие девушки HD]]> Рыжие HD
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
Ðûæèå äåâóøêè òóò
]]>
Девушки, Картинки http://plusda.ru?id=153 Thu, 12 Dec 2013 11:17:15 GMT
<![CDATA[Кошелек]]> Шел я как-то с покупками из торгового центра и полнили мою молодую, еще неженатую голову всякие светлые и не очень мысли. По поводу и без оного.
А обьединяла все эти раздумья одна квинтэссенция: почему Анька, зараза, упорно отказывается от орального секса, в литературе называемого «минетом». Правда некоторые отсталые и малокультурные люди говорят еще проще:"за щеку». Но это, согласитесь, грубо, хотя... вполне точно и предельно кратко описывает «процесс».
Шел я как-то с покупками из торгового центра и полнили мою молодую, еще неженатую голову всякие светлые и не очень мысли. По поводу и без оного.

А обьединяла все эти раздумья одна квинтэссенция: почему Анька, зараза, упорно отказывается от орального секса, в литературе называемого «минетом». Правда некоторые отсталые и малокультурные люди говорят еще проще: «за щеку». Но это, согласитесь, грубо, хотя... вполне точно и предельно кратко описывает «процесс».

Не то, чтобы я без этого никак не мог, но поймите меня правильно-мне, как простому, нормальному мужику, тоже ведь хочется. Непонятно, и как она собирается замуж, не умея элементарного?

Уж чего она только в свое оправдание не придумывала. От классической головной боли до экзотического рвотного рефлекса и аллергии. Не то чтобы я ей не верил, но... хотелось все равно.

Еще одной проблемой, настойчиво владевшей моим сознанием, было недостаточное количество денег до зарплаты и кредит на машину, необходимость выплаты которого, порой, даже нивелировала оральный отказ бессовестной Аньки.

Да господа, да-а... Среди массового засилья президентов всяческих корпораций и холдингов, в нашей жизни еще встречаются ископаемые индивиды, у которых иногда не хватает денег.

Не то чтобы их не было никогда, но порой случаются в моей жизни подобные нерадостные и грустные моменты.

Последней каплей в чаше моих жизненных неурядиц стала полная изношенность бумажника, который мама подарила мне на восемнадцатилетие. Я безжалостно выкинул его в урну прямо рядом с торговым центром, а взамен купил красивую штуковину с надписью «Мэйд ин Итали» всего за сто последних рублей. Невероятное везение при моих-то материальных трудностях.

Италийская штуковина была абсолютно пуста и, вдобавок, поглядывала каким то хитрым китайским взгядом, но новенький дерматин все равно приятно грел задний карман джинсов.

И вот тут-то я их и увидел... Их было целых две. Между собой они различались только цветом волос и терлись эти нахалки аккурат возле моей кредитной красавицы.

Первой же мыслью, посетившей мою забитую проблемами голову, было — откручивают оптику, мерзавки. А этого допустить, сами понимаете, было никак нельзя.

И только подбежав поближе, я увидел в тонких ручках небесно-голубоглазого создания фланелевую тряпочку. Вторая нимфа держала моющее средство и, завидев в моем лице хозяина машины, обе начали усердно протирать лобовое стекло и зеркала моей прелестной «Тундры».

Причем, первая «златовласка» периодически укладывалась животом на капот, пытаясь достать до самого дальнего угла. «Тундра» — то большая, епти... Критическая длина клетчатой юбки в этот момент позволяла насладиться видом аппетитных девичьих ягодиц с тонкой полоской трусиков, и загорелых бедер. Ее темноволосая спутница услужливо поливала пенными струйками уже прозрачное, как вода, тундровое стекло. Для этого ей приходилось вставать на цыпочки и тянуться как можно дальше. Сами понимаете, ее юбочка задиралась вверх, так что и здесь моему восхищенному взору представали две стройные ножки и миленькие белые трусики.

Где-то к середине моющих процедур я, оторвавшись от «стриптиза», начал осознавать, что эти прекрасные волшебницы скоро попросят оплату за свой нелегкий труд и, скорее всего, в денежных знаках, с которыми у меня, как вы помните, было, мягко выражаясь, негусто.

Поэтому, машу легонько рукой, пытаясь их отогнать. Черноволосая красавица обворожительно улыбается мне в ответ и говорит:

— Не переживай, дядя. Ты нас только до улицы такой-то довези и мы будем в расчете.

Я бросаю тоскливый взгляд на еще более тоскливый уровень горючего, прикидываю расстояние, понимая что скорее всего машину придется ставить на стоянку на пару дней, и обреченно соглашаюсь расплатиться натурой. Ну, то есть отвезти этих «фей» до места требования.

Они быстренько натирают «Тундру» до блеска и с веселым щебетанием запрыгивают в салон, причем «золотая фея» на переднее сиденье, а «темная эльфийка» на заднее.

Слушая переливчатый смех и постоянную милую болтовню, я везу их домой. В смысле к ним домой, не к себе. Ко мне — то нельзя, у меня там Анька, страдающая аллергией на потные яйца.

— Все, девчата, приехали, — говорю я, подвозя их к подъезду, возле которого нет ни души.

И выпадаю в осадок в буквальном смысле. Потому что «ангелок» сидящий на соседнем сидении, не прекращая своей болтовни, шустрыми пальчиками расстегивает мне ширинку, ловко вытягивает из плавок «гибкий шланг» и, одарив меня блеском белоснежной улыбки, падает головой прямо на него.

Ее язычок начинает быстро-быстро обрабатывать мой «агрегат», который так долго ждал именно этого. Чуть-чуть по кромке головки, потом вниз по стволу до самой мошонки. И заново: чуть-чуть по головке, опять вниз по стволу. Затем губки колечком сложила, изображая ими вход во влагалище, и в себя втянула, как красный «чупа-чупс».

Товарищи, не смотрите порнуху — там, оказывается, все врут. На самом деле это гораздо приятнее. Особенно, когда последние полгода только и делаешь, что просишь свою потенциальную жену побаловать тебя таким, казалось бы, элементарным способом.

Откидываюсь на сидение головой и наслаждаюсь мягкими девичьими губами. Про вторую — то и забыл совсем, не до того уже было. И зря, как оказалось.

Вторая «эльфийка» в это время перегибается через подлокотник и целует меня крепко взасос. Шаловливыми ручками скоренько расстегивает рубашку и ее черные волосы длинными шелковыми водопадами падают на мой обнаженный живот. Потрясающее ощущение.

Вдруг они обе оторвались от меня-я даже испугался что это все. Но они только быстро, как кошки, лизнулись сами и давай продолжать. Белявка работает губами все усерднее, брюнетка меня по телу оглаживает, как может. От плечей по животу и ниже, подружку свою, при этом, одной рукой легонько на меня насаживает. Все при деле, работа кипит.

Не, пацаны, вы как хотите, но я так долго не выдержу. Начинаю тихонько постанывать черноволосой красавице в рот. Она в ответ целует меня еще крепче, а руками буквально уже везде побывала, за соски пощипала, даже до задницы уже добирается. Блондинка, та вообще вцепилась в член мертвой хваткой и не отпускает, просто выдаивает меня как электродоилка.

И я в итоге разряжаюсь тугой теплой струей прямо в ее красивый рот. Вторая от меня так и не оторвалась при этом.

И лишь когда «златовласка» выдоила из меня и проглотила все, что можно, они обе быстренько усаживаются по местам и начинают оправляться.

Пару минут, честно, я был в прострации. Потом, все-таки, голову каким-то образом сумел собрать. Не сразу и не полностью — что-то где-то потерял — однако способность мыслить у меня, все таки, появилась.

— Спасибо, конечно, девчонки, от всей души, — говорю я, — но денег вам дать не могу.

— Ой, дядя, — махнула мне рукой блондинка, — ты такой классный, что мы просто не удержались. Правда, Машка?

— Угумс, — вторит ей черненькая, — такой себе медвежонок, что... ухх.

И по щеке меня треплет.

— Ну пока, дядя, мы побежали.

Они выскакивают из машины и, весело помахав на прощание, скрываются из вида.

И только дома я обнаруживаю пропажу нового бумажника.

В сто рублей обошлось мне это удовольствие. В сто рублей и помытую машину.

А к чему я это все рассказываю? Да чтобы предупредить. Не ходите в тот торговый центр — там бумажники бессовестно тырят. У меня уже стырили один на прошлой неделе. Но я купил новый, такой же, и завтра поеду снова — нехай подавятся.]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=152 Thu, 07 Nov 2013 08:13:51 GMT
<![CDATA[Стриптиз шоу]]>

]]>
Видео http://plusda.ru?id=151 Thu, 07 Nov 2013 07:59:54 GMT
<![CDATA[Как мы снимали порно]]> История эта произошла в те далекие годы, когда компьютеры еще не подозревали о существовании видео, да и музыку могли воспроизводить далеко не все и те с трудом. Зато видеомагнитофоны бодро расползались по стране, стремясь проникнуть в каждый дом. С видеокамерами пока еще было похуже — ими обладали только избранные. Моему отцу повезло работать на так называемом совместном предприятии с немцами, что обернулось для него не только хорошей зарплатой, но и регулярными командировками за кордон. Вот из такой командировки он и привез однажды видеокамеру Sony хитрого формата Hi8, что по тем временам было просто шикарно.
История эта произошла в те далекие годы, когда компьютеры еще не подозревали о существовании видео, да и музыку могли воспроизводить далеко не все и те с трудом. Зато видеомагнитофоны бодро расползались по стране, стремясь проникнуть в каждый дом. С видеокамерами пока еще было похуже — ими обладали только избранные. Моему отцу повезло работать на так называемом совместном предприятии с немцами, что обернулось для него не только хорошей зарплатой, но и регулярными командировками за кордон. Вот из такой командировки он и привез однажды видеокамеру Sony хитрого формата Hi8, что по тем временам было просто шикарно. Мало того, он не забыл прикупить светофильтры, запасные аккумуляторы, кассеты, штатив и прочие аксессуары. У меня было подозрение, что ему просто впарили в магазине все что можно, но по большому счету хреновинки были довольно полезные для знающего человека. Ввиду батиной занятости и отсутствия у него интереса к высоким технологиям все это богатство очень быстро досталось мне. На то, чтобы освоится со всеми возможностями чудо — техники ушло две недели, большую часть из которых занял перевод толстенной инструкции с помощью словаря и слегка знакомого с басурманским языком товарища. Зато потом... потом я почувствовал себя почти Джеймсом Кэмероном, или, на худой конец, Джорджем Лукасом, снимая все подряд. Заодно, подчитав профильной литературы, разобрался как надо снимать, чтобы потом не было стыдно за качество картинки.

Постепенно, однако, развлечение перешло в мелкий бизнес — меня стали звать снимать свадьбы. Молодоженам до жути хотелось иметь кассету с записью собственно бракосочетания и последующего застолья со всеми глупыми тостами, глупыми плясками, глупыми конкурсами и глупым тамадой, который все и организовывал. Способствовало этому то, что и я сам, и мои друзья, и друзья друзей подошли к тому возрасту, когда вроде бы уже пора помаленьку остепеняться и жениться. Особенно рвались в брачную кабалу те, кто только что вернулся из армии. Вот одним из таких нетерпеливых и оказался Славик.

Я честно отснял всю Славикову свадьбу, со всеми подробностями, включая похищение невесты, немного не дотянувший до драки конфликт новоиспеченного тестя и кого-то из гостей со стороны жениха, а так же падение в лужу в конце праздника поднабравшейся свидетельницы, откуда ее доставали Славик со свидетелем Игорем. Потом Игорюха увел ее сушиться и отсыпаться к себе домой, в результате чего сейчас у них дело неотвратимо близилось к свадьбе. Через неделю я отдал молодожену смонтированный трехчасовой фильм и вычеркнул Славку из списка потенциальных клиентов. Так что меня несколько удивило, когда примерно через месяц он заявился ко мне с коньяком и за рюмочкой начал расспрашивать о творческих планах.

— Саш, у тебя сейчас как, заказов много? — разливая, вроде бы между делом интересовался он, хотя по его физиономии ясно было видно что это неспроста.

— Не, не очень.

— Эт-то хорошо... У меня тут предложение к тебе есть.

— Опять какой-нибудь троюродный племянник женится? — такие подходы были для меня не в новость.

— Не... Тут другое... Таких предложений тебе еще никто не делал... наверное.

Мы чокнулись и опрокинули еще по одной. О том, что коньяк не водка и пить его надо по другому мы уже не вспоминали.

— Ну-ну... Выкладывай.

— Ты не подумай, это не только я, это мы с Иркой посоветовались... и вместе решили...

— Короче, Славик! А то сам сейчас забудешь что хотел сказать! — я чувствовал, что опьянение уже достигло того градуса, когда тема разговора может внезапно, без видимых причин поменяться на что-то совсем не связанное с предыдущим.

— Короче? Короче, мы с Иркой... Ну ты помнишь, нам на свадьбу видик подарили? Сам понимаешь, то-се, порнуха всякая... Ирка насмотрелась...

— Славик, еще короче!

— Ну, мы решили, что надо снять как мы с ней трахаемся. Типа пока молодые и красивые. Чтобы в старости, значит, было что вспомнить.

Тут за версту чувствовалось Иркино влияние. Славику-то наверняка пофиг, молодой он или не очень. Скорее ему просто прикольно посмотреть на себя со стороны.

— Ну так в чем дело-то? — спросил я, наливая еще по одной. — Или ты хочешь камеру у меня взять?

— Так ты же не дашь? — недоверчиво посмотрел он на меня.

— Ясен хрен, не дам.

— Я так и думал. Да и как я сам буду и снимать и Ирку трахать? Не, Саш, мы хотели, чтобы ты нас снял. Лично.

По правде сказать я чувствовал что все идет к чему-то подобному. Поэтому уже прикинул все за и против, но для порядка сделал вид что раздумываю.

— А Ирка согласна?

— Ага. Говорю же, мы все обсудили.

— Вы вообще много выпили перед тем как это обсуждали?

— Да не, не очень... Пивка по бутылочке...

— То есть я буду стоять и смотреть как вы трахаетесь?

— И снимать еще.

— Но мне вокруг вас ходить надо будет, близко подходить, сверху-снизу снимать... У вас точно что-то получится при таком избытке внимания к интимному, вообще-то, действу?

— Должно. Мы уже решили — сначала по стопятьдесят для раскрепощения и вперед! Должно получиться!

— Не, подожди... — остановил я его — Надо какой-никакой сценарий, а не «вперед». Сначала то, потом это... Вы хоть ту же порнуху посмотрите для примера. Именно с точки зрения режиссуры.

— Да че там! Мы ее прям включим и будем делать то же что и там на экране! Делов-то!

В этот момент я вспомнил некоторые эпизоды с недавно просмотренной кассеты и понял, что выпитое мешает Славику адекватно оценивать их с Иркой возможности. Я и сам чувствовал, что не очень способен на это.

— Слав, давай отложим разговор на завтра? — предложил я — Встретимся трезвыми, окончательно обсудим, назначим день...

После непродолжительных возражений Славику все же пришлось согласиться со мной. Главным образом из-за того, что я наотрез отказался разговаривать об этом дальше.

Назавтра они явились ко мне вдвоем с Иркой, и та сама, хлопая ресницами из-под блондинистой челки, подтвердила их совместное осознанное решение. Зародившиеся во мне час назад сомнения, что это просто-напросто розыгрыш окончательно отпали и я перешел к обсуждению технических подробностей.

— Вам как надо — просто снять или чтобы более-менее зрелищно было?

— Нам чтобы красиво. — Ирка взяла переговоры на себя.

— Но учти, тогда придется забыть об удовольствиях. — предупредил я, слышавший краем уха что работа порноактеров — далеко не сахар.

— Ха! Переживем один раз!

— Крупные планы делать будем?

— Конечно! — влез Славик.

— Тогда не забудьте растительность «там» постричь.

— Я и так за этим слежу. — хладнокровно сообщила Ирка.

— К тебе это тоже относится. — посмотрел я на Славика. — Презервативами запасайтесь, я за ними не побегу если кончатся вдруг.

— Зачем они? Он же мне муж.

— Ну как знаете.

Обсудив еще кое-какие мелочи мы договорились на субботу и расстались, довольные достигнутыми договоренностями.

Два дня пролетели быстро и вот я, нагруженный техникой, позвонил в дверь к Славке. Открыла Ирка, в застиранном халате и с полотенцем на голове.

— Ой, а мы не готовы еще...

— Ир, ну ты время видела? Договаривались же! — такое начало мне не очень понравилось. Могли бы и посерьезней отнестись.

— Пять минут! — Ирка развернулась и убежала.

Ко мне вышел Славка, вроде бы готовый, в джинсах и футболке.

— Ну веди, показывай, где вы чего собираетесь... — обратился я к нему, еще не остыв от Иркиной безалаберности.

Съемочная площадка была подготовлена основательно — кровать вытащена на середину комнаты и застелена белоснежной простыней. В углу без звука работал телевизор, показывая совокупление мулатки и качка.

— Лампы настольные в доме есть? Или типа того? Неси! — приказал я Славику, а сам принялся устанавливать штатив возле окна.

Окно, подумав, я закрыл шторами, уж больно ярко оттуда светило солнце. Прибежал Славик с лампами в количестве двух штук. Я долго примерялся куда бы их пристроить, прикидывая так и этак возможные варианты. Наконец определился, включил и попросил Славку лечь на постель.
— Так? — спросил он, развалясь кверху пузом.

— Нет. Раком становись. — меня интересовало, как будет падать свет снизу вверх, отражаясь от простыни.

— Что я тебе, педик? — обиженно пробурчал Славка. но требуемую позу принял.

Я поправил одну из ламп. Вроде нормально. Теперь цветовой баланс... готово. Теперь...

— Мальчики, вы тут, я гляжу, решили без меня, друг с другом? — вошедшая в комнату Ирка обнаружила мужа в пикантной позе.

Я обернулся. Ирка выбрала деловой стиль — белый верх, черный низ. Под блузкой просвечивались соски, узкая юбка обтягивала бедра.

— Ир, ты уверена, что он эту юбку с тебя сумеет стянуть? — засомневался я.

— Сумеет. Не впервой. — пожала она плечами. — Пойдемте за стол что ли?

Стол был накрыт на кухне. Сначала выпили по пятьдесят, поговорили о погоде и курсе валют, не касаясь предстоящего мероприятия. После следующих пятидесяти Ирка сказала:

— Ну пошли что ли? Чего тянуть?

На всякий случай супруги добавили еще по рюмочке. Я не стал, мне еще камеру держать. Все переместились в спальню.

— Слав... — кивнул я на телевизор — Включай, чего вы там за образец выбрали.

Он воткнул отдельно отложенную кассету и включил. На экране появился стучащий в дверь разносчик пиццы афроамериканской национальности. Дверь открыла тетка, белым цветом волос напоминающая Ирку. Больше она Ирку ничем не напоминала, имея объемы гораздо больше и рельефней. Вскоре, согласно законам жанра, негроид уже лапал ее за задницу. Я поставил фильм на паузу и повернулся к супругам:

— Ну, поехали... — и включил камеру.

Сначала все вроде шло нормально — они целовались, Славка мял Иркин зад, она терла его в паху... Мне даже скучно стало. Пришлось поторопить их с переходом к более серьезным вещам. Славка расстегнул Иркину блузку, освободив грудь. Это уже лучше — подумал я, берясь за камеру. Крупный план, одна, вторая, Славкина рука жмет сосок, отъезд... Ну вашу ж мать! Оба так старательно косятся в мою сторону!

— Стоп! — заорал я. — Слушайте сюда. Главное правило: никогда, ни при каких обстоятельствах, не смотреть в сторону камеры! Нет меня здесь, ясно!?

Они виновато покивали. Ладно, самое неподходящее при монтаже вырежу — решил я.

— Продолжаем! — и запустил съемку.

Теперь они старались смотреть друг на друга. Славка стянул с жены блузку, отбросив куда-то в угол. Ирка в ответ лишила его футболки. Я снял с паузы видик. Тамошняя пара как-то чересчур быстро на мой взгляд произвела все обязательные действия и перешла к минету. Славка косился на экран и, торопясь, расстегивал молнию на Иркиной юбке.

— Не спеши. — остудил я его пыл, снова ставя видик на паузу.

Но он уже справился и юбка соскользнула по ногам на пол.

— Стоп! — снова возмутился я, глядя на повернутую спиной ко мне Ирку. — Ир, трусы где? Ты сегодня деловая женщина или в борделе работаешь?

Славик от моего окрика отдернул руки с ее зада и тогда я разглядел тонкий шнурок, уходящий между ягодиц. Стринги, мать их. Вообще-то я против них ничего не имею, но в данном случае Славка должен был эти трусы снимать, а для этого надо чтобы было видно что они есть.

— Вот же... — не понимая причину моего возмущения, повернулась ко мне Ирка. Спереди трусики были заметны получше, но тоже не особенно.

— Ир, а других у тебя нет? — спросил я. — Их сзади и в натуре незаметно, а на видео и того хуже будет.

— А какие надо? — растерялась она.

— Не знаю. Надо чтобы их разглядеть можно было.

— Сейчас...

Она выбежала из комнаты, вернувшись с целым ворохом всех фасонов и расцветок и вывалила их передо мной.

— Эти. — указал я на первые более-менее подходящие.

Ирка подхватила их, юбку и вновь выскользнула из комнаты.

— Еще раз то же самое, Слав. Поехали! — объявил я, когда она вернулась.

Вот теперь совсем другое дело. Юбка упала и передо мной предстали перечеркнутые трусиками ягодицы. Сразу видно — порядочная женщина, в трусах ходит.

— Ир, снимай со Славки штаны! — скомандовал я.

Она присела, безуспешно борясь с пряжкой ремня.

— Ну чего там?

— Не получается... — растерялась она.

— А раньше как получалось?

— Раньше он всегда сам расстегивал...

— Понятно. Слав, помогай.

Славка справился с ремнем одним движением. Молния и пуговица поддались Ирке. Джинсы, а затем и трусы оказались у Славки на бедрах, а перед Иркой закачался член. Она оглянулась на меня. В глазах мелькнула растерянность.

— Ну бери в рот, чего уж там... — вздохнул я. — Вы бы хоть порепетировали вчера что ли...

Ирка повернулась к мужу и коснулась губами головки. Я снова взял крупный план. Она лизнула головку пару раз, снова потрогала губами, но в рот так и не взяла, все время поглядывая на меня.

— Слав, ну скажи ты ей! — надоело мне ждать.

Славка не стал тратиться на слова, взял жену за голову и бесцеремонно запихнул член ей за щеку. Ирка замерла, снова косясь в мою сторону.

— Ир, меня нет! Соси давай! — терпение мое заканчивалось.

Если в самом начале все так хреново, то что же дальше будет? Она нехотя шевельнула головой, но на минет это было мало похоже.

— Хватит! — остановил я камеру. — Перерыв! Все на кухню и каждому еще по сто!

Ирка с облегчением выпустила член и поднялась. Славка, сделал шаг к двери, запутался в спущенных штанах, совсем снял их и исчез в кухне.

— Ир... — подтолкнул я ее туда же — Ты точно уверена что сможешь? А то может ну его нафиг? Одно мучение?

— Смогу. Просто непривычно... Ты стоишь, смотришь... командуешь...

— А ты как хотела? — встретил нас на кухне слышавший это Славка, вручая каждому по рюмке.

Мы выпили. Потом еще раз. Ирка вроде повеселела и перестала «случайно» прикрывать грудь от моего взгляда. Наоборот, выставляла напоказ, совершенно справедливо гордясь идеальной формой второго, наверное, размера.

— Пошли. — встал Славка. — Продолжим.

Вернувшись в спальню, он занял примерно прежнюю позицию. Ирка опустилась на колени, глянула в мою сторону и без проблем заглотила член чуть не по яйца. Правда, он за время кухонных посиделок заметно сдулся и укоротился.

Камера работала, Ирка сосала, Славка просто наслаждался моментом. Я снял камеру со штатива, обошел парочку вокруг, крупно снимая Иркино лицо и скользящие по поверхности мужского органа губы. Великолепные получились кадры. Я уже было решил, что больше проблем не будет. но...

— Стоять! — скомандовал я. — Ир, вот скажи... ну нахрена ты губы накрасила?

Она поняла о чем я, виновато косясь на Славиков член, весь в красных пятнах. Если кто посторонний увидит — запросто решит, что венерологи Славку давно заждались. В съемке снова возник перерыв — оба отправились отмывать напомаженные места.

С третьего раза вроде получилось, чуть поблекшие Иркины губы двигались по нормальному, без признаков болезни члену, а я снимал. После просмотра следующего эпизода в телеке Славик перешел к снятию с жены трусиков. В процессе этого сначала она повернулась ко мне спиной, а после и вовсе сжав ноги прикрыла лобок рукой и уселась на постель.

— Ну что еще? — остановил я съемку.

— Не могу я когда он смотрит... — призналась Ирка, указывая на меня. — Мы тут голые кувыркаемся, а он одетый... смотрит...

— И что же нам делать? — посмотрели мы со Славиком друг на друга.

— Не знаю! Пусть тоже разденется!

Славик развел руками. Я вздохнул и принялся снимать с себя одежду, похвалив себя за предусмотрительность. Еще утром, собираясь, я подумал что не будучи профессиональным участником порноиндустрии вряд ли смогу сдержать эрекцию при виде трахающейся на расстоянии вытянутой руки пары. А может и вообще кончу. Поэтому на всякий случай решил вручную заранее сбросить излишнее возбуждение. Получилось даже дважды — утром и перед самым выходом. Оставшись в одних трусах я, однако, притормозил. Все же с детства вбитые правила не показываться голым на людях подействовали. Но Славка с Иркой, уставившиеся на меня в ожидании продолжения, заставили снять и трусы. И вот теперь, окончательно разоблачившись, я продемонстрировал супругам индифферентно висящий член.
Трусики Ирке пришлось одеть снова и снимать строго перед камерой, два раза, один раз повернувшись передом и один раз задом, для последующего монтажа. Ирка не обманула — лобок был гладко выбрит почти весь, за исключением маленького треугольничка.

— Теперь твоя очередь. — сказал я Славке после просмотра очередной части видеофильма — Лижи.

Ирка раскинулась на постели, разбросав в стороны руки и ноги. Я зашел со стороны головы, нацелив объектив на промежность.

— Начинай! — скомандовал Славке.

Он склонился и высунув язык на сколько возможно провел им между губок. Молодец, сообразил, что нельзя закрывать вид от камеры. Впрочем, потом, увлекшись, он об этом подзабыл. Я наклонился, вертя камерой и стараясь поймать удачный ракурс, когда почувствовал, что задеваю членом Иркино лицо. Она почему-то молчала, но я на всякий случай сдвинулся в сторону. Мало ли что Славик скажет если заметит.

Я перевел камеру на Ирку. Оказалось, она, не обращая внимания на старания мужа с интересом наблюдает за моим все-таки встающим и покачивающимся органом.

— Ир! — возмутился я — Ну куда ты смотришь! Быстро мне изобрази соответствующее действиям Славки!

На ее лице появилось неземное блаженство. И рот приоткрылся и глаза затуманились. Очень похоже на правду. И на богатый опыт по части симуляции удовольствия.

Славка без лишних подсказок перешел к следующему этапу. Приподнявшись, он начал пихать в жену член.

— Ой! — оттолкнула его она. — Погоди!

Тут-то и выяснилось, что у Ирки там абсолютно сухо, ибо в присутствии постороннего никакого возбуждения она не чувствует несмотря на все Славкины старания. Пришлось снова сделать перерыв. Ирка отправилась искать какую-нибудь смазку, а мы со Славкой — на кухню курить. Явившаяся туда вслед за нами Ирка с тюбиком чего-то обильно смазала ему член. Все снова перебрались в спальню, разложили Ирку на постели, я взял камеру и началось...

Самым трудным оказалось не дать Славке навалиться на Ирку, закрыв собой все заслуживающее внимания. У него это получалось само собой после каждого десятка фрикций. Несколько раз я заставлял его выпрямиться, крупно снимая движущийся во влагалище член, потом плюнул, велел задрать вверх Иркины ноги и недолго снимал снизу сзади, с мошонкой на переднем плане. Потом покрутился вокруг и в конце концов потребовал сменить позу. Ирка села на мужа сверху. По тому как ловко это у нее вышло я понял, что такая поза является у нее одной из любимых.

— Не, Ир, не так. — остановил я ее через пару минут. — Ты к нему задом садись, ко мне передом.

Ирка послушно слезла с Славкиного кола, развернулась, нашарила рукой член и направила в себя, хихикнув:

— Ой! Мне так непривычно... и упирается куда-то не туда.

Это не помешало ей насаживаться на Славкин орган столь же энергично как раньше. Похоже, наконец-то и она стала получать удовольствие от процесса. Некоторое время я наслаждался великолепным зрелищем, но затем вспомнил, для чего мы тут собрались. Остановив Ирку, я заставил ее сделать несколько дублей, начиная от собственно проникновения и до имитации оргазма, снимая при этом со всех сторон. Опасаясь, как бы Славик не кончил раньше времени, мы прервались, отсмотрев в телеке еще минут десять и почерпнув оттуда пяток эффектных поз. Правда, когда мы попытались их реализовать в натуре, выяснилось, что для этого желательно иметь подготовку в области гимнастики. Ирка охала и ахала, то пытаясь должным образом изогнуться, то растягивая ноги в стороны, то просто стараясь не упасть, а Славику вообще стоило бы научиться висеть в воздухе.

Так же выяснилось, что вся Иркина стыдливость окончательно осталась в прошлом. Я без проблем снимал ее раздвинутую членом щель, а она посмеивалась над моим, окончательно выпрямившимся органом и руками растягивала губки еще шире, чтобы уж точно были зафиксированы все мельчайшие подробности. Потрахавшись в разных позах, супруги устроили перерыв, вновь уставившись в телевизор. По Славке было заметно, что ему до оргазма оставалось всего ничего но по Иркиному велению он без возражений извлек из нее член и уселся рядом.

— Включай видик. — обратился он ко мне — Посмотрим что там дальше.

Я включил. В телеке же произошла существенная коррекция сюжета — появился еще один персонаж. Не то негр, чувствуя что не справляется, позвал на помощь друга, не то неожиданно вернулся муж, но вместо того чтобы бить черномазую морду решил присоединиться к оргии... А может просто сосед заскочил на огонек, зная что хозяйка слаба на передок... Короче, тетка стояла раком, сзади ее натягивал негр, а спереди трахал в рот новый мужик. Увидев такое, Славка растерялся, переводя взгляд то на супругу, то на меня, то на экран. Я понял, что его сценарий, вернее, идея делать то же что в телеке, рушится.

— Вот же черт! — выругался он — А я до этого момента не досмотрел! Начало глянул и все!

— А может, дальше сами придумаем? — спросил я.

— Придется. — согласился Славка. — Пошли на кухню, думать будем.

Несмотря на выпитые для расширения полета фантазии пятьдесят грамм сначала у нас ничего не получалось. Все предложения, почерпнутые из когда-либо виденных порнофильмов, при внимательном рассмотрении оказывались либо незначительными вариациями того, что мы уже сняли, либо, как например анальное проникновение, встречали резкое неприятие с Иркиной стороны. Хотя, как я заметил, идея анала Славку весьма заинтересовала. Не помогли и следующие пятьдесят.

— Может, ограничимся тем что есть? — предложил я, пессимистично подозревая что обсуждение затянется до конца вечера. Тем более что после всего что я видел хотелось поскорее добраться до дома и подрочить. Желательно несколько раз.

— Не! — в один голос воспротивились супруги. — Ты что!

— Ну тогда давайте ваши идеи. — не стал я спорить.

— А может, давайте все же как в телеке... — робко предложила Ирка после очередной рюмки. — Ну, не по-настоящему, а так... — быстро добавила она в ответ на нехороший Славкин взгляд.

— Как «так»? — грозно спросил он.

— Ну, ты сзади, а Сашка спереди... но я в рот брать не буду, он просто перед лицом подержит.

— Так видно ж будет что просто держит. — возразил Славка.

— А Саша так камеру поставит, что не будет. Правда, Саш? — обратилась она ко мне.

— Можно попробовать. — согласился я.

Все вновь переместились к постели. Ирку поставили раком, Славка поднес к ее лицу член а я прикрутил камеру к штативу и установил чуть сзади так, чтобы Иркина голова закрывала его пах. Славка переместился назад, взялся за ее ягодицы...

— Стоп! — остановил я его. — Отсюда нихрена не видно кроме твоей задницы. А если как надо стать, то и мой конец в кадр попадет.

— Да пусть попадает.

— Не, тогда непохоже выйдет. Какой же это минет, если видно что хрен вниз наклонен или вбок?

— Ну да... — дошло до него. — А что ж делать?

— Может я подержу? — предложила Ирка.

— Как?

— Ну... губами...

— Чего-о-о!? — возмутился Славка.

— Да я за самый кончик! Губами! В рот брать не буду! Даже зубы сожму! Вот.

Ирка продемонстрировала сжатые зубы.

— Ну-ка покажи... — сбавил тон Славка.

Я забрался на кровать, встал на колени перед Иркой. Ее губы ухватили мою плоть за самый краешек. Славка внимательно наблюдал, но придраться было не к чему. Как Ирка и обещала, просто легкое касание губами головки.

— Камеру поправь. — попросил я его.

Он переставил штатив, с серьезным видом заглядывая в видоискатель, подошел, еще раз проверив как его жена держит мой член и забрался на постель сзади нее.
— Ты камеру-то включил? — спросил я.

— Ага.

— Ну тогда поехали.

Поначалу Славка трахал жену медленными плавными движениями, вытягивая шею и стараясь заглянуть, что там происходит возле ее губ. Пришлось напомнить ему что нас снимают и его странные телодвижения будут запечатлены тоже. После этого он повел себя как обычно, незатейливо трахая Ирку сильными толчками. Иркины губы исправно придерживали мой член, но каждый толчок мужа заставлял ее немного качнуться вперед. Причем чем больше увлекался Славка, тем сильнее упирался моя елда в сомкнутые Иркины зубы. Но, похоже, массирующий влагалище орган здорово отвлекал ее, так как понемногу челюсти ее разжимались и член проникал между губ чуть дальше чем было разрешено. Сначала на полголовки, потом головка скрылась во рту полностью... Я бросил взгляд на Славку, но тот увлеченно таранил жену сзади. Ирка подняла глаза, вопросительно посмотрев на меня. Я положил руки ей на голову и втолкнул член в рот наполовину, решив что теперь уж все равно. Она продолжала смотреть на меня и я почувствовал, как ее язычок прошелся по моему напряженному стволу снизу, а потом принялся играть с головкой во рту.

Славка продолжал трахать жену сзади, по всем признакам приближаясь к финишу и не замечая ничего вокруг. Я трахал его жену в рот, вернее, я-то не двигался, она сама, от толчков мужа насаживалась ртом на мой стержень почти до лобка. Славка, напоследок несколько раз размашисто загнал в жену член, вдруг выдернул его и выпустил несколько толстых белесых струй Ирке на спину. Видимо, запомнил как это делают в фильмах. Ирка от этого вздрогнула и сжала губами мой член. Я почувствовал что кончаю. По тем же законам жанра что и Славка я выплеснул сперму Ирке на лицо, стараясь, впрочем, не попасть в глаза.

Ирка убежала смывать плоды наших трудов, а мы развалились на постели. Меня мучал вопрос, заметил ли Славка, что я совершил с его женой полноценное оральное совокупление. Однако он молчал, а спросить я, естественно, не мог. Только я решил, что «раз не возмущается, значит не заметил» как он спросил:

— Ты Ирку в рот трахал?

— А ты что, не видел? — дипломатично ответил я вопросом на вопрос.

— Не увиливай. Да или нет?

— Ну как посмотреть... — попытался я вывернуться. — С одной стороны, член она губами держала, ты ж знаешь... А с другой...

— Саш, хватит мозги мне пудрить!

— А сам как думаешь? — разозлился я. — Ты же ее сзади и подталкивал! Ясен хрен, стоило ей немного отвлечься, расслабится — и готово! Что я, орать должен был и возмущаться!?

— Значит, трахал... — задумчиво произнес Славка. — Ну я так и думал. И как тебе?

— Угадай. После того как я на вас насмотрелся... Слав, ты только на Ирку не наезжай за это. Она честно не собиралась.

— Да чего теперь-то... поздно уже. Вот если бы вы классически... за моей спиной да так сказать по предварительному сговору... Хрен с вами, прощаю!

— Чего прощаешь? — вплыла в комнату Ирка, поблескивая капельками воды, рассыпанными по телу.

— То что ты Сашке отсосала, вот чего!

Ирка замерла на секунду, а потом бросилась в наступление:

— А ты как хотел, если его хрен у меня перед носом торчит!? Ну подумаешь, отвлеклась на секунду... И вообще оно само так вышло! А ты...

— Тихо, тихо... — остановил я ее. — Успокойся, Ир. Он же сказал что прощает.

— А, ну да... — осеклась она — Ладно, не буду. По правде сказать, я и сама хороша...

Она присела на постель рядом с нами, но тут же вскочила:

— Пойдемте на кухню. Я выпить хочу.

Отметив благополучное завершение первого акта, мы перешли ко второму. Вернее, пока Славкин орган не вернул себе былую твердость, я решил записать правильный звук, чтобы потом примонтировать его к фильму вместо наших разговоров. Ирку положили на спину, Славка прильнул губами к ее промежности, а я пристроил камеру возле ее головы, наказав настрого обеим ничего не говорить, а только охать, ахать, стонать и издавать другие сопровождающие совокупление звуки. Ирка столь рьяно взялась за дело, что мне пришлось умерить ее пыл, велев не переигрывать, а лучше всего естественным образом реагировать на Славкины действия.

Славка оказался на высоте. Ирка с покрасневшим лицом стонала, металась, то хватая себя за грудь, то прижимая голову мужа себе между ног. Славка без устали работал языком, не забывая периодически двигать во влагалище пальцами. Иркины ноги то вытягивались, то сгибались, в конце концов оказавшись у него на плечах, ее лицо сделалось откровенно похотливым, заставляя меня с трудом сдерживаться, чтобы снова не сунуть ей в рот начавший наливаться кровью член. Я ограничился тем, что взял камеру в руки и снял все это крупным планом, все ее извивающееся тело от головы до сжимающих Славку ног. Зато звук получился просто отличным, особенно в конце, когда Ирка, не замолкая ни на секунду, кончила три раза подряд.

— Уф-ф-ф... — Славка развалился рядом с ней. — Ну как, получилось?

— Супер! Ну что, сворачиваемся? — потянулся я к своим вещам.

— Не, погоди... — Славка понизил голос, косясь на все еще поскуливающую Ирку — Саш, я еще думал ее в зад трахнуть.

— А она согласится? — вспомнил я ее отношение к этому час назад.

— Попробую уговорить. Ты тоже поддакивай, типа надо попробовать, ничего страшного и все такое.

Я охотно согласился. Дождавшись, пока Ирка немного отдохнет мы переместились на кухню и под коньячок Славка начал склонять ее к содомии.

Сначала Ирка отказалась наглухо. Потом начала приводить аргументы почему этого делать нельзя. У Славки аргументов было не меньше. Я тоже внес свою лепту, напомнив что мы здесь собрались не для удовольствия потрахаться. А в каждом порнофильме этот эпизод обязательно присутствует. Поэтому надо немного потерпеть ради искусства. С этим Ирке спорить было сложно. Тем более что к этому времени она сидела у мужа на коленях, с его шевелящейся рукой между ног, что несомненно мешало ей собраться с мыслями. Наконец она сказала — Хрен с вами, пошли! — набулькала себе полный стакан, выпила и отправилась в спальню. Радостный Славка рванулся следом, а за ним и я.

На всякий случай я поменял в камере кассету и аккумулятор. А то еще закончится в самый неподходящий момент. Славка тем временем густо намазал чем-то жирно блестящим елду и все пространство между ягодиц стоящей раком жены. Я взял крупным планом звездочку ануса. Славка несколько раз ввел Ирке в зад сразу два пальца. Она издала недовольное шипение сквозь зубы, но пальцы уже были в ней. Подвигав ими, Славка добавил еще смазки и снова ввинтил пальцы в зад жене. Я подтащил поближе штатив, пристроил камеру на него, а сам, помогая Славке, руками растянул Иркины ягодицы в стороны.

— Еще смажьте! — попросила она, сообразив что мы переходим к главному.

Славка выполнил ее просьбу и нацелился головкой на анус. Под давлением сфинктер слегка раскрылся, но головка была значительно толще. Славка нажал еще, вызвав у Ирки вскрик и тихие ругательства. Он надавил еще. Ирка дернулась, отодвинувшись. Мы вернули ее на место. Следующая Славкина атака увенчалась успехом. Головка его члена растянула сфинктер до нужного диаметра и скрылась внутри.

— Ы-ы-ы-ы! — завыла Ирка — Мальчики, может хватит? Может не надо глубже?

— Надо! — решительно возразил Славка — Еще немного...

Я видел, сколько это «немного» и понял, что Иркины мучения только начинаются. Славик втолкнул в жену еще сантиметр, вызвав еще один болезненный вскрик. Подождал немного, вытянул член, добавил смазки и вдавил в анус снова, под Иркин скулеж протолкнув его до половины. Я сделал знак ему остановиться, взял камеру в руки, снимая их со всех сторон, потом остановился на лице хватающей широко открытым ртом воздух Ирки и разрешил продолжать. Славка с готовностью толкнул член вперед. Иркино лицо исказила гримаса боли, на глаза навернулись слезы, размывая тушь, но она снова стерпела, продолжая часто дышать распахнутым ртом.
С небольшими перерывами Славка загнал член ей в зад по самые яйца.

— Все? — Ирка почувствовала касание его лобка.

— Все.

— Подожди пока, не двигайся... — попросила она, переводя дыхание.

Я отложил камеру, принес салфетки и вытер размытую слезами косметику на Иркином лице. Вытер лишнюю смазку с ягодиц чтобы не блестела. На всякий случай сунул руку снизу и протер бедра изнутри. Рука задела гладкие половые губы. Выпустив из пальцев салфетку я провел между ними, найдя клитор. Ирка чуть дрогнула, когда я слегка пощекотал его. Потом мой палец вернулся ниже, найдя сузившийся вход. Внутри было тесно и скользко. Сверху прощупывался находящийся в заднем проходе толстый и твердый Славкин член. Я провел пальцем по нему, пытаясь дотянуться до головки, но не достал. Головка находилась где-то совсем уж в глубине Иркиного тела. Вытащив палец я вернулся к клитору.

— Еще... продолжай... — услышал я после первого прикосновения.

Ее тело расслабилось, словно забыв о толстой дубине в заднице. Пользуясь этим, Славка начал короткими движениями трахать жену в зад.

Вскоре я понял, что пора браться за камеру, иначе все пропущу. Славка, похотливо улыбаясь, двигал членом в анусе жены, не обращая внимания на жалобное поскуливание. Я зашел со стороны ее головы, снимая Славку, когда вдруг почувствовал на члене Иркины губы. Она втянула в рот оказавшуюся перед ней головку, взглянула в камеру, которую я направил на нее и принялась сосать. Заметивший это Славка нахмурился и резко загнал член в зад жене по самый корень. Потом еще раз. Иркино лицо вновь скривилось от боли, член выпал у нее изо рта и я поспешил отодвинуться в сторону. Славка вернулся к прежнему плавному темпу, но не надолго. Сообща мы уложили Ирку на бок, подогнув колени к груди. Некоторое время я снимал растертый подергивающийся анус, а потом Славка отодвинул меня, стал у постели на колени и снова растянул прямую кишку жены своей дубиной.

Этой позицией он тоже наслаждался недолго. Вскоре он уже лежал на спине, а Ирка при моей поддержке усаживалась на него сверху. Само собой — задницей. Похоже, Славка ее теперь только туда трахать будет — подумал я, глядя на его довольную рожу. Ирка морщилась, поглощая попой последние сантиметры его члена, но не возражала. Я честно снимал все, предвкушая как дома буду разглядывать эти кадры.

Прыгать на члене Ирка отказалась — больно. Все же глубоко и угол не тот. Да и отверстие неправильное. Не слезая, впрочем, со Славкиного «нефритового стержня» она откинулась чуть назад, разведя ноги и давая мне снять свою промежность в подробностях. А потом наклонилась вперед, схватила меня за руку, подтянула к себе и с шумом всосала член.

— Ты чего!? — от неожиданности я хотел шагнуть назад. но Ирка за ягодицы притянула меня к себе, еще глубже заглатывая член.

Я посмотрел на Славку, не зная что делать. Выражение Славкиного лица представляло смесь неудовольствия и беспомощности. Вроде и не хочет чтобы жена сосала у постороннего, а с другой стороны это ж за сегодня не первый раз. Поздно возмущаться.

— Пусть... — махнул он рукой. — Сегодня пусть что хочет делает. Так и быть. Только камеру поставь чтобы видно было.

Я дотянулся до штатива и наугад установил камеру сбоку, надеясь что в кадр попадает все что надо. А затем отдался на милость Иркиного языка и губ.

Однако в Славкины планы не входило закончить именно таким образом. После непродолжительного минета он дотянулся и дернул Ирку за плечи. Она шлепнулась спиной на грудь мужа, потянув меня на себя. Я не удержался на ногах и рухнул сверху.

— Эй, полегче там... — пропыхтел снизу Славка, на которого пришлась вся тяжесть.

— Саш, не влезет... — пропищала сдавленная нашими телами Ирка, неверно истолковав мои намерения.

Однако тем самым она натолкнула меня на мысль, которой до этого у меня и близко не было.

— Я только попробую... — пообещал я, нашаривая валяющуюся рядом смазку.

Несмотря ни на что член влезал в Ирку очень неохотно. Славкин хрен в заднем проходе сделал влагалище совсем узким, мне приходилось прилагать заметные усилия, чтобы отвоевать пространство внутри его жены для своего дружка. К тому же Ирка не переставая, пищала «Стой! Хватит! Тише! Порвете!» и тому подобную ерунду. Как будто услышав это я остановлюсь. Снизу запыхтел Славка, то ли от навалившейся на него тяжести двух тел, то ли от наступившей тесноты в Иркином заднем проходе. Мой член, казалось, стал толщиной в руку. Ирка вдруг взвыла между нами, впилась мне в губы и я с удивлением понял что она кончает. Это сорвало последние тормоза и я, преодолевая сопротивление, протолкнул в нее напряженный ствол, коснувшись яйцами Славкиной мошонки.

— Класс... — прошептала Ирка, вдоволь накричавшись. — Не лежи, двигайся... Я сейчас еще раз...

Я послушался, и потянул член обратно. Узкое влагалище выпускало его очень неохотно, зато Ирка снова забилась в оргазме, подбрасывая бедра и вертя нанизанным на два стержня тазом. Я перешел к равномерным возвратно-поступательным движениям, чувствуя как Славка тоже пытается двигать своей елдой в заднице жены. Ирка вертелась между нами, пытаясь двигаться навстречу обоим. Поймать общий ритм никак не удавалось. Наконец Славкин член, прижатый к моему через тонкую перегородку, задергался, сливая сперму. Ирка заерзала еще энергичней, восторженно повизгивая. Кончив, Славка спихнул нас с себя:

— Тяжелые вы... Я вам не матрас... Давайте как-нибудь без меня...

Ирка улеглась на спину, задрала вверх ноги и протянула ко мне руки. Я навалился на нее, рукой направляя член. Коснувшись им губок, подумал и направил головку чуть ниже, одним движением заполнив Иркину прямую кишку. После Славки это оказалось несложно. Только Ирка от неожиданности выкатила глаза и подавилась воздухом.

— Полегче, Саш, мне эту задницу еще завтра трахать. — предупредил Славка, с камерой подбираясь снизу к месту моего в Ирку проникновения. Я внял его просьбе только отчасти. Все же это был первый опыт анального секса для меня и я наслаждался каждой секундой, энергично тараня Иркину попку. Сперма брызнула из меня неожиданно, я не успел выдернуть член, но зато Славка сумел снять как мое семя сочится из медленно сжимающегося зада его жены.

Потом Ирка неуклюже уковыляла в ванную, я оделся и собрал аппаратуру. Мы со Славкой выпили на посошок и я отбыл, пообещав через неделю предоставить готовый фильм.

Примерно через полгода Славка навестил меня вновь. На этот раз с другом и, само собой, с непременным пакетом, в котором что-то позвякивало.

— Коньяк? — спросил я?

— Виски! — потряс пакетом Славка.

Мы обосновались на кухне. Я вопросительно посмотрел на гостей.

— Вот. — сказал Славик, показывая на друга. — Знакомься. Это Артур. У него к тебе дело. Он хочет предложить тебе одну работенку. Которую тебе никто никогда не предлагал. Ну, разве что кроме меня.

Я начал понемногу догадываться о чем пойдет разговор...]]>
эротическое чтиво http://plusda.ru?id=150 Mon, 21 Oct 2013 05:50:30 GMT
<![CDATA[Магическая картинка]]>


]]>
Девушки, Видео, Картинки http://plusda.ru?id=149 Thu, 17 Oct 2013 04:28:37 GMT
<![CDATA[Мария Горбань (6 фото + видео)]]> Мария Горбань голая
Мария Горбань голая
Мария Горбань голая
Мария Горбань голая
Мария Горбань голая
Мария Горбань голая
Мария Горбань голая


]]>
Девушки, Видео http://plusda.ru?id=148 Thu, 17 Oct 2013 04:24:58 GMT